Слизняк
Шрифт:
Нора не могла поверить его наивности. — Он делает это для свой выгоды как будто мы достаточно глупы, чтобы поверить ему.
— Ты прикалываешься, Нора? Ты правда веришь, что он выращивает траву здесь в тайне?
— Может быть. — Но Нора чувствовала себя уверенной. Эта небольшая горящая сессия просто для шоу. — У него, вероятно, сотни растений здесь, в самых уединенных частях острова.
Лорен покачал головой, посмеиваясь.
Пламя выскочило из кучи, потрескивая. — Не подходите слишком близко, лейтенант, — крикнул
Норе уже было скучно. Она посмотрела на Лорена, но поняла что он смотрит больше на Аннабель, когда та продолжала свои скручивающие упражнения. Трент тоже бросил на нее взгляд. «Королева бля… в бикини Келвин Кляйн.» Нора ухмыльнулась от этой мысли. «Думаю, я знаю, как она получила эту шикарную работу в Нэшнл Джиографик.
Растение сгорело за считанные минуты; Трент перевернул ведро с водой на золу, затем сел за стол, вытирая руки.
— Я сделал много странных вещей в армии, но это первый раз, когда я сжигал растение», — сказал он.
— Я уверен, что вы были правы, — добавил Лорен. — Какой-то студентик давно уронил семя, и оно проросло. Оно растет там уже много лет, и, вероятно, оно единственное здесь. — Затем он локтем ударил Нору.
— Да, — сказал Трент. — В любом случае, никогда не знал, что такая проблема с травкой. Я пробовал пару раз, когда был подростком.
Когда Трент повернулся к Аннабель, Нора отодвинула Лорена назад и молча произнесла слово «фигня.»
— Разве это не законно для больных раком — Спросила Аннабель.
Лорен ответил, ссылаясь на последний из журнала «New England Journal of Medicine». — Было доказано, чтобы резко снизить внутриглазное давление, а также свести на нет симптомы тошноты в различных противоопухолевых терапиях…
Нора позволила остальному разговору утонуть.
«Да что же со мной не так?» спросила она саму себя. Она знала, что она умный, проницательный человек-академик и надежный ученый. Но тут она вдруг почувствовала, что не вписывается. Не имеет значения, насколько она умна. Это всё не имеет значения. Ей стало обидно. «Я белая ворона поняла она.…»
Окружающая среда увлекала ее, это была ее стихия, тропический остров с морской жизнью. Это, она знала.
Аннабель была так же профессиональна, как и она, но только она была живее, красивее и социально приспособленней…
Нора завидовала, присматриваясь к позе фотографа возле стола. Та демонстрировала свое тело, что бы привлечь внимание мужчин.
Пышное, гибкое тело излучало жизненную силу, не только сексуальную, но и что-то более глубокое. Она представляла собой картину здоровья, харизмы и, кроме того, принятия.
«А я нет,» поняла Нора. «Я могу излить на нее свою желчь, сколько захочу, но это не меняет правды. Я девственница скряга, неотесанный ботаник, который настолько социально неприспособленный что аж удивительно, что кто-то хочет быть рядом со мной, даже Лорен.» Она чувствовала себя пышной в мешковатых
— Не то, чтобы я за легализацию, заметьте, — говорил Лорен, все еще подключенный и оживленный в дискуссии, — но с холодной научной точки зрения трудно спорить с клинической физической зависимостью от нуля, даже в отличие от примерно пятнадцати процентов для алкоголя.
— Да, но каждый курильщик, которого я знаю, — продолжила Аннабель, — это… идиот.
— Много статистики по этой стороне забора тоже, — заявил Лорен. — Курение марихуаны идет рука об руку с неопровержимым сокращением долговременной и кратковременной памяти, тематической апперцепцией. Кроме того, он остается ведущей причиной амотивационного синдрома.
— Что это значит? — Спросил Трент.
Нора, предположила — это делает тебя идиотом.
— Видишь? — Лорен рассмеялся. — Профессор говорит! Я говорил тебе, что она не впала в кому, когда мы на неё не смотрели.
— Иес, — подумала Нора. Я действительно являюсь жизнью вечеринки, да?
— Что насчет Вас, профессор? Ты когда-нибудь курила?
Нора моргнула. Вопрос исходил от Аннабель. — Я… э… — потом она ухмыльнулась. — Нет.
— Я думаю, что это куча глупого дерьма, — сказал Трент.
— Это все еще большие деньги, — парировал Лорен. — Держу пари, что куст, который вы сожгли, стоил сотни долларов на улице.
Нора не смогла устоять. Она хотела посмотреть на реакцию Трента. — Такой уединенный остров? Недоступно? — Она симулировала смех. — Черт, лейтенант. Вы могли бы создать свое собственное маленькое предприятие, и сделать в десять раз больше, чем дядя Сэм платит вам.
— Нет, с моей удачей, это было бы в десять раз меньше, — ответил Трент, — проведя следующие десять лет в военной тюрьме, — а затем он рассмеялся сам.
Нора должна была признать, что ее комментарий, похоже, не застал его врасплох. «Думаю, я ошибаюсь во всем», подумала она.
Потом Аннабель завизжала.
Все рванулись к ней. Аннабель вздрогнула, напряглась, и ударила кулаками в груди.
— Что случилось! — Воскликнул Лорен.
Аннабель указала на Трента.
— Там-там…
— Что это такое? — сказал Лорен.
Трент огрызнулся:
— Что, черт возьми, случилось?
— Там-там-там… — Аннабель пробормотал еще несколько раз.
— Что-то у тебя на спине, — сказала Нора.
Глаза Трента прищурились. — Что? Чертов тарантул? Что?
Нора увидела, что прицепилось у спине Трэнта. Она схватила одну из своих ласт, и ударила что было силы.
Хрясь!
Она ударила флиппера по спине, но Трент уже подпрыгивал, срывая зеленую мокрую от пота рубашку. — Господи! Кто-нибудь скажет мне, что ползало по моей спине?