Слизняк
Шрифт:
— Она сказала слово на букву Ч! Она сказала Чёрт!
— Заткнись, — сказал кто-то другой.
Это маленькие девочки, наконец поняла Рут. Меня выбросило на берег, и эти маленькие девочки нашли меня.…
Девочкам казалось от десяти до двенадцати. Они носили короткие шорты и кофточки со значками, красочных пятен.
— Посмотри на ее
— Я думаю, что она бомж, который спит на пляже. вы знаете. Одна из тех бездомных. — сказал кто-то ещё.
— О да, и мы должны ей помочь.
Бездомный? Бомж? Рут, наконец, оперлась на больные локти. — Какого хуя ты малая говоришь? Я не бомжиха!
Девочки завизжали. — Боже! Она сказала слово Х!
— Я хочу сиськи, как у неё — раздался ещё один голос.
Рут плохо видела, солнце светило ей в глаза. Я не утонула, наконец, поняла она. И меня не съели акулы!
— Эй, леди, с вами все в порядке? — спросила одна из маленьких девочек.
— Да, ты хочешь, чтобы мы позвали вожатую?
Рут видела, что у одной из девочек была бутылка. Она схватила её.
— Эй!
и опустошил её. — О Боже, это замечательно!
— Вы упали с лодки? — спросила одна из девочек.
— Что-то в этом роде, — ответила РуТ, освеженная водой. — Где я нахожусь?
— Ты в парке Форт де Сото.
Рут слышала об этом; это было недалеко от Питсбурга. Она сунула палец в шорты, которые нашла в сарае. Наличные все еще были там, более ста баксов-более чем достаточно для билета на автобус до Неаполя. — Кто вы такие, девочки?
— Мы девочки-скауты! — гордо ответила одна.
Рут посмотрела на них. Черт возьми… мимо пляжа раскинулся огромный палаточный лагерь, полный палаток и барбекю.
Сотни скаутов ходили туда сюда.
— вы устраиваете пикник? — спросила Рут.
— Это национальный праздник, — сказала девчушка. — Нас здесь более тысячи человек.
Черт, подумала Рут. Тысячи раздражающих маленьких девочек в одном месте. Она встала. — Здесь должны
— Мы отведём тебя в наше логово матери
— Эй, леди, — спросила другая девчушка. — Эти сиськи ненастоящие?
Рут ухмыльнулась. — Конечно нет.
— Вау! — сказали несколько девчушек в изумлении.
Господи… Рут сделала шаткие шаги от пляжа, следуя за девочками. Только теперь она по-настоящему поняла она выжила.
Когда они приблизились к лесу, Рут увидела огромную толпу скаутов, населявших огромный лагерь. Во всяком случае, это выглядело больше тысячи. Вскоре она оказалась среди них всех: одно маленькое личико за другим приковывали взгляд к Рут.
— Что значит — Фу-Фу? — спросила девчушка, указывая на розовую рубашку Рут. — Это китайская кухня?
— Ах, да, — сказала Рут. — Давай, давай, отведи меня в это логово матери, ладно?
Она последовала за ними глубже в настоящее море скаутов. Затем кто-то из девочек спросил — Эй, леди? — Она указала на живот Рут. — Когда у тебя будет ребенок?
Рут сильно нахмурилась. О чем, черт возьми, говорит эта маленькая заноза в заднице? — Я не беременна, — утверждала она.
— А ты не хочешь? Боже, ты должно быть много ешь…
Тогда Руфь посмотрела вниз.…
Ее живот был раздут, действительно, как у женщины, близкой к сроку. Глаза Рут расширились, она почувствовала, как раздутый живот крепко сжался.
Твою мать. Я не был такой несколько часов назад…
Очень медленно она подняла футболку на живот.
— Фу! Смотри! У нее есть вши!
Несколько девчушек смотрели, а другие убежали.
Кожа набухшего желудка Рут была желтой, как заварной крем, с ярко-красными пятнами.
Она огляделась в глубочайшем ужасе, окруженная тысячей скаутов, и у нее было странное чувство, что ее воды отойдут в любую минуту.