Слишком глубоко
Шрифт:
Глава 25
«Послушай, засранец, я же сказал тебе, что меня это не интересует». — Парень, которого он подобрал, быстро поднялся с постели, потирая шею.
«Ты же не пробовал, как ты можешь судить об этом». — Мужчина сел, его разочарование быстро превращалось в гнев. Он открыл ящик тумбочки. — «Давай, прими еще немного Экстази».
«Я не хочу это пробовать». — Его последний, «Микки», повернулся к стене и начал натягивать на себя штаны. — «И я не хочу больше Экстази».
«Собираешься сбежать домой к своей жене?» — Он засунул наркотик себе
Микки повернул голову. — «Эй, пошел ты на х…».
Мужчина рассмеялся. Микки продолжал быстро одеваться. Тогда он осторожно приблизился к нему сзади. Я пошел?Он протянул руку и вытащил из своих штанов длинный, тонкий кожаный ремень. — «Нет, Микки, это ты пошел на х…» — Он перекинул ремень через голову Микки и потянул его на себя.
Парень потерял равновесие, пятки скользили по ковру, пальцы вцепились в ремень.
«Тебе же нравится. Я же говорил тебе, что так и будет». — Он сбил Микки с ног и жестко закрепил пряжку, сделав своеобразную петлю. После этого он повалил его на живот и потянул сильнее, вынуждая парня задрать голову.
«Да, ублюдок, оцени, как это здорово». — Пока он наблюдал, как на шее Микки стали набухать вены, его член стал твердым. Это было как раз то, что он так любил.
Мужчина отпустил ремень и стал срывать с парня штаны. Он должен был взять его. Сейчас. Он должен быть в нем, когда его душа покинет тело. Штаны не сдвинулись с места. Он возился с кнопкой, рассыпая проклятьями. Потом немного перевернул Микки, чтобы иметь доступ к ширинке. Он уже открыл половину кнопок, когда Микки, находившийся в почти бессознательном состоянии, резко отвел свой локоть, ударив его в лицо. Мужчина упал на бок и застонал, держась за разбитую губу. Горячая кровь хлынула ему на руку. Парень полз на коленях, исступленно срывая ремень со своей шеи. От пережитого страха его глаза были почти безумны. Когда же ремень не поддался и он не смог освободиться, он встал и выбежал из комнаты. Штаны сползли ему на бедра.
«Черт». — Мужчина поднялся на ноги и, спотыкаясь, последовал за ним. Его зуб шатался, а рот был полон крови. Он слышал, как Микки кружит по кухне.
Он заметил его, когда парень стоял возле неиспользуемой плиты, пытаясь перерезать ремень старыми ножницами. Его лицо уже посинело и дыхание стало тяжелым и прерывистым. Микки торопился, поскольку с каждым ударом сердца из него уходила жизнь.
«Это был мой любимый ремень». — Мужчина зло улыбнулся, зная, что его зубы были в крови. Ему нравился страх, который он видел в глазах Микки. Единственное, что было лучше этого — это угасание жизни, которое он часто видел в зрачках жертвы.
Запаниковав, Микки стал резать быстрее. Когда же ему, наконец, удалось перерезать ремень, он резко выдохнул и швырнул его в сторону. Он закашлялся, одной рукой держась за шею, как — будто его голова могла свалиться. Он выглядел так, словно хотел сбежать, но не мог сдвинуться с места.
«И куда ты, педик, собрался? Мы же только начали». — Мужчина отрезал ему путь к выходу.
Микки сделал несколько шагов, мечась по кухне, словно животное, запертое в клетку. Он осмотрелся вокруг в поисках какого-нибудь оружия или телефона. Вещи,
«Я здесь не живу», — объяснил мужчина. — «Я здесь только трахаюсь». — Мужчина рассмеялся, сплюнул вязкую кровь изо рта на пол. Он должен был получше накачать наркотиком этого ублюдка, влить в него больше выпивки. И почему он не догадался, что парень был недостаточно задурен, он же весь вечер говорил о своих детях.
«И что ты собираешься делать? Позвонишь своей жене, чтобы она позвала твою маму?»
Микки бросился на него с ножницами.
Мужчина рассмеялся. — «Вперед». — Он прищурился. — «Но у тебя будет только одна попытка. Так что тебе лучше постараться».
Микки отступил назад, его рука дрожала от страха. Внезапно, его налитые кровью, глаза расширились, и он отвел руку назад и метнул ножницы. Тяжелый металл разрезал воздух и врезался в грудь мужчины. Тот посмотрел вниз, на старые черные ручки ножниц и не увидел лезвия. Микки пробежал мимо него, когда он вытаскивал ножницы из своей груди, застрявшие чуть ниже левого соска. Он взвыл от боли, разлившейся по его телу. Потом услышал, как хлопнула входная дверь.
«Черт!»
Бросив ножницы, он побежал к двери, открыл ее и бросился вдогонку, но это было бесполезно. Микки уже давно удрал. Вероятно, парень со страху бежал семимильными шагами. Держась за грудь, он вернулся в дом. Рана была глубокой, но он не думал, что она угрожала его жизни. Держась за стену, он оставлял после себя кровавые следы.
Дойдя до бельевого шкафа, стоявшего рядом со спальней, он нашел в нем старую тряпку для мытья посуды. Закружилась голова, мужчина вернулся в кухню и поднял ножницы. Отрезав маленький кусочек от ткани, он затолкал его в рану. Он вскрикнул от боли и белые круги поплыли перед его глазами.
Зазвонил сотовый. Это была жена. Глубоко дыша, он сосредоточился на телефонном звонке.
«Ты где?» — Ее голос был раздраженным и озлобленным.
«Я сказал тебе, что сегодня работаю». — Он пытался говорить жизнерадостно и терпеливо.
«Лгун!»
Он съежился и медленно поплелся к спальне.
«Твой босс звонила сюда весь день, искала тебя. Я только что вернулась домой и прослушала сообщения. Так, где ты, черт возьми, ходишь?»
Он сел на кровать и ухватил себя за волосы. — «Что она сказала?»
«Где ты?» — она продолжала так, словно не слышала его. Жена всегда говорила с ним подобным тоном. Как же он это ненавидел.
«Я работаю. Просто я сейчас не в офисе».
«Ты — сукин сын», — вскипела она. — «Ты гуляешь, изменяя мне направо и налево, я права?»
«Нет. Послушай, малышка, ты не права. Клянусь тебе. Просто кое-какие проблемы на работе. Я пытаюсь справиться с этим. Я люблю тебя».
«Ерунда». — Теперь она была вне себя от ярости. — «Красивая одежда, модные трусы, стрижки за двести долларов… Ты все время лжешь. И позволь мне кое — что сказать тебе, мистер: когда мой отец узнает об этом, считай, что ты уже покойник».
«Марта, милая, пожалуйста. Просто успокойся».
«Даже не думай возвращаться домой. Я прямо сейчас выброшу все твое барахло на лужайку. А потом поменяю замки».