Слишком глубоко
Шрифт:
Час назад Адамс позвонила своему адвокату Синтии, чем разбудила ее. Ей пришлось целую минуту выслушивать ворчание не выспавшейся женщины и еще минуту ее инструктировали относительно того, как держать свой рот закрытым, пока она не доберется до участка.
«Когда я смогу уйти?» — спросила Лиз.
«Это зависит от тебя».
Лиз поморщилась. — «Избавь меня от этой ерунды, Патрисия». — Она пристально посмотрела ей в глаза. — «Чего ты хочешь от меня сегодня?»
Ее машину остановили приблизительно в полу мили от места встречи. Лиз очень надеялась, что не привела
«Есть кое-что, что нам нужно обсудить».
«Я не буду говорить без Синтии». — Она не испытывала желания отвечать на вопросы. Лиз была взвинчена и взволнована тем, что сделает Джей, когда она не явится на место встречи.
«Просто выслушай меня. Ты можешь передумать».
«Не трать свое время впустую, Патрисия. Я не люблю кофе, и я не люблю тебя. Это не изменится». — Ее ненависть к полиции Серебряной Долины возросла, хотя она думала, что этому чувству некуда дальше расти.
Патрисия лишь улыбнулась. На сей раз, Лиз изучила ее более внимательно. Это была не снисходительная улыбка, которую она обычно видела. Эта улыбка была другой, более грустной, что ли.
Патрисия прочистила горло. — «Лиз, я боюсь, что у меня плохие новости».
Лиз скрыла свое замешательство и сжала зубы. — «Что еще случилось?»
Они бросят ее в тюрьму за то, что она не делала? Что еще они могли придумать?
«Это не просто сказать».
«Пожалуйста, избавь меня от драмы, детектив». — Черт, было четыре часа утра, она вела машину весь день, она пропустила встречу с Джей, и…
«Твоя сестра, Джей. Она мертва».
Лиз отшатнулась назад, словно ее наотмашь ударили в лицо. — «Что ты сказала?»
Патрисия не отрывала от нее пристального взгляда. — «Я сожалею. Сегодня вечером мы нашли тело Джей приблизительно в полу мили от того места, где взяли тебя».
Тяжелая кровь волной прилила к голове Лиз. В ушах глухо шумело, словно кричала разъяренная толпа. Она подалась вперед, не в силах больше выносить этот шум.
«Что ты сказала?»
«Джей мертва».
Лиз истерично рассмеялась. Она смеялась и била руками, закованными в наручники по столу.
«Да пошла ты, Патрисия». — Она откинулась на спинку стула.
Где, черт побери, до сих пор Синтия?
«Да пошла ты и весь ваш отдел. Я предъявлю вам иск за это дерьмо. Я живьем вас похороню».
Лиз просто не могла в это поверить. Она осмотрела комнату, ожидая, что стены рухнут, и она увидит страшный аттракцион, где все полицейские одеты, как злые клоуны. Они просто сыграли с ней злую шутку.
«Я много чего ненавидела в своей жизни. У меня были для этого все основания. Но это?» — Ее тело напряглось, все, до последнего мускула, — «Это превосходит любую ненависть, которую я когда-либо испытывала».
Патрисия наблюдала и слушала ее, не реагируя
Да, похожа на Джей. Кровь на виске.
Она почувствовала, как окаменело ее лицо, искаженное в гневе.
«Это не смешно. Ты не можешь, черт побери, вот так поступать с людьми».
Патрисия по-прежнему не двигалась.
Она пододвинула фотографию ближе и спокойно попросила: «Посмотри на это, Лиз. Это — Джей».
Лиз встала, тяжело дыша от ярости. Она посмотрела на дверь, ожидая прибытия всей команды, готовой применить к ней электрошок. Но никто не вбежал. Она снова взглянула на снимок.
«Это — не она. Это — кто — то, похожий на нее, но не она».
«Мы нашли ее в пустыне. Она была застрелена в висок. Мы думаем, что это было самоубийство».
Лиз села на место. Она взяла фотографию, и снова разъяренная толпа зашумела в ее ушах. Ее дыхание сбилось, когда она узнавала знакомые черты. Адамс швырнула фотографию через стол.
«Чертова лгунья. Это — не моя сестра. Она не умерла».
«Ты собиралась встретиться с ней сегодня вечером?»
Лиз подняла глаза. Откуда она смогла узнать?Мир, внезапно, накренился. Она ухватилась руками за стол, пытаясь удержать равновесие. Перед глазами все поплыло.
«Мы нашли записку в заднем кармане ее штанов», — продолжала Патрисия. — «Это было указание, как добраться до места, а также рассказывалось о недавних убийствах. Мы думаем, что она приехала до тебя, а затем убила себя, зная, что ты найдешь ее там». — Она сделала паузу. — «Лиз, ты знала, что она убивала мужчин?»
Лиз не ответила. Ее мысли неслись вскачь, но ничего больше не имело смысла. В дверь отрывисто постучали. Вошла Синтия Кармайкл. Патрисия пошепталась с ней, а затем подвела ее к другому стулу. Обе женщины сели.
Синтия улыбнулась ей так же, как до этого улыбалась Патрисия — мягкой, грустной улыбкой.
«Лиз, мне так жаль».
«Не надо». — Лиз стиснула зубы и покачала головой, борясь с растущими эмоциями. — «Не надо. Только не ты».
«Они не будут тебе лгать в этом».
«Нет, будут. Они лгут. Это — не она».
Патрисия вручила фотографию Синтии:
«Если Лиз подтвердит, что это Джей, тогда это она. У нас есть другие фотографии, на одной из них сделан снимок живота, на котором виден застарелый шрам…»
«Прекрати!» — Лиз вскочила. Она больше не могла вынести этот фарс. И не могла больше терпеть.
Патрисия замолчала на полуслове. Она и Синтия посмотрели на нее с нескрываемым удивлением.
«Детектив Эндерсон, дайте нам минутку, пожалуйста?» — попросила Синтия.
После того, как Патрисия оставила их наедине, Синтия придвинулась ближе к Лиз и обвила рукой ее талию, но Адамс отодвинулась. — «Лиз, я так сожалею. Мне так жаль, что это случилось. Давай же, садись».