Слишком глубоко
Шрифт:
«Когда это случилось?» — Лиз прижала ее к стене, но не трогала ее.
Эрин слышала ее учащенное дыхание, чувствовала, как зашкаливает ее пульс, поскольку она взяла за ее плечи.
«Лиз, успокойся».
«Ответь мне». — Требование было произнесено низким и твердым голосом.
Эрин попыталась обнять ее, но Лиз выпрямилась. Ледяные глаза сверкали.
«Ответь мне, Эрин».
«Нет». — Эрин начала плакать, не в силах остановиться.
Почему Лиз так вела себя? Почему она на нее нападала?
«Она просто
В этот момент Эрин почувствовала себя такой потерянной и никому не нужной. Сломанной и одинокой. Внутри все разрывалось, словно душа хотела разделиться на тысячу мелких осколков. Лиз оттолкнула ее руки и отступила на шаг в сторону, ее глаза были полны боли.
«Ах, да, ты же не занимаешься сексом с тем, кто тебе просто друг». — Она повернулась и ушла.
Эрин помчалась за ней.
«Лиз, подожди. Пожалуйста! Не делай этого. Мы должны поговорить».
Лиз дошла по коридору до спальни и захлопнула за собой дверь. Эрин ударилась об нее и сползла на пол. Ее горло было сжато, словно тисками так, что она едва могла дышать. Внезапно, ее захлестнул безудержный гнев. Ей было больно и обидно, а теперь ее еще и обвинили в том, чего она не делала.
«Ты трахала Патрисию, как трахала и других малознакомых девушек. Как ты смеешь читать мне проповеди».
Лиз открыла дверь. Ее верхняя губа дрожала. Эрин попыталась протянуть руку и коснуться ее, но Лиз отшвырнула ее руку в сторону.
«Так это правда?» — Казалось, она едва могла говорить. — «Ты спала с Патрисией?»
«Это был один единственный раз», — ответила Эрин. — «Я была сбита с толку. Я не понимаю, было бы из-за чего волноваться. Ты была с нею и, бесчисленное количество раз, спала с другими девушками».
«Это было до или после меня?»
Эрин поняла, о чем она спрашивала, о чем она думала.
«О нет, милая. Это случилось до нас». — Она остановила себя. — «Это случилось во время расследования».
Лиз слегка покачнулась, как — будто собиралась упасть.
«После ночи в клубе?»
Это была первая интимная встреча Эрин и Лиз.
«Я не помню», — солгала Эрин.
«Ерунда!»
«Лиз, я…»
«Ты знаешь точно, когда это произошло», — вскипела Лиз. — «Это было после меня, не так ли? Ты трахала ее, в то время, как вы обе прятались в ее доме? Или она трахала тебя? Или, возможно, вы сделали это друг с другом. После того, как она прочитала тебе один из своих сентиментальных романов? Те, которые, как ты мне сказала, написала сама?»
Эрин, едва, могла говорить. Все тайное становилось явным. Всплывали на поверхность личные проблемы, о которых, как она думала, Лиз никогда не захочет говорить. Сам факт того, что Эрин солгала ей, чтобы выполнить тайное задание, получить информацию и повесить на нее все убийства, убивал ее. Всем этим Лиз была травмирована, и больше не могла этого скрывать. Только Эрин не знала, как начать разговор и
«Я запуталась и…»
«Запуталась?»
«Да». — Эрин судорожно вздохнула. — «Я была полна тобой и тем, что я ощущала. Я была поражена тем, как я чувствовала тебя».
«Так ты трахнула ее, чтобы почувствовать себя лучше? Это помогло тебе справиться с твоим замешательством, Эрин?»
«Прекрати!»
«Да неужели?»
«Да!»
На долю секунды Лиз выглядела озадаченной, как — будто она не ожидала, что Эрин, вообще, ей ответит.
«Это заставило меня понять мои истинные чувства. Я поняла, что ты — это то, чего я хотела».
«Я не верю тебе».
«Тогда зачем я рисковала всем ради тебя, Лиз? Моей работой, моей жизнью. Всем этим. Я сделала это ради тебя».
«Хорошо, возможно, тебе не нужно было этого делать».
«К чему ты говоришь это?» — закричала Эрин.
«К тому, что я плохая. Так говорит обо мне Патрисия. И я уверена, что точно так же, она всегда говорила тебе».
«Нет, ты не такая».
«Такая. И мне наплевать на всех, кроме себя».
«Это не правда. Ты любишь меня. Ты любишь Джей».
«Я не такая, как ты думаешь, Эрин. Я — не Патрисия. И я — не совершенная героиня из ее книг».
«Я никогда не говорила тебе, что хотела бы, чтобы ты была похожа на них».
«Ты и не должна говорить об этом».
Эрин отвела взгляд. Лиз продолжала. — «Я реальна. Я несовершенна. Я испорчена. И я — не та, кого ты, действительно, хочешь».
«Да, я…»
«Нет, не оправдывайся, Эрин», — снова оборвала ее Лиз.
«Как ты можешь такое говорить? Я пошла на такие жертвы ради тебя. И теперь, после всех тайн и лжи, через которые мне пришлось пройти, чтобы найти реальную тебя, ты обвиняешь меня не понятно в чем?»
Лиз порылась в ящике, который недавно захлопнула и вытащила из него последний лесбийский роман Патрисии. Она бросила его в Эрин, при этом выглядя так, словно силы оставили ее и она, в любой момент, может рухнуть на колени.
«Ты скрывала его под кроватью», — прошептала она. — «Так у кого из нас секреты?»
Лиз ушла, оставив Эрин в полном одиночестве, уставившуюся на их пустую комнату. Она так и осталась стоять, прижимая книгу к груди.
Глава 9
Лиз проснулась. Сердце бешено билось в груди. Она рывком села и заморгала, пытаясь сфокусировать взгляд. Брюнетка была убежденна, что убийца стоит там, в темноте, и смотрит на нее. Но там никого не было. Лиз повернулась и, буквально, ощутила рядом с собой пустоту. Она была одна. Эрин не легла с ней в кровать.
Сон казался таким реальным. Ей снилось, что человек, войдя в комнату, рассмеялся, подняв окровавленные руки перед своим безликим лицом.
«Я собираюсь убить все, что тебе дорого», — произнес голос.