Слёзы Солнца
Шрифт:
Семеро приблизились к Скорпиону. Тот лишь широко зевал, демонстрируя полное безразличие. А внутри всё кипело, тело рвалось в бой. Но дед учил контролировать эмоции, быть спокойным до последнего момента.
– Ты чё игнорируешь нас, баклан?
– Нашёлся самый длинный, веснушчатый парень.
Скорпион важно кивнул, забросил ногу на ногу.
– А может, не стоит семеро на одного?
– Один из семерых, самого низкого роста выдал здравую мысль. Он единственный был без всякого оружия в руках.
– Хватит ныть!
– вожак стайки замахнулся
Орудие почти заехало по голове. Скорпион одним нырком оказался рядом с вожаком, перехватил палку. Не глядя на вожака, посмотрел на здравомыслящего, обронил:
– Ты зря с ними бродишь. Гуляй лучше в нашем дворе. Зачем тебе эти мстители жизни? Они малость в ней заплутались
– Да ты вообще рамсы попутал? Мочи его!
Шестеро разом навалились на Скорпиона.
Запястье обожгло болью, не успел увернуться от другой палки, прикрывая голову. Зато успел увернуться от цепи. Металлические кольца пролетели над головой, раздирая щёку своему же товарищу. Вожак ранил одного из своих, за что и был угощён коленом в пах от Скорпиона. Внутренний боец выдал верную мысль, что эта драка. Либо драка по-настоящему, либо привет, больница. Щадить никто не будет, изобьют до полусмерти и всё.
Больница недопустима.
Отдёрнул голову. Ещё один удар прошёлся вскользь, смазанный, разбив, губу. Капли крови ещё не успели достичь подбородка, как владелец палки схватился за коленную чашечку. Его же палка в других руках сыграла плохую шутку.
Дальше дрался как зверь, не выбирая ударов и не ставя блоков. Тело само уходило с линии атаки, благо ещё шпана не была хорошо обучена ведению боя с оружием в руках. Мешали друг другу, но замахи делали от души, дубася часто своих же.
Скорпион очнулся от состояния бойца с привкусом солёного во рту. По губе тяжёлыми каплями струилась кровь, майка изодрана в клочья, сердце стучит, гоняя кровь в ускоренном темпе, да лёгкие никак не могут вернуть нормальный ритм дыхания. На этом потери закончены.
Рядом на траве катались пятеро, стонали. Вожака и след простыл. Здравомыслящий, помыслил здраво и решил умчаться с момента начала драки. Что ж, перевоспитание происходит не так сразу. Перевоспитание оно долгое и упорное…
– Скорпиоша, ты в порядке?
– Нежная ладошка прошлась по лицу.
Вздрогнул, запоздало кивнул.
– Пошли, я тебя домой отведу.
– Лера схватила под руку (в другой спал Живчик) и потащила к подъезду.
Последние события произошли в течение двух-трёх минут.
Скорпион позволил вести себя под руку, успокаивая резкость организма. Медленно приходил в себя из состояния боя. Тело начинало ныть, мозг жаловался на убойную порцию адреналина. Кожу щипало и жгло от отёков прошлых ударов. Не все отразил. Порезы кровоточили, ссадины зудели и наливались синяками. Пот пропитал остатки одежды. Но как-то всё странно, этого вроде бы и нет. Из всех чувств осталось только чувство теплоты исходящей от руки этой девочки. И её восхитительный, нежный голос.
Скорпион задумался, пробуя на вкус чувство правоты и победы. Раны на победителе заживут быстро. В конце концов, сама справедливость, честь, всё сидит внутри и радуется, но снаружи есть только Лерин голос и теплота её руки… Да что вообще происходит? Надо думать о прошедшем бое. Так бездарно дал себя ранить, но что-то укорять себя совсем не хотелось. Может, её успокаивающий шёпот всему виной?
Двое детей не видели, как за ними в подъезд скользнула посторонняя тень.
– Тебе в таком виде домой нельзя.
– Лера придирчиво осмотрела разбитую губу. С видом профессионального стилиста, загадочно улыбнулась, изобразив Мону Лизу.
Скорпиону показалась, что улыбка рассеяла серость подъезда, как если бы засветились все неработающие лампочки. Про боль забыл, только на периферии сознания мигала мысль, что стоит больше тренироваться. Противник может быть и постарше. Но мысль снова таяла, когда губ касалась тёплая ладонь.
– Подожди немного, я сейчас вернусь, - добавила девочка и оставила в пролёте меж этажами, попутно сунув в руки Живчика.
Щенок серьёзно посмотрел в глаза, попытался тявкнуть. Хозяин провёл ладонью по шерсти, почесал за ухом, после чего щенок успокоился, вместо гавканья, послышалось довольное урчание.
Вскоре по лестнице послышались торопливая поступь. Валерия мчалась на полном ходу, зажимая в руках нитки, иголки, бинты, мази. Почти пол аптечки. Скорпион едва успел свободной рукой остановить спешащую “скорую помощь”. Сама Лера вряд ли сумела бы затормозить самостоятельно. Тогда аптечка понадобилась бы ей самой.
– Пойдём, я знаю одно хорошее место. Там тебя и полечим.
– Отдышавшись, пояснила она. Тут же забрала Живчика и повела к лифту.
Старичок-лифт домчал до десятого этажа. Двери недоверчиво открылись. Лерка в нетерпении вытолкала вон. На автопилоте поплёлся за девочкой в район мусоропровода. Над последним этажом металлическая лестница вела на крышу.
Тяжёлая решётка, прикрывающая выход, была просторно распахнута на случай пожара, позволяя любому желающему лишить дом света, перерезать коммуникационные провода, взломать и застопорить сам лифт.
Выбравшись из шахты лифта, миновав приваренную лестницу, двое очутились на крыше. Скорпион медленно и осторожно приблизился к краю парапета, даже прилёг, подстраховывая себя на большой высоте. С координацией дружил, с синдромом высокого этажа вроде свыкся, но как-то непривычно. На земле оно как-то роднее…
Открылась шикарная картина. Дом стоял на возвышении, и все окрестности лежали как на ладони. Далеко внизу люди снуют, как муравьи. Человеческий муравейник спешит по своим делам, решает извечные проблемы. Жизнь бурлит, никто не смотрит вверх, на небо. А до облаков рукой подать…