Слезы императора

Альби Мия

«Шанс выпадает очень редко, но ты должен быть готов к нему всегда. Когда с неба польется золото, у тебя должно быть ведро, а не наперсток.»

Уоррен Баффет

Декабрь, Сан-Франциско

Канун Рождества

Эльза

– Марк, я сдала смену!

Мой уставший голос звучит неожиданно громко и пронзительно в опустевшем кафе на Дайвелл-стрит, оповещая хозяина об окончании очередного рабочего дня. Проверив барную стойку и бегло оглядев взором обеденную зону, удовлетворительно киваю и заглядываю в подсобку. Не сразу мне отвечая, владелец заведения, сорокапятилетний мужчина, с грозной внешностью, но добрыми лучистыми глазами,

усердно пересчитывает накопившиеся чеки и только после поднимает на меня взгляд.

– Отлично, Эльза, ты умница. Как всегда, – Марк снимает очки и потирает большим и указательным пальцами переносицу. – Завтра начинаем с восьми, не забыла?

– Помню, босс – с улыбкой отзываюсь я.

– Выспись хорошенько, нам предстоит сложный день. Всем праздновать, а нам пахать придется.

– Обязательно. Доброй ночи!

Кивнув на прощание, я наспех накидываю пестрый шарфик поверх капюшона и выхожу на ярко освещенную улицу, щедро украшенную в честь наступающего Рождества.

Готовиться к предстоящему празднику и последующими длинным выходным город начинает заранее, и чем ближе день икс, тем насыщеннее он ощущается своей волшебной атмосферой. Каждое кафе, магазин, уличный павильон или крошечная придомовая арка – все украшено индивидуальным контрастным нарядом. Все вокруг озаряется огоньками от светодиодов, блики от них играют в разноцветной мишуре и отражаются в панорамных окнах уютных кофеен. Аккуратно вырезанные бумажные снежинки, фигурки сказочных персонажей разной величины и прочая новогодняя атрибутика дополняет рождественский ансамбль. Можно действительно потерять голову от окружающей суеты, среди которой просто нереально почувствовать себя одиноким или обделенным. Все вокруг живет и дышит, и это прекрасно.

Хотя жаловаться на одиночество или отсутствие внимания мне в буквальном смысле кощунственно. Я работаю барменом-официантом в небольшом ресторанчике в двух кварталах от дома, и нехватки в общении не испытываю. Более того, временами к концу дня хочется все бросить и завернуться в глубокий непробиваемый кокон где-нибудь в дальнем углу.

Я не могу назвать это работой мечты в мои неполные двадцать лет, но на данном этапе жизни считаю вполне приемлемым вариантом, как с финансовой, так и в целом с рациональной точки зрения. Конечно, по утрам мои глаза не горят от предвкушения предстоящих дел, и нередко приходится буквально соскребать себя с кровати, но по крайней мере отторжения и чувства неудовлетворения результатами собственного труда не возникает. На жизнь хватает, и даже удается создать определенную "подушку безопасности" на случай непредвиденных расходов.

Родители мечтали, чтобы их старшая дочь стала учителем, и с ранних лет кормили меня рассказами о пользе и престиже будущей профессии. Будучи послушным и примерным ребенком, я не могла и не хотела им перечить. После получения школьного аттестата я успешно сдала вступительные экзамены и была официально зачислена на педфак в Калифорнийский. И ближе к концу второго года обучения с тоской осознала, насколько беспечной и наивной я была, поддавшись на уговоры домашних.

Как же я завидовала ребятам, которые выбрали себе профессию по зову души и сердца, как бы пафосно это ни звучало. На деле все оказалось совсем не так радужно. Из года в год твердить одно и то же, пить успокоительное после очередного сбитого в кровь носа ученика на перемене и до поздней ночи корпеть над бесконечными тетрадями, требующих проверки – все это составляло серую и безрадостную перспективу. Безусловно, настоящий педагог – это призвание, уметь найти подход к каждому – поистине Божий дар. Который, как к моему сожалению выяснилось, дается далеко не всем.

Конечно, перекладывать ответственность на чужие головы я не собираюсь – в том, что случилось, есть и моя вина. Но я отчасти горжусь тем, что быстро поняла свою ошибку, и превозмогая страх осуждения, попрощалась с педагогическим. Зато теперь я точно знаю, в какую сторону ветер будет попутным.

Родители до сих пор не приняли моего решения всерьез. Для них, особенно для отца, мой поступок принял масштабы всемирной катастрофы, и с тех пор как я покинула стены университета, отношения между нами приобрели

сугубо поверхностный характер, с легким налетом укора и циничного осуждения. Не скажу, что я довольна таким раскладом. Порой становится дико обидно и больно, что меня не принимают такой, какая я есть – взбалмошной, импульсивной, непредсказуемой, но со временем я научилась терпеть, и даже привыкла к равнодушию с его стороны. Единственная моя отдушина – это мама. Восторга в ее печальных серых глазах, конечно, не было, но она мудро и без долгих нравоучительных монологов дала понять, чтобы я в кратчайшие сроки реабилитировалась и исправила свои ошибки. Без ее поддержки и теплого плеча я бы наверняка замкнулась в себе и не смогла пойти дальше. Каждый день благодарю Бога, что мы есть друг у друга.

Сегодня дорога домой пешком утомляет, я жутко устала и мечтаю лишь о том, чтобы голова поскорее коснулась подушки. На часах уже далеко за полночь, и наш миниатюрный частный домик погружен в темноту и безмолвие. Аккуратно пробираюсь в свою комнату на втором этаже, стараясь никого не разбудить. Бросив сумочку на кровать, останавливаюсь у зеркальной стены при входе в ванную. Нервно срываю шапку и дергаю головой в стороны, наблюдая, как по плечам рассыпаются шелковой волной иссиня-черные кудри. Кожа, немного раскрасневшаяся от морозного воздуха, на контрасте выглядит просто белоснежной, превращая меня в оживший прототип спящей красавицы. Тихонько смеюсь своим мыслям, качая головой. Из-за невысокого роста и хрупкого телосложения меня можно принять скорее за дюймовочку.

Какие иногда глупости лезут в голову перед сном… Стадию одержимости фэнтези-романами с безумно влюбленными героинями-дурочками и неотразимыми принцами-оборотнями я прошла еще в восьмом классе. В реальном мире нет места сказке, и лучше никогда не забывать об этом.

***

Magic Caffee&Bar, крошечный ресторанчик, где я нашла себе временное пристанище, в день Рождества вопреки всем законам труда и отдыха набит практически до отказа. Вместо того, чтобы наслаждаться семейным уютом и теплом домашнего очага в самый волшебный и чистый праздник года, жители нашего холмистого городка на севере Калифорнии спешат пропустить по стаканчику пенного и в очередной раз набить животы многослойным бургером. Кафе забито под завязку, хотя часы едва успели пробить полдень. Моя функция в данном заведении состоит в оказании услуг за барной стойком и по желанию радовать гостей коктейлями собственного приготовления. Зажигательным искусством флейринга (прим.-умение артистично готовить напитки с подбрасыванием и вращением барных принадлежностей) я пока овладела не в полной мере, но потенциал к этому в себе обнаружила недюженный. К тому же, не всем посетителям, как оказалось, эта демонстрация личных навыков приходится по душе. Попадаются иногда ну очень впечатлительные и тонкой душевной организации гости, которые хватаются за сердце при виде емкости со спиртным в состоянии свободного падения.

Краем глаза замечаю Джейсона, выходящего из подсобки и направляющегося уверенной походкой в мою сторону. Время от времени поправляя шапочку Санта-Клауса, которая так и норовит съехать вбок от интенсивных движений, парень приземляется высокий барный стул напротив и широко улыбается. Джейсон – сын Марка, моего начальника, хозяина данной кофейни, и по совместительству его зам.

– Горячий сегодня денек, да, Эли?

Пробежавшись взглядом по гостям, он негромко присвистывает и вновь обращает взор на меня.

– Доберем до восьми штук, как думаешь?

– Ты смерти моей хочешь, Джейсон? – делаю круглые глаза и притворно строю ужасную гримаску. – И почему им дома не сидится? – вздыхаю я.

– Не помню Рождества, когда было иначе. Это уже становится доброй традицией. Сделай громче, пожалуйста.

На висящей на стене огромной плазме в который раз крутят рекламный ролик с презентацией нового китайского экологического центра и розыгрышем билетов на предстоящий Праздник Весны. Анонс будущего торжества многие уже заучили до дыр, особенно фанаты традиций востока и желающие расширить кругозор и наладить международные связи, а заодно и провести с пользой две недели на далеком иностранном континенте.