Слезы дракона
Шрифт:
Уолтер показал рукой на Эшли и улыбнулся своим родителям.
— Ну, вы удовлетворены?
Карл вздохнул:
— Будь я моложе, я бы и сам отправился. — Он посмотрел на Кэтрин и кивнул в сторону дракона. — Конечно. Вперед!
— А теперь рассказывай! — Уолтер вскарабкался по уступам чешуи Тигозии и с удобством устроился позади Эшли. — О каких новостях говорил Ларри?
Эшли засмеялась:
— Он слышал, что какой-то горец и его собака спаслись во время наводнения.
— Арло и Хэмбон? Классно! Я так и думал,
— Ну да. Он утверждал, что поплыл помочь двум заблудившимся ребятам и увидел, как в небе сражаются ангелы и демоны. Его отправили в психбольницу на обследование.
Уолтер ухмыльнулся:
— Как думаешь, сможем мы его вытащить оттуда?
Эшли погладила чешуйчатую шею Тигозии:
— Я думаю, что мы с мамой сможем уговорить их.
Уолтер легко коснулся рукой ее плеча:
— Если ты готова, то и я тоже.
Карен привстала и дернула Эшли за штанину:
— Эшли?
— Да?
— Я знаю, миссис Баннистер позаботится о Стейси, Бекки, о Гальке и обо мне, но кто позаботится о Ларри? Я хочу сказать… — Карен закусила нижнюю губу, явно стараясь удержаться от слез. — Хочешь, я буду заниматься с Ларри, пока тебя не будет?
Наклонившись, Эшли подмигнула Тигозии. Та обвила Карен хвостом, подняла ее в воздух и аккуратно усадила за Уолтером:
— Скажи Ларри, пусть он сам позаботится о себе!
Эшли перегнулась через Уолтера и взъерошила рыжую копну Карен:
— Мутить тебя не будет?
Карен помотала головой:
— На свежем воздухе — нет. Я столько раз каталась на русских горках, и меня никогда не тошнило.
Билли снял пояс с ножнами и кинул его Уолтеру вместе с мечом:
— Наверное, тебе он понадобится больше, чем мне.
Уолтер поймал его и прижал к груди. Он смотрел на Билли, и в глазах его отражался красноватый отблеск заходящего солнца.
— Спасибо. — Он показал Билли вскинутый большой палец. — Ты еще будешь гордиться мной.
Тигозия повернула голову:
— Готовы к взлету?
— Готовы! — хором ответили Эшли, Уолтер и Карен.
От взмаха могучих крыльев Тигозии всех овеяло теплым ветром. У Билли сжалось сердце, когда он смотрел, как его друзья уходят в небо. Часть его хотела улететь к очередным великим приключениям, но другая половина жаждала остаться дома, по крайней мере лет на десять. Он не мог сдержать улыбки. Ладно, лет на девять.
Тигозия сделала резкий разворот и пролетела над собравшимися. Уолтер привстал и махнул Билли:
— Тебе лучше идти! Сэр Патрик ждет!
Дракон полетел к озеру, и его крылатые очертания превратились в силуэт на фоне заходящего солнца.
— Какое поэтическое зрелище, — сказала Бонни. — Мальчик, две девочки и дракон улетают к закату.
— Кстати, о поэзии… — Билли протянул ей руку. — Ты готова увидеть, что содержит пророчество Мерлина?
Бонни вложила свою руку в его ладонь и замялась
— Будешь ли ты любить меня, какой бы я ни сделала выбор?
Билли сжал челюсти и ответил медленно и четко:
— Какой бы ты ни сделала.
Не сказав больше ни слова, они, взявшись за руки, пошли к центру. Завернув за угол, они увидели сэра Патрика стоявшего под высоким вечнозеленым деревом. С его шеи свисал поблескивающий кулон. Высокий и подтянутый, с глубокими морщинами на лице и растрепанными седыми волосами, он походил на брата профессора.
Сэр Патрик стянул через голову цепочку кулона:
— Времени осталось немного, так что объяснение будет кратким. Увидев, какое воздействие свет оказал на Тигозию, мне стало ясно, что Бог использует камень для преображения не только в соответствии с высказанным выбором. Иными словами, чего бы вам ни хотелось, свет будет действовать лишь в соответствии с тем, чего на самом деле хочет ваше сердце, и с тем, что на самом деле является вашей целью.
Билли облегченно вздохнул. Если Бог прочитает его мысли, тем самым с его плеч спадет тяжелая ноша. После всего, что он пережил, после всех страданий и мучений от прежнего неверующего Билли Баннистера не осталось и следа, и теперь ему нечего было скрывать.
— Итак, — продолжил сэр Патрик, — я направлю луч камня одновременно на вас обоих, и мы увидим, что решит Господь. Но первым делом вы должны помолиться, потому что преданность Создателю куда важнее, чем ваши личные отношения.
Бонни сложила руки перед грудью, склонила голову и закрыла глаза.
Билли, стоя плечом к плечу с Бонни, сделал то же самое. Он попытался забыть о Бонни, думая, через что ему пришлось пройти, — он выжил после аварии самолета в глуши Западной Вирджинии, он сошелся в схватке на мечах с истребителем драконов, он потоком энергии нырял в камень и бродил по семи кругам Гадеса в поисках давно пропавших узников. Его свойства дракона были восхитительны… порой они приносили боль, но все равно были чудесны. Он медленно опустил голову и выдохнул все свои мысли в молчаливой молитве. Бог положит конец его огненному дыханию и умению чувствовать опасность, он готов расстаться с ними.
Его мысли нарушил голос Патрика:
— А теперь я позволю свету упасть на ваши лица. Если хотите, можете взглянуть в него.
Билли открыл глаза. Когда свет лег ему на лицо, он смог увидеть в турмалине широко распахнутые ворота и короткую вспышку, но образ внутри камня запечатлелся у него в мозгу, как фотография. Он увидел открытую книгу, древнюю, как Fama Regis, и две огненные колонны, встающие с ее страниц. У обоих был человеческий облик — мужчины и женщины. Он вспомнил слова Тигозии. Оракулы огня. Не является ли пророчеством это видение? Не с этой ли пламенеющей книгой придется иметь дело Эшли и Уолтеру?