Слезы дракона

Дэвис Брайан

Эшли ухватилась за дверную ручку, но та даже не дрогнула. Конечно, ее похитители отнюдь не глупы, но попробовать стоило. Она подбоченилась, рассматривая другие жалюзи. Почему бы не открыть их все? Если кто-то ее разыскивает, имеет смысл оказать потенциальным спасителям всю помощь, на которую она способна.

С треском открыв жалюзи, она обратила внимание на остальную обстановку комнаты. Три стола в самодельной лаборатории были завалены сломанным оборудованием, часть из которого была ей знакома.

Ее взгляд остановился на среднем столе. В центре лежала лампа из купола восстановления; из кромки

патрона торчали острые осколки стекла. Вплотную к лампе справа на возвышении размещалась свинцовая коробка. Подобравшись к ней, она осторожно откинула крышку; обожженные руки все еще болезненно пульсировали. Из ящичка хлынул поток света; он шел от мерцающего драгоценного камня, который лежал на тонкой подкладке красного бархата. Она схватила этот кэндлстон и положила его себе на ладонь. Как ей хотелось раздавить его и покончить со всем этим!

Эшли сжала его в кулаке. Может, у нее получится? Сколько жизней удастся ей спасти, если она швырнет этот камень на пол и растопчет его в пыль? Конечно, ее убьют, но это ее не заботило. Она может просто…

Внутренняя дверь с грохотом распахнулась. Вошел Самайза, держа в своих могучих руках Гальку.

— Когда работа будет сделана, — сказал он, подняв малышку в воздух, — ты получишь награду.

Прихрамывая, Эшли кинулась к ним.

— Галька! — вскричала она. — С тобой все в порядке?

Самайза поднял руку:

— Стоять!

Эшли оцепенела.

Самайза прогудел в ухо девочки:

— У Эшли сейчас есть кое-какая работа, так что я отнесу тебя обратно к миссис Фоли. Как только Эшли со всем справится, ты сможешь быть с ней.

Галька заплакала, и ее крохотное личико сморщилось. Повернувшись, демон из-за плеча посмотрел на Эшли и показал ей когти на пальцах. Дверь с глухим стуком закрылась за ним.

Эшли сжала кулак с такой силой, что грани кэндлстона врезались ей в ладонь. Она вернулась к рабочему столу, медленно разжимая ее. Когда кэндлстон оказался на свету, она представила заключенное в нем существо — дракона с дьявольским умом. Должна ли она извлечь его? Не принесет ли это вреда девяти другим драконам?

Когда она возвращала камень на его бархатную подкладку, в памяти всплыло залитое слезами лицо Гальки. Она с треском захлопнула крышку. Пусть драконы сами позаботятся о себе. Сейчас ее задача — спасти беззащитную маленькую девочку.

Она осмотрела оборудование, наваленное на трех столах. Тот, что слева, содержал гнутые металлические обломки, остатки того оборудования, которое демоны успели вытащить во время землетрясения в Монтане. На среднем столе лежали лампа со сломанными линзами и прямоугольный кусок свинца, который напоминал серый кирпич с двумя торчащими из него толстыми проводами.

Поверхность стола справа была завалена округлыми стеклами. Часть из них напоминала уже отшлифованные линзы, другие — шершавые куски толстого стекла разных цветов. На полу у задней стены стояла какая-то большая машина — непонятная путаница датчиков и циферблатов, окружающая центральный монитор. Она напоминала устройство для шлифовки линз, которым она пользовалась в своей лаборатории, но более современную модель.

Внимательно осмотрев помещение, Эшли заметила на стене у потолка три видеокамеры. Неужто тут прослушивается еще и звук?

Помня о Гальке в лапах этого дьявольского маньяка, она не хотела рисковать, ведя разговор с Ларри напрямую. Она снова обхватила себя руками за плечи, делая вид, что ее трясет от холода. Время снова начать передачу, постукивая зубами. Вспомнив вывеску, которую видела у входа, она отстучала зубами: «Исследовательский центр Дип-Крик-Лейк». Трижды повторив передачу, она подошла к левому столу и начала разбираться в мятых металлических ящиках и сломанных пластиковых корпусах. Она нашла большую часть деталей ее машины, во всяком случае, все те части, которые были необходимы, чтобы конструкция заработала. Пусть мятые и гнутые, но их можно смонтировать. Соединения тоже были в порядке, и похоже, жесткий диск и центральный процессор в основном корпусе остались нетронутыми.

Эшли собрала первую конструкцию, что-то вроде большой металлической коробки для обуви. С одной стороны выступал стеклянный цилиндр, диаметром примерно с рулон туалетной бумаги. Про себя она прикинула порядок процесса восстановления. Эта трубка — канал, по которому идет насыщение энергией. На конце трубки собирается световая энергия, проходит сквозь коллектор данных и после того, как компьютер декодирует ее, выходит с другого конца. Конечно, без купола, прикрывающего световой поток, ей придется обзавестись отдельным устройством — может, что-то вроде пистолета, который будет тут же перехватывать поток энергии, едва только он появится. В противном случае тут же произойдет его рассеивание.

Крышка главной конструкции была просто сорвана с петель, так что она оставила ящик открытым и перенесла его на центральный стол. Не важно, насколько привлекательно он выглядел. Главное, чтобы он смог снова заработать. Найдя выход, она подключила источник энергии. Ряд маленьких лампочек на приборной панели вспыхнул и замерцал, словно просыпаясь к новому дню.

Эшли выпрямилась и потерла ссадину в том месте, куда ее ударил Самайза. По крайней мере, компьютер работает. Поскольку у нее кроме устройства раскодировки есть мозги, она, скорее всего, справится с задачей.

Найдя еще один металлический корпус, который удобно лежал в руках, она пристроила его на столе и положила в него свинцовый кирпич с его ядерным содержимым. Она разыскала крышку, которая в свое время прикрывала стеклянный цилиндр купола восстановления и вынула лазерный пистолет и трубчатое удлинение. И то и другое прекрасно подошли к ядерному источнику. Затем она протянула провода от него к вводу, через который в пистолет поступала энергия. Быстрыми четкими движениями она пристроила к делу и треснувшие линзы.

На мгновение прикрыв глаза и пробормотав короткую молитву, она щелкнула тумблером лазера. Машина загудела. Из трубки вылетел луч раскаленной до белизны энергии, который становился все ярче и ярче по мере того, как усиливался гул. Луч ударил в стену и начал медленно буравить дыру в бежевой штукатурке.

Эшли щелкнула выключателем. О’кей, все работает, но пока фильтры из линз не будут в порядке, не удастся восстановить даже стрекозу, не говоря уже о драконе.

Перейдя к последнему столу, она взяла синюю линзу. Слишком темная. Слишком толстая. И как рассчитать, какую она даст рефракцию?