Слезы дракона

Дэвис Брайан

У Артура подкосились ноги, и он сел. Валкур, бросившись к нему, поддержал короля за плечи. Моргана снова обрела женское обличье и уставилась на короля.

— Все вы законченные идиоты. Что бы вы ни знали о моих замыслах, это не спасет ваших жен ни сейчас, ни в будущем. Все, кто противостоят мне, падут жертвой моего гнева — как и все, кого они любят, мужчины, женщины и дети.

Моргана превратилась в облако черного дыма и исчезла в эллипсе. Через несколько секунд портал обрел пульсирующий красный цвет.

Король Артур вскочил:

— Эта колдунья из ада не сможет убить

мою королеву. — Он взмахнул мечом. — Я создам Шлем короля и отброшу ее адских прихлебателей.

— Он скроет ее от демонов, — сказал Мерлин, — но от Морганы — вряд ли. Она ведь не одна из них.

Экскалибур снова вспыхнул в руках короля.

— Как бы там ни было, я должен делать то, что могу. — И, следуя за свечением меча, он быстро пошел по узкой тропе.

У профессора Гамильтона опустились плечи. Лицо обрело пепельный цвет, глаза стали безжизненными, а голос упал, как у умирающего.

— В конце есть еще две поэмы, но у меня больше нет сил читать.

Сэр Патрик принял у него Fama Regis, держа ее открытой на той же странице.

— Одна из поэм — молитва, что прочел Билли перед уходом, а другую он должен будет вспомнить, когда доберется до того места, где находятся драконы. — Он заложил пальцем страницу. — Последние строчки говорят ему, чтобы он взял с собой достойного спутника, который, как сказано здесь, «никогда не оставит и не предаст его, что бы ни случилось».

Патрик потрепал профессора по спине:

— Ты считаешь, что и твоя жена в этом узилище?

Профессор был не в силах поднять руки.

— Да… — еле слышно сказал он. — Да, я думаю.

Патрик продолжал держать его под руку, словно помогая сесть.

— Тогда позволь мне рассказать окончание истории, потому что, как ты знаешь, я там был с Мерлином. И все события той ночи бесчисленное количество раз возникали у меня в памяти, особенно та песня с пророчеством, которую я приведу. Мне давно известно, что значит мерцание турмалина, и когда вы услышите эту историю, то поймете, почему я не мог рассказать Билли того, что знал.

Патрик закрыл книгу, положил ее профессору на колени, отступил назад и повернулся к группе, глаза его вспыхнули жаром давних приключений, словно он воочию увидел перед собой те события, о которых собирался поведать. Раскинув руки, он начал свой рассказ:

«Когда король ушел, я обнял Мерлина:

— Мой дорогой друг, чем я могу тебе помочь? Стоит тебе сказать, я сам пойду туда и спасу твою жену.

Мерлин высвободился из моих рук:

— Сейчас ни одна живая душа не может оказаться в том месте. Тем не менее, если ты умрешь, ты очутишься там, потому что это Приют Мертвых Драконов.

— Мертвых Драконов? — Я вгляделся в эту ауру, но красный туман затягивал ее, не давая видеть. — Тогда почему же они выглядят как люди?

— Они оказались там как люди, доведись им стать отпрысками Адама… или же они превратились в людей. Но поскольку они обречены на бессмертие, им остается только бесплодно бродить — без человеческой души, без надежды и без Спасителя.

Я приподнял тонкий кожаный шнурок, который висел на шее Мерлина. На нем качался грубый деревянный крест.

— У

людей есть Спаситель. Почему его нет у драконов?

Мерлин сжал крест в ладони и прижал его к груди.

— Мессия, который был и Богом, и человеком, был послан спасти потомка Адама, созданного по образу и подобию Божьему. Мессия же для драконов, созданный по образу человека, должен быть и полностью человеком, и полностью драконом.

— То есть полностью и человеком, и драконом? — Я показал на себя. — Разве я не такой?

— Почти. — Мерлин выпустил крест и положил руку мне на грудь. — Хотя ты обладаешь телом человека, у тебя нет бессмертной человеческой души. И если все же явится спаситель драконов, тебе представится возможность обрести человеческие условия существования. Ты потеряешь всю генетику драконов и получишь человеческую душу.

Я положил руку поверх ладони Мерлина.

— И затем Спаситель людей даст мне вечную жизнь.

— Обязательно. — Лицо Мерлина просияло, как у счастливого дедушки. — Но во всяком случае, проход еще не готов, и когда я двинусь в путь, это станет моей задачей — открыть проход к Могиле Драконов, пустив в ход устройство, которое я назову Великим Ключом. Оно откроет дверь, которая разделяет два мира. Я верю, что наступит время, когда этот проход станет спасением и для человечества, и для драконов.

— Для обеих рас?

— Да. Стражники, могучие демоны прошлого, которые были низвергнуты в пропасть, ищут путь оттуда. К сожалению, похоже, что путь бегства для них возможен, и если они снова появятся, все человечество окажется в опасности. — Мерлин вскинул голову и посмотрел в небо; его дыхание вырывалось белым облачком. — Послушай слово Господне, друг мой:

В пути к Священному Граалю дракон, В дороге к дракону звезда. Сквозь гром и молнии, всплески волн, Ветры, огни, холода.

Нелегок и горек опасный путь, Дракон не убит, но разбит. Трубит звезда, чтобы к жизни вернуть Короля, он не умер, он спит.

А к трону слетается — несть числа! — Отродие Сатаны, Огнем опоясаны демоны зла, Голодны, жадны, черны!

Опустив голову, Мерлин уставился на красную ауру.

— Я не знаю полного значения этого пророчества, но вне всякого сомнения, Стражники — гнуснейшие отродья Земли. — Он тяжело вздохнул и повернулся ко мне; голос у него был такой же слабый, как пар дыхания, вырывавшийся при каждом слове. — Грех ли это, Валкур, что мои намерения порой продиктованы моими же интересами? Хотя мое главное желание — помочь драконам найти путь из их тюрьмы, в то же время я надеюсь, что помогу спастись и своей жене.