Слэпшот
Шрифт:
Анджелина в руках Гаррета принимается лаять и тоже просит о поцелуях, и мы начинаем смеяться, позволяя ей облизать наши щеки.
Мой взгляд вдруг падает в сторону гостиной, и я замечаю повсюду корзины розовых цветов. С губ срывается вздох, а на глазах выступают слезы. С широкой улыбкой поворачиваюсь к Гаррету в поиске ответов на немой вопрос.
– Я помню, что ты любишь пионы. А этот сорт называется «Персик под снегом». Символично, – шепчет он и притягивает ближе к себе.
Я пытаюсь сдержать слезы, но не
– Ты превратил меня в размазню, – всхлипываю я.
– Главное – что ты моя размазня. А остальное неважно. – Он нежно целует меня, призывая бабочек в животе.
Следующие полчаса мы завтракаем, болтая о всякой ерунде. Я много смеюсь и от этого чувствую внутри такое умиротворение… Периодически у меня возникают мысли, что все это лишь сон, ведь наши отношения кажутся слишком идеальными, но я отбрасываю их, позволяя себе наконец-то побыть счастливой, позабыв обо всех страхах.
Говорят, нужно выбирать мужчину, за которым сможешь чувствовать себя как за каменной стеной. Так вот: пора признать, что рядом с Гарретом мне не нужно быть сильной. Он именно тот, кто всегда решит мои проблемы, а не создаст их, как большинство мудаков, что встречались на моем пути.
Вместе мы прошли большой путь и заслужили то самое счастье друг с другом. Больше никаких игр.
– Чем мы сегодня займемся? – спрашиваю я, обнимая Гаррета сзади, пока он моет посуду.
– Пойдем на настоящее свидание.
– Еще одно доказательство, что ты вовсе не джентльмен.
– Это еще почему?
– Обычно на свидания водят до того, как заставляют девушек кончить.
Гаррет вытирает руки полотенцем и поворачивается ко мне. С его губ срывается смешок.
– Я придумал это свидание для того, чтобы попробовать тебя вернуть. И это было до того, как мы обменялись оргазмами.
– К слову, только один из нас кончил дважды. Еще один аргумент в пользу того, что ты не джентльмен.
– Я обязательно заглажу свою вину. Много раз. Так много, сколько ты выдержишь.
Мои губы расплываются в улыбке.
– И куда же мы пойдем?
– Увидишь.
– Ну ты хотя бы намекни. Я же должна знать, как мне одеться.
– Наденешь то же, в чем ты была вчера на матче.
– Идея остаться дома голыми мне нравится больше.
Он смеется и коротко целует меня в лоб.
– Одевайся. – Отстранившись, Гаррет хлопает меня по заднице.
Полчаса спустя, уложив волосы и сделав легкий макияж, я выхожу из комнаты и вижу сидящего на диване Гаррета. Замечаю в его руках Анджелину в зимнем комбинезоне и тут же теряю дар речи.
– Мы возьмем ее с собой? – искренне удивляюсь я.
– Вообще-то, это мы с ней берем тебя с собой. – Фыркнув, Гаррет поднимается и подходит ко мне. Встав ко мне вплотную, он наклоняется и сладко целует меня. – Ты красивая.
Отчего-то чувствую, что краснею.
Боже, все то, что я испытываю рядом
– Гаррет, – едва слышно начинаю я, положив ладонь ему на грудь. – Эм…
– Что такое?
Мешкаю, нервно закусывая губу.
– Завтра у папы день рождения. Ты… пойдешь со мной? Я знаю, что утром у тебя тренировка, но, может быть, после…
– Ты такая милая, когда волнуешься, – хрипло произносит он, притягивая меня за талию еще ближе к себе.
– Я не понимаю, как тебе удалось превратить меня из роковой стервы в какую-то влюбленную размазню, – бурчу себе под нос, пока Гаррет смеется.
– Я люблю тебя.
– У тебя странный вкус на женщин.
Он коротко целует меня в губы, глядя на меня с такой нежностью, что я покрываюсь мурашками.
– Перестань делать это со мной, – глядя ему в глаза, шепчу.
– А что я с тобой делаю?
– Я не понимаю. Но с тобой я счастлива.
– Тогда почему я должен перестать? – Гаррет улыбается и убирает прядь моих волос за ухо. – Я хочу, чтобы ты была счастлива каждую минуту, что мы проведем вместе. И я пообещал твоему отцу, что он больше никогда не увидит твоих слез.
Я усмехаюсь.
– Так что не плачь завтра на его дне рождения, ладно? Хотелось бы вернуться оттуда домой живым.
– То есть… ты пойдешь со мной?
– Я бы предложил тебе не пойти. Вместе. Но это все же твой отец. Не хочу его расстраивать, чтобы не оказаться где-нибудь в Мексике в секс-торговле.
Изо рта вырывается смешок.
– Что ты смеешься? Твой отец же рэпер, а я следил за делом Пидиди, – со знанием дела выдает Гаррет, заставляя меня рассмеяться.
– Как раз хотела тебе сказать, что вечеринка будет в белом.
Гаррет хрипло смеется.
– Смешная шутка, – говорит он, но тут же становится серьезным, когда видит выражение моего лица. – Ты же пошутила, да?
Я закатываю глаза, насмехаясь над ним, и он принимается меня щекотать. Анджелина лает на его руках, пока я хохочу во весь голос. Еще раз поцеловав меня, Гаррет кладет руку мне на талию и ведет в прихожую, чтобы обуться и отправиться на наше первое свидание. У лифта он переплетает наши пальцы, и в очередной раз в моей груди растекается целый океан чувств, который накрывает меня с головой от этого простого движения.
Спустившись на парковку, мы садимся в его «Теслу», и я вдруг замечаю, что его кресла обтянуты другой тканью. И почему я вчера не обратила на это внимание?
Резко поворачиваюсь к Гаррету, который уже успел занять водительское сиденье:
– Ты… сменил обивку салона?
– Я удивлен, что ты не прокомментировала это вчера, – улыбается Гаррет.
– Но… – искренне недоумеваю. – Почему?
– Джулия пролила на кресло свои духи. И я… Не знаю, я просто решил сменить обивку.
– Из-за… меня?