Слепцы
Шрифт:
На улице лило не переставая – ватажники вымокли сразу, тут даже плащи не спасли, но компания продолжала свой путь, не обращая внимания ни на дождь, ни на грязь, чавкающую под ногами.
– Откуда здесь столько грязи? – спросил сам у себя Враль. – Камнем же все выложено – места живого нет. И лед еще не сошел. А грязь, будто дома побывал…
– Вот поселишься тут, все и узнаешь, – сказал Дылда. – И нам расскажешь.
– А вы ко мне приходить, что ли, собрались? Я всякую рвань и на порог не пущу! – предупредил
– А я еще и не приду! – отмахнулся Дылда. – Была охота на тебя смотреть. Ты ж со своими девками по любому заразу подхватишь. Точно тебе говорю. Смотреть, как ты чешешься? Нет уж, спасибо!
Щербатый с возком, нагруженным дровами, ждал их у самой торговой площади, спрятавшись под пустым навесом.
Когда ватажники подошли, он заулыбался, шагнул из-под навеса под дождь и спросил, чего они не все. Он ведь приготовил железяки на два десятка, как просили. Или передумали?
– Ничего, – успокоил его Враль. – Все будет путем. Остальные подойдут позже. Сейчас заскочим тут к горбатому меняле…
– Вы и его решили за одним разом? – спросил с пониманием Щербатый. – Только засветло напрасно. Народец на улицу не выходит, но у окон сидит, высматривает. Потом может за деньги рассказать кому-нибудь. В городской Совет, стражникам или даже Крысу.
– Ничего, – снова повторил Враль. – Мы к горбуну по делам. А потом уж в порт.
– Договориться нужно, чтобы деньги поменять. На корабле, небось, кругляши все больше, а их потом искать будут. Вот мы сразу меняле и занесем… – пояснил Кривой.
– И то правильно, – закивал Щербатый. – Только меняла обдерет вас как липку. Этот горбун своего не упустит, известный скареда…
– Молчать-то будет?
– Будет. Молчать – будет. Он и не такое делал. Промолчит. А за пособничество пиратам собачки положены.
– И тебе положены? – спросил Кривой.
– И мне, – снова кивнул Щербатый. – А как же? И мне. Только если все по уму сделать… Вы же, надеюсь, не хотите, чтобы вас поймали… и меня… Вы, похоже, люди серьезные, бывалые…
– Потом поговорим, – оборвал его Рык. – Поехали.
Щербатый вцепился в ручки своей тележки, попытался толкнуть – бесполезно: та намертво застряла, а ноги Щербатого скользили по грязи… Хорек бросился к нему, вцепился в спицу, как мужики делали в распутицу на дороге возле Камня, потянул колесо вверх. Дылда левой рукой подтолкнул – и тележка сдвинулась с места.
– Ты где взял оружие? – спросил Враль Щербатого.
– Я же не спрашиваю, где вы взяли деньги, – не оглядываясь, ответил Щербатый.
– А если кто спрашивать начнет? Понимаешь, что совсем тихо не получится?
– Не станут. Я оружие украл в подземелье. Лазил, искал, нет ли прохода к торговым складам, да наткнулся на оружие. Там много было, я совсем чуток перетащил… Думал продать.
– Давно?
– Уже
– Думаешь, у Крыса стащил?
– А у кого еще? Что под городом, то – Крыса. Ну, может, городская казна и еще что… Хотя и казна, если Крыс захочет, утечет в подземелье без следа. Но Крыс не захочет – ему такого ни в жизнь не простят.
– Не простят, – согласился Враль.
Они добрались до лавочки горбуна.
Рык стукнул для порядку в дверь. Горбун изнутри крикнул, чтобы входили.
– Тележка в лавочку не войдет, – сказал Кривой. – Сейчас разгружать будем?
– Ты тут покарауль со своим приятелем, – приказал Рык Вралю, – а мы поговорим с менялой.
Крыша лавочки протекала – тонкие струйки с потолка текли на пол, но луж не было: вода вытекала в щели между досками. Внутри лавочки было даже холоднее, чем снаружи.
– Звал? – спросил Рык, не здороваясь.
– Звал, – кивнул еле заметный в глубине лавки меняла. – Он сегодня пойдет. Как стемнеет…
– Хорошо. Мы как туда будем добираться, поверху или понизу?
– Понизу, – ответил меняла. – Так будет короче и никто не заметит. Но выйдем в другом месте, чуть в стороне. Пройдем дальше и будем ждать. Когда Крыс…
– Понял, – Рык обернулся к двери. – Затаскивайте! Дылда и Дед – в сторону: не мешайте, если не можете носить. Стол убрать. И дверь нужно в подвал открыть…
Меняла не стал ничего переспрашивать, молча открыл дверь, зажег лампу и вошел вовнутрь.
Щербатый постарался. Под дровами он привез четыре рогатины, пять мечей, десяток длинных кинжалов, четыре топора, три самострела и два десятка болтов к ним. Два кинжала и самострел Щербатый отложил в сторону, сказал, что это его. После чего вновь нагрузил тележку дровами и вместе с Хорьком быстро отогнал на край площади, поставил под навес.
Когда Хорек вернулся, ватажники уже разобрали оружие, оставив ему кинжал, рогатину и три топора на выбор. Хорек по очереди поднял топоры, прикинул к руке, но выбрать так и не успел: Кривой молча отобрал у него топор и прислонил к стене.
– Так вас только восемь? – сообразил наконец Щербатый.
– С тобой – девять, – усмехнулся в ответ Враль. – Мало?
– Да нет… – пожал плечами Щербатый. – Матросы на корабле редко ночуют, особенно на вмерзшем. Лед-то еще пока не ушел. Будет человек пять. Позавчера было вообще трое, я смотрел. Придурки. Они заплатили Крысу и думают, что теперь никто и не сунется за их грузом…
– Подожди, Щербатый, ты-то что делать будешь, когда мы закончим? Если Крыс только подумает на тебя… Или хозяин скажет, что ты сегодня к тетке ходил… Тетка не выдаст?