Слепая страсть
Шрифт:
— Значит, ты не сможешь его засечь?
— Я этого не говорил. Я сказал, что он дьявольски умен. Просто гений. Но я еще умнее!
Джеральд не верил своим ушам, ладони его взмокли от пота. И это чудо сотворил он сам! Он ни на минуту не переставал думать о ней, желать ее — и вот теперь она вернулась, вернулась для него. Дезире вернулась и ждет его!
Голова его шла кругом, он слушал ее божественный голос и чувствовал, как его охватывает нервная дрожь и безудержная отвага. Теперь
Закрыв глаза, Джеральд погрузился в видения. Она вернулась! Она вернулась ради него, потому что он лучший из лучших! Господи, все одно к одному. Он поступил правильно, когда сорвал с себя маску и показал всем этим ничтожествам в колледже, на что способен. Дезире вернулась. Она хочет его, хочет ощутить его внутри себя, мечтает, чтобы он дал ей испытать этот божественный трепет.
Джеральд живо представил себе, как она, лежа под ним, стонет от наслаждения и умоляет его сделать это. Дезире вернулась, ибо он — владыка не только жизни, но и смерти. Ведь благодаря ему она воскресла! Когда он пойдет к ней в этот раз, все будет еще лучше. Гораздо лучше.
Сейчас Джеральд ни секунды не сомневался в том, что все другие были для него всего-навсего экспериментом. Они выполнили свое предназначение — показали ему, как неразрывно он связан с Дезире. И теперь она снова говорила для него, обещала отдать ему себя навеки.
Он должен пойти к ней, но не сегодня. К этому надо подготовиться.
— Он исчез! — Биллингс выругался и ударил кулаком по клавиатуре. — Маденький ублюдок скрылся! Ну выходи же, не тяни! Я тебя все равно поймаю.
— Покажи, что у тебя получилось, Биллингс. Бормоча проклятия, Биллингс разложил на столе карту, снял наушники и прочертил четыре линии. Получился прямоугольник, объединяющий шесть кварталов.
— Он здесь. Пока я его не засеку, больше никакой информации не дам. Господи, неудивительно, что он не стал дальше слушать: тот, другой парень, рыдал как дитя. Какая женщина, черт возьми!
— Продолжай наблюдение.
Бен сунул карту в карман и выпрыгнул из автофургона. Конечно, информации маловато, но час назад у них и этого не было.
Ему открыл Эд.
— Нам удалось установить его местонахождение в пределах участка в шесть кварталов.
Бен вошел в гостиную и развернул карту на кофейном столике. Эд склонился над ней.
— Смотри-ка, это самый фешенебельный район.
— Да. Кстати, там живет дед Тэсс. — Бен ткнул указательным пальцем в пересечение двух улиц. — А вот здесь живет конгрессмен Морган.
— Не случайно, что для покупки цветов использовали его кредитную карточку, — глухо пробормотал Эд. — Возможно, этот тип знает его или знаком с его детьми.
— У Моргана сын примерно
— У него надежное алиби, — заметил Эд.
— Согласен. Но интересно, что бы он сказал, взглянув на фоторобот.
— Сын Моргана, кажется, учится в колледже Святого Джеймса?
— Да, и колледж этот весьма привилегированный. Для отпрысков высшего класса. Очень консервативный.
Эд вспомнил стрижку подозреваемого. Достав блокнот, он поднялся:
— Я должен позвонить.
Бен подошел к окну, откуда был хорошо виден автофургон. Возможно, Биллингсу уже удалось сузить круг поиска. А если нет? Времени у них было в обрез. Бен чувствовал, вот-вот что-то произойдет, и, если не по их сценарию, Грейс может пострадать.
Он посмотрел на Эда, который разговаривал по телефону. Бен совсем недавно испытал на себе, как жутко, когда любимая женщина участвует в опасном деле, а ты не в силах контролировать ситуацию. Он всегда старался быть хорошим полицейским, но, когда стремишься к объективности, порой возникает чувство, словно держишься за мокрую веревку, которая выскальзывает у тебя из рук.
— Сегодня утром у Моргана умерла мать, — сообщил Эд, положив трубку. — Вся семья уезжает из города на несколько дней.
Он старался говорить спокойно, но глаза выдавали его состояние. Бен хорошо понимал его: они не могли ждать еще несколько дней.
— Может быть, Биллингсу уже удалось что-нибудь нащупать…
— Будь оно все проклято! Какого черта Грейс ввязалась в эти дела?! Тем более что и живет она не здесь, и должна находиться сейчас в своей безопасной квартире в Нью-Йорке. Чем дольше она тут пробудет…
— Тем труднее тебе будет с ней расставаться, — закончил за него Бен. — А может, Грейс и не собирается уезжать, Эд?
— Поверь, я вовсе не хочу избавляться от нее. Я люблю Грейс, но мне будет значительно легче, если она отправится в Нью-Йорк.
Бен сел на диван и достал сигарету. Шел восемнадцатый день расследования. Эту проклятую привычку считать он перенял у Эда.
— Знаешь, чем я всегда восхищался в тебе, помимо твоих спортивных талантов? Твоей потрясающей способностью разбираться в людях. Тебе удается раскусить человека через десять минут. Поэтому, полагаю, ты отлично знаешь, что Грейс не намерена трогаться с места.
— Так, может, ее подтолкнуть? — Эд сунул руки в карманы брюк.
— Несколько месяцев назад я очень серьезно решил отстранить Тэсс от наших дел. — Бен затянулся. — Но теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что это было бессмысленно. Каждый человек волен поступать в соответствии с особенностями его личности.
— А по-моему, тебе следовало настоять на своем. Тогда Тэсс не попала бы в передрягу, которая могла стоить ей жизни. — Эд тут же пожалел о своих словах. — Прости, я, наверное, сморозил глупость.