Слепая страсть
Шрифт:
— Выкладывай!
— Допустим, мы имеем дело с частным сыщиком. Парень толковый, но мозги его направлены не в ту сторону. Он любит подслушивать. У него это превратилось в своего рода страсть. Ну, тебе это должно быть понятно.
— Еще бы! — Биллингс откинулся на спинку стула.
— Ему нравится подслушивать разговоры женщин о сексе, — уточнил Бен. — Судя по всему, он просто балдеет от таких вещей. Этот тип может сидеть часами, выбрав понравившийся ему голос, и слушать, как женщина беседует с мужчинами. Так вот, нас интересует, возможно ли,
— Имея соответствующее оборудование, он может незаметно подслушать любой разговор. У меня есть кое-какая аппаратура, которая позволяет подключиться даже к сети на Западном побережье. Но это дорого стоит.
Биллингс явно заинтересовался: его, без сомнения, увлекало все, имеющее отношение к слежке. Эд подумал, что он с удовольствием занялся бы шпионажем, если бы удалось найти правительство, которое доверило бы это ему.
— Давай еще чуть-чуть углубимся в нашу историю. Представь себе, что этому типу вдруг захочется разыскать одну из женщин. Он не знает ни ее имени, ни адреса, ни того, как она выглядит, но тем не менее ему взбрело в голову увидеть ее. Все, чем он располагает, — это голос женщины и подслушивающее устройство. Может ли он найти ее?
— У него мозги варят?
— Спрашиваешь!
— Ну, если варят мозги и есть хороший персональный компьютер, то дело в шляпе. Скажи-ка мне номер твоего телефона, Парис.
Биллингс повернулся к своей рабочей установке и стал выстукивать номер Бена. Машина щелкнула и загудела в ответ на команду, но результат Биллингса явно не удовлетворил.
— Не зафиксирован, — пробормотал он. — Как правило, неудачи только еще больше раззадоривают.
Бен закурил сигарету. Не успел он сделать двух затяжек, как на экране появился адрес.
— Взгляни, он тебе знаком?
— Черт возьми! Неужели это под силу любому?
— Это может сделать каждый растяпа. Признаюсь вам, что, пользуясь этой штукой и имея хоть каплю воображения, можно узнать все, что душе угодно. Погодите минуту. — Биллингс включил в работу фамилию и адрес Бена. — Ничего не стоит, например, проверить счет в банке. — Он опять повернулся к ним. — Но такой парень должен обладать терпением и мастерством, а также техникой высокого класса. Посидим еще пару часиков — и я скажу, какого размера туфли носит твоя матушка. Бен погасил сигарету.
— Если нам придется прибегнуть к твоим услугам, ты сможешь вычислить местонахождение этого сыщика?
Биллингс самодовольно ухмыльнулся, поскольку знал себе цену.
— Ради старых друзей и за достойное вознаграждение я скажу вам не только это, но и что он ел сегодня на завтрак!
— Простите, что приходится беспокоить вас, господин сенатор, но звонит миссис Гайден по важному делу.
Чарлтон читал свою только что отредактированную речь, которую предстояло произнести сегодня на официальном приеме Лиги женщин.
— Какая линия, Сюзанна?
— Третья.
Чарлтон нажал кнопку:
— Послушай, Клэр, у
— Чарлтон, я звоню из-за Джеральда. Прожив в браке двадцать лет, Гайден хорошо знал свою жену, поэтому сразу понял, что она не на шутку встревожена.
— Что случилось?
— Только что звонили из колледжа, Джеральд подрался со своим одноклассником и…
— Подрался? Джеральд? — Засмеявшись вполголоса, Чарлтон протянул руку к бумагам. — Не говори глупостей.
— Чарлтон, мне позвонил сам декан Уайт! Он сказал, что дело очень серьезное. Джеральд буквально избил этого юношу.
— Клэр, зная темперамент Джеральда, это невозможно вообразить. Тебе не стоило звонить из-за такой ерунды. Обсудим это, когда я вернусь.
— Чарлтон! — В голосе ее была такая тревога, что Гайден не решился положить трубку. — По словам Уайта, это не похоже на обычную стычку. Того мальчика увезли в больницу.
— Все это глупости. — Гайден раздраженно отодвинул свою речь. — Не делай из мухи слона из-за каких-то синяков.
— Чарлтон! — Клэр почувствовала дурноту. — Они говорят, что Джеральд пытался его задушить!
Через двадцать минут Гайден сидел в кабинете декана Уайта, словно проглотив аршин. Рядом с ним сидел Джеральд, потупив взгляд и плотно сжав губы. Его белая рубашка была измята и испачкана, лицо изрядно исцарапано и покрыто синяками, запястья распухли.
Вид Джеральда, как ни странно, немного успокоил Гайдена, поскольку подтверждал его предположение, что произошла обычная школьная потасовка. Конечно, дома он устроит сыну хорошую взбучку, лишит его всяких удовольствий на какое-то время, но ничего страшного, кажется, нет.
— Надеюсь, мы быстро уладим это дело. — Гайден уже обдумывал, какую занять позицию, если все это просочится в прессу.
Уайт подавил вздох. До пенсии ему оставалось два года. Все двадцать лет работы в колледже Святого Джеймса он учил, воспитывал и наказывал сыновей очень богатых и привилегированных родителей. Многие из его бывших студентов, закончив учебу, становились общественными деятелями. За годы работы он пришел к выводу, что родителям, отдающим своих отпрысков в его заведение, абсолютно плевать, как ведут себя их дети в стенах колледжа, лишь бы сор не выносился из избы. И в этом отношении Уайт был с ними вполне солидарен.
— Я понимаю, что у вас очень напряженная работа, сенатор Гайден, и не пригласил бы вас сюда, если бы не надеялся уладить это дело.
— Мне хорошо известны ваши профессиональные качества, мистер Уайт. Иначе Джеральд не учился бы у вас. Тем не менее я считаю, что дело не столь серьезно. Конечно, я не намерен смотреть сквозь пальцы на участие моего сына в кулачных боях. — Это было сказано для Джеральда. — Заверяю вас, дома мы нелицеприятно обсудим этот вопрос и примем меры.
Уайт поправил очки. И Гайден, и Джеральд увидели в этом жесте проявление нервозности. Отец отнесся к этому спокойно, а сын — со злорадством.