Слэн
Шрифт:
У змей нет способа связаться с ним, потому что все линии связи находятся под нашим контролем. И с этого дня наши патрули будут останавливать всякого и подвергать его физиогномическому анализу.
Это предотвратит его случайное обнаружение змеями и даст нам необходимое для поисков время. Чего бы это ни стоило, мы должны выследить этого опаснейшего слэна до самого его дома. Наш успех гарантирован. Говорит Главный штаб, конец связи».
Набегавший воздух завывал и свистел, а машина летела вперед, под сводом темных кучевых облаков. Итак, война против рода человеческого зависела теперь от его собственной судьбы, и исход был неясен и для тех, и для других. Они обязательно найдут его, эти аккуратно работающие слэны. Один раз они потерпели
Глава 16
Потребовалось четыре года; Джомми Кроссу вот уже два месяца, как было двадцать три года, когда организация слэнов без усиков ударила с невероятной, поразительной силой. Он сошел по ступеням веранды в этот душный, давяще жаркий день и остановился на тропинке, которая разделяла сад на две половины. Он нежно вспоминал о Кэтлин и о матери и отце и при этом не ощущал горя или даже печали, но глубоко, философски осознавал трагедию своей жизни.
Но никакое самокопание не могло притупить чувства. И с необычной ясностью он воспринимал окружающее. Из всего, что произошло с ним за эти годы, именно это восприятие окружающего свидетельствовало о его зрелости. От Джомми не ускользало ничто.
Горячий воздух волнами поднимался над склонами горы, в которой был спрятан его космический корабль. Теплые струящиеся потоки не были помехой его зрению, которое за долю секунды замечало гораздо больше, чем глаз человека. Он различал детали, и возникал яркий, четкий узор там, где еще несколько лет назад даже он сам не смог бы увидеть ничего, кроме расплывчатых контуров.
Скопище комаров пролетело мимо Бабушки, которая сидела, наклонившись над цветочной клумбой. Пока он стоял, издалека до него доносились еле слышные звуки. Обрывки мыслей, затуманенные пространством, касались его сознания. И постепенно, несмотря на невероятную сложность, калейдоскоп жизни в долине оформился в его сознании: настоящая симфония впечатлений, которые образовывали одно прекрасное целое.
Мужчины и женщины работали, дети играли, смеялись; проезжали трактора, грузовики, легковушки — немногочисленное сообщество людей на ферме встречало новый день, как много, много лет назад. Он опять посмотрел на Бабушку. На краткий момент его сознание растворилось в ее беззащитных мыслях, и в эту минуту способность читать мысли проявилась настолько сильно, что Джомми ощутил Бабушку частью самого себя. Ясная картина темной земли, которую она рассматривала, вспыхнула в его сознании. Высокий цветок занимал основное место в ее сознании, и в его тоже. Пока он наблюдал, в поле зрения появилась ее рука, держащая маленького черного жука. Она торжествующе раздавила насекомое, потом удовлетворенно вытерла запачканную руку о землю.
— Бабушка! — сказал Джомми Кросс. — Ты совершенно не можешь бороться со своей страстью к убийству.
Старуха глянула на него, и на ее морщинистом, добродушном лице промелькнуло воинственное выражение, напомнившее прежнюю Бабушку.
— Чепуха! — огрызнулась она. — Я этих тварей давлю вот уже скоро девяносто лет, а до этого моя мать с ними так же расправлялась, ха-ха-ха!
Ее смех звучал маразматически. Джомми Кросс слегка нахмурился. Климат западного побережья пошел Бабушке на пользу, но Джомми был недоволен гипнотической реконструкцией ее сознания. Конечно, она была очень стара, но то, что она постоянно пользовалась определенными фразами, как, например что она, а до нее — ее мать делали, звучало слишком механически. Он внушил ей эту идею прежде всего для того, чтобы заполнить пробел, образовавшийся после того, как он выкорчевал ее собственные воспоминания, но нужно было попробовать еще раз.
Несколько лет назад Джомми сделал гипнотическое внушение, чтобы все, кто увидит что-нибудь необычное в долине, отправляли подсознательный сигнал, сами не подозревая об этом. Плоды своей предосторожности он пожинал сейчас, когда на него накатывали волны предупреждений от десятков сознаний.
Потом он увидел самолеты — точки, пикирующие над горами в его направлении. Как нападающий мангуст, его мысли бросились к ним навстречу, пытаясь дотянуться до сознания пилотов. Это быстрое движение натолкнулось на прочные мысленные щиты слэнов без усиков. На бегу он подхватил Бабушку, потом забежал в дом. Стальная дверь дома легированной стали захлопнулась, когда огромный, блестящий, турбовинтовой десантный самолет сел, как огромная птица, среди цветов в Бабушкином саду.
Джомми Кросс напряженно размышлял: «Самолет на каждой ферме. Это значит, что они не знают точно, в каком доме я нахожусь. Но скоро появятся космические корабли, чтобы закончить дело. Постарались!»
Ладно, он тоже постарался, и было совершенно очевидно, что теперь ему придется выполнить свой план до самого конца. Джомми чувствовал себя абсолютно уверенно, и никаких сомнений у него не было.
Сомнения и страх пришли минутой позже, когда он посмотрел на подземный экран. Боевые корабли и крейсеры были на месте, но было еще что-то — еще один корабль. Корабль! Это чудище заполнило пол-экрана, и его корпус в форме колеса протянулся по всему горизонту. Корабль диаметром в полмили, десять миллионов тонн металла висели, как сплюснутый воздушный шар, от которого веяло угрозой неограниченной, страшной мощи.
Джомми видел это своими глазами: белый ослепительный луч длиной в сто ярдов рванулся от стенки корабля — и вершина горы исчезла под его ужасным напором. Его гора, в которой был спрятан корабль — его жизнь, была уничтожена управляемой атомной энергией.
Кросс совершенно неподвижно сидел на ковре, покрывающем стальной пол лаборатории. В сознании мелькали бессвязные мысли людей, доносившиеся со всех сторон. Он поднял мысленный щит, и отвлекающая неразбериха посторонних мыслей пропала. Позади него Бабушка застонала от страха. Далеко над ним удары, похожие на падение молота, колотили его непробиваемый дом, но отдаленный шум не отвлекал его. Он был в своем мире тишины: мире быстрых, спокойных, непрерывных мыслей.
Если они были готовы использовать атомную энергию, почему не воспользовались бомбами? Тысяча согласованных мыслей дала простой ответ. Им был нужен совершенный тип атомной энергии. Их методом было не развитие в общем-то неплохой водородной бомбы, с ее тяжелым водным и урановым основанием и цепной реакцией. Они вернулись на еще более раннюю стадию — грубое развитие идеи циклотрона. Только так можно объяснить огромные размеры. Слэны построили циклотрон весом в десять миллионов тонн, который был способен выдавать смертельный поток необузданной энергии — и они, очевидно, хотели воспользоваться его мобильностью, чтобы заставить отдать им свой бесценный секрет.
Джомми бросился к панели управления, которая занимала целую стену в лаборатории. Щелкнул выключатель, стрелки замерли. Приборы рассказали все о космическом корабле, похороненном под расплавленной горой, но в нем кипела механическая жизнь, и он сейчас автоматически зарывался глубже в землю, в то же время безошибочно направляясь в сторону лаборатории.
Повернулся диск, и целая куча стрелок за прозрачными стеклами подпрыгнула от нуля до первого положения и напряженно задрожала. Они тоже рассказали многое — о том, как атомные пушки поднимались из земли, в которой они так долго были спрятаны, и, когда он взялся за точный прибор, которым было его устройство наведения, двадцать непобедимых пушек совершенно синхронно развернулись.