Следы на воде
Шрифт:
Альваро повел бровью:
– Вы – в смысле, студенты? И откуда же вы узнали про это?
С загадочным видом паренек коснулся своей желтой ленты:
– Студенты не знают. Мы – знаем.
– Тайное общество всезнаек?..
– Тише, маэстро!
– паренек понизил голос и подошел вплотную к Альваро.
– Здесь, в эсфере Искусств, почти нет наших людей. Вы и я – больше никого. Нужно соблюдать осторожность.
– Прежде чем зваться “вашим”, я б не отказался узнать, кто такие “вы”.
– Мы –
– Ах, вот о чем речь!.. Вы – те самые парни, кому не нравится Высокий Стол?
– Маэстро, знайте: мы очень благодарны. Ваш поступок укрепил наш боевой дух.
– Ну, хоть что-то полезное от идиотского спора… Как вас зовут-то, юноша?
Желтоволосый промедлил с ответом, Альваро махнул рукой:
– Ладно, посмотрю в журнале.
– Не смотрите! Там есть фамилия, ее лучше не знать. Мы зовем друг друга псевдонимами. Я – Оса.
Альваро оценил чередование желтых волос, черного галстучка и желтой ленты в петлице.
– Логично… Что ж, всего доброго, Оса.
– Удачи в общем деле, маэстро!
Отделавшись от юного революционера, да Силва направился к выходу, но был пойман в засадуиным неприятелем. Тысяча чертей, с каких пор честному человеку запрещается просто взять и выйти из академии Искусств?!
– Маэстро да Силва, позвольте вас спросить…
– Снова вы, сеньорита?!
Альваро понятия не имел, как зовут студентку из первого ряда. Она назвала себя, но он даже не попытался запомнить имя.
– Сеньорита Золотое Перо, неужто вы еще не утолили жажду вопросов?
– Я жажду скорее ответов, - поправила она. – Но сейчас прошу о другом. Маэстро, вы могли бы прочесть одну страницу? У меня есть идея романа, и очень хочется узнать ваше мнение.
– Идея романа?.. – переспросил Альваро.
– Да, я описала ее здесь.
Студентка протянула листок бумаги. Вверху значилось: «Презренный наследник. Идея книги». Вокруг заглавия размещались несколько мелких рисунков: тощий паренек, разинутый кричащий рот, флакон с черепом и костями, кораблик… Ниже шел текст – видимо, изложение идеи.
– Милая сеньорита, боюсь, вас кто-то обманул. Не существует такого понятия, как «идея романа».
– О чем вы, маэстро?
– Романы не посвящаются идеям, это слишком мелко. Газетной статьи хватит, чтобы просто высказать идею. А роман – суть панорама целой жизни и поиск ответов на вопросы, которые гложут автора.
Студентка молвила с оттенком назидания:
– Литературные критики всегда пишут что-нибудь про идею.
– Лучше бы они писали о сортах пива, ибо это единственное, в чем они разбираются.
– Но послушайте, маэстро: вот моя идея, и, кажется, она блестяща! У одного юноши был знаменитый отец, который когда-то совершил подвиг. Юноша его боялся
Альваро усмехнулся:
– Вот видите, об этом я и говорю. Вы не ищете ответов, вас не интригует собственный сюжет. Вы заранее уверены, что отец – мерзавец, и эта вера передается читателю.
Золотое Перо умолкла в замешательстве, и Альваро, наконец, сумел покинуть факультет.
* * *
В отделении банка худшие тревоги маэстро получили подтверждение. Ему сообщили, что вчера явился поверенный от некоего Винсенте Рамиреса с требованием семи тысяч эскудо, якобы проигранных Альваро да Силвой. Конечно, банк и не подумал выплатить что-либо, а напротив, уведомил маэстро о том, что против него, похоже, действуют мошенники.
– К сожалению, он не мошенник, - вздохнул Альваро. – Точнее, самый настоящий мошенник, достойный сын змеиного кодла, именуемого эсферой права… но я действительно ему задолжал.
– Прикажете выплатить? – удивился служащий банка.
– Я проиграл дуэльный спор.
– Примите мои соболезнования. Однако, маэстро, имеется проблема. На вашем счету нет семи тысяч эскудо.
– Сколько есть? – спросил Альваро, затаив дух.
– Четыре тысячи шестьсот.
Голова пошла кругом. Всего за один месяц он спустил третью часть гонорара! И самое обидное – даже не понимал, на что! Рестораны, театры, прогулки на яхтах, дамочки… Единственная осязаемая вещь, которую хотя бы можно взять в руку, - это новый револьвер.
– Выплатите сколько есть, - распорядился Альваро. – На недостающую сумму я выпишу долговой вексель.
– Поверенный сеньора Рамиреса предупредил: его устроит вексель со сроком выплаты не больше трех месяцев.
Альваро мысленно призвал Древнего и всех морских чертей. Откуда, бездны ради, мне взять две с лишним тысячи за три месяца, если новый гонорар будет через год?! И, что гораздо любопытнее: как вообще прожить это время?..
На улице газетчики кричали:
– Сенсация в Палате Слова! Рабочие вызывают фабрикантов на спор! Покупайте «Вестник»!..
Но да Силва не замечал их воплей, до того погрузился в свою проблему. Можно сколько угодно хвалить благородство бедняков – от этого не возникнет желания вступить в их ряды. Меж тем, иного пути не виделось. Альваро еще не брался даже за сюжет новой книги. До готового текста – целый долгий год, а до издания – и того больше!
– Синиор Флориес да Сильва?..
В который уже раз за сей злосчастный день ему преградили дорогу. Перед Альваро стоял иноземец – смуглый муар в белом фраке с алыми пуговицами и отворотами. По контрасту с белизной одежды лицо муара казалось совсем уже черным.