Следак
Шрифт:
— Молодой человек, — Марья Сергеевна отчего-то не спешила меня отпускать. Она смотрела на меня задумчиво. Легким движением ладони, женщина спровадила подчиненную. — Вы не местный? — спросила она меня, когда Светочка удалилась.
— Не местный, — согласился я, пожав плечами, не понимая к чему это выяснять.
— С Запада приехали, из соцлагеря? — последовали другие вопросы, и не дожидаясь ответа. — Я так сразу по вам и поняла.
Я удивился, вспомнив про свой немодный прикид.
— Одеты неброско, вежливы, держитесь
Я с любопытством взглянул на эту проницательную женщину. По сути, первую, кто, заметив мою чуждость, разложил все по полочкам. Остальные лишь чесали репу, соображая, что со мной не так.
— Будет вам кровать, — заговорщицки подмигнув, сообщила она мне.
— И за сколько денег она материализуется в моей квартире? — поинтересовался я. Денежный вопрос был для меня немаловажным. Если много запросит, то я от кровати откажусь.
— По госцене, — засмеялась она красивым, переливающимся смехом.
"С чего такие преференции?" — удивился я, но спорить с женщиной не стал.
Дальше меня пригласили в подсобное помещение, записали мой заказ и адрес доставки. Я оплатил мебель по госцене, добавив два червонца за работу грузчиков.
Распрощались мы с Марьей Сергеевной сердечно, но без интимного подтекста, как я уже себе напридумывал. Женщина вела себя со мной доброжелательно, но не флиртовала, при этом настойчиво вручила мне номер своего телефона как рабочего, так и домашнего. И я совсем уже ничего не понимал.
А на выходе из отдела меня ждало препятствие в виде выстроенной в боевом порядке толпы-сектантов. Все как один, они смотрели на меня неприветливо.
Я озадаченно окинул их взглядом, задержавшись на стоящей напротив меня их предводительнице — широкое лицо с двойным подбородком, замаскированная крупными бусами дряблая шея, темное длинное платье, на плече увесистая сумка.
— Ваша фамилия? — начальственным тоном спросила она и помахала перед моим лицом тетрадкой.
— А что вам до моей фамилии? — раз уж пришлось остановиться, решил я узнать причину наезда.
— То есть вас нет в списках! — обличительно воскликнула она. — Решили без очереди отовариться?! — женщина недобро прищурилась.
— Еще один блатной выискался! Без очереди влез! — к обвинениям присоединился давнишний, казавшийся интеллигентным, очкарик.
— Товарищи, идите вы лесом, — поняв в чем дело, послал я их по не самому дальнему маршруту, а сам не обращая внимание на ругань, свернул к лестнице — мне еще нужно было купить постельное белье и посуду.
Освободился я только часа через два — очереди, очень медленное и нерациональное обслуживание, дефицит товара, нервотрепка и хамство продавцов — причуды советской торговли, с которыми мне пришлось столкнуться, выкачали из меня всю жизненную энергию. Так что, приехав в квартиру, я застелил диван, и, позабыв про ужин, вырубился.
Первую половину следующего
— Вам, не кажется, что чего-то не хватает? — спросил я у Вениамина Анисимовича, когда рассматривал надетый на себя костюм в зеркале.
— Что не хватает? — обеспокоился портной, пытаясь отыскать изъян в пошитом им изделии.
— Туфель, — помог я ему.
— Туфель? — поразился портной ответу. Какое это имеет ко мне отношение? — говорил его взгляд.
— У вас получается отличный костюм, — сделал я комплимент его мастерству. — Но, увы, хороший костюм с сандалиями не оденешь.
Мы синхронно посмотрели на мои ноги, и я для наглядности пошевелил пальцами.
— Да, непорядок, — пораженно пробормотал портной, словно дивясь только что сделанному открытию.
— И я о том же, — поддакнул ему я. — Вениамин Анисимович, вы можете помочь мне с хорошими туфлями? — в ожидании ответа я застыл с просительным выражением лица.
Мастер задумался.
— Минутку, — проговорив это, он скрылся в коридоре, откуда вернулся уже со знакомым мне телефоном.
— Как же у вас тут все сложно, — пробормотал я несколько минут спустя, неохотно плетясь к выходу. Предстояло ехать на встречу с фарцовщиком.
Все дороги ведут в ЦУМ — именно возле него мне была назначена очередная деловая встреча. Я обежал взглядом ступеньки, но никого подходящего не заметил. Вениамин Анисимович в этот раз никаких примет мне не раскрыл, а, наоборот, описал мою внешность неведомому Костику.
— Парень, эй парень, оглох что ли? — ко мне подскочил молодой мужик в темных очках с наклейками на стеклах.
"Мода здесь что ли такая?" — думал я, неприязненно его рассматривая. От него жутко воняло туалетной водой. Словно он в ней искупался вместе с одеждой, обсох и пошел в таком виде на улицу к людям приставать. Поэтому я предпочел от него отойти подальше, но этот тип посыла не понял.
— Приборохлиться хочешь? — двигаясь следом и жуя жвачку, тянул он гнусаво. — Есть шузы, вочи…
— Ты вообще кто, мудила? — перебил я его, демонстративно зажав нос. То, что это фарцовщик от Вениамина Анисимовича мне даже в голову не пришло, слишком уж они были разными. Вот Эдмунд легко вписывался в круг общения портного, но никак не это чудо в наклейках.
— Сачок, отвали, — вмешался в наш диалог третий участник.
Вот этот, похоже, был моим будущим партнер по товарно-денежным отношениям. Молодой парень моего возраста. Одет в джинсы-клеш и спортивную футболку с яркой надписью по-английски, на ногах кроссовки, на голове убранные в хвост длинные волосы. Взгляд одновременно угрожающий и насмешливый, от которого вонючий Сачок, не возникая, ретировался и растворился в толпе.