След Сокола
Шрифт:
Карл между тем продолжал разговор с придворными.
– Кнесслер, вы давно знакомы с этим пиратом?
– Наши земли соседствуют с датскими. Мы не могли не встречаться. Тем более что я не однажды бывал при дворе Готфрида, ваше величество.
– По крайней мере, могу я надеяться, что герцог не входит в число ваших друзей?
– Между нами, ваше величество, скорее существует неприязнь, – поклонился эделинг. – Он недолюбливает меня, я недолюбливаю его. Хотя лично я не могу, даже сам перед собой, когда честен и объективен, объяснить природу этой антипатии. Скорее всего, это интуитивное. Мы с Трафальбрассом слишком разные люди, чтобы стать друзьями. Бывает, конечно, что разные люди дополняют один другого. У нас не так. Мы обладаем качествами, которые отталкивают нас друг от друга. И с этим поделать ничего нельзя.
– Я рад этому, сознаюсь честно, я рад… И сам, кажется, испытал при виде этой улыбки точно
– Я не подумал, Карл, и поступил опрометчиво, – согласился Бернар, обычно щепетильный в вопросах чести. – Но у герцога Трафальбрасса слава неустрашимого и умелого воина. Это смутило меня и заставило поторопиться… К тому же, его хорошо знают в этих местах. Видели бы вы, как приветствовал герцога простой народ, когда по улицам Хаммабурга пронеслась весть о его приезде… И я поддался общему настроению.
– Народ приветствовал пирата? – удивился Карл.
– Ваше величество, – снова вступил в разговор Кнесслер, делая легкий поклон в сторону Бернара, показывая этим, что сказанное имеет прямое к нему отношение. – У саксов, как, впрочем, и у всех прибалтийских славян, несколько иное отношение к викингам, чем у вас. В наших краях считается почетным стать викингом. К тому же их появление явилось естественным следствием принятия правил майората [107] , и бороться с этим невозможно. Я не думаю, что кто-то в наших краях осудил бы вас за включение викинга в состав зачинщиков. Хотя все это вовсе не говорит о том, что лично мне было бы приятно состоять в одной команде с Сигурдом.
107
Движение викингов явилось прямым следствием распространенного в скандинавских странах правила майората, согласно которому старший сын наследовал землю, а младшие сыновья оружие отца. Эти безземельные воины и стали первоначальной основой движения. В Западную Европу майорат пришел несколько позже, и принес с собой зарождение странствующего рыцарства, от которого Европа страдала несколько веков, пока римские папы не нашли способ избавиться от него, организовав Крестовые походы. И все же майорат был высшей формой наследования для тех времен, чем обыкновенное разделение наследства. Так, до введения майората Карл Великий оставил свое королевство только одному оставшемуся в живых сыну Людовику. Но Людовик Благочестивый, в свою очередь, вынужден был разделить королевство франков на четыре части, что привело к бесконечным войнам между сыновьями и даже между сыновьями и отцом. В результате мощная империя раздробилась и потеряла былую силу.
– Я понимаю, что у всякого народа могут быть свои правила и понятия о чести. И, тем не менее, мне неприятен этот рыцарь. И я желал бы видеть его только издалека, и вовсе не под своим знаменем. Это мое королевское право!
Король при последних словах даже топнул ногой. Он откровенно рассердился. Видеть его в гневе доводилось далеко не всем придворным, и потому это редкое явление заставило присутствующих замолчать. Но молчание было и для самого короля тягостным, он привык, что жизнь вокруг него постоянно движется, приносит новые события, заставляющие его самого действовать.
– Не прибыл ли еще Бравлин?
– Нет, ваше величество, – ответил дю Ратье. – Герольды от него вернулись с сообщением о согласии князя Бравлина участвовать в турнире, но самому князю требуется время, чтобы завершить необходимые дела дома, и он прибудет прямо к началу поединков. Хотя и отослал уже сюда боевого коня и своих оруженосцев.
– Вот предусмотрительный воин! Боевой конь прибывает раньше самого рыцаря, чтобы не быть утомленным. За свое утомление Бравлин не боится?
– Он, ваше величество, говорят, не знает усталости в бою, как и многие славянские князья. Поговаривают, что это какая-то славянская магия. Волхвы обучают ей своих князей, и те становятся неутомимыми и очень быстрыми. Это же касается и Годослава, насколько верно все, что про него рассказывают… Не герцог Трафальбрасс рассказывает, а люди, сталкивающиеся в Годославом в бою. Они-то знают князя лучше…
– Магия?..
Карл опять нахмурился, потому что не хотел неприятностей со стороны церкви. И осмотрел всех собравшихся, словно спрашивая их мнение.
– По правилам турнира каждый рыцарь должен принести клятву биться честно и не использовать в бою колдовство, – сказал Бернар. – Можно ли волхвовскую магию относить к колдовству? Если да, то ни Бравлина, ни Годослава нельзя допускать до участия в
– На груди все наши рыцари носят крест христианина. Крест защитит их от любого проявления нечистой силы, – не слишком уверенно настаивал на своем король.
– Чтобы крест стал защитником, – снова возразил неугомонный Бернар, уловив лазейку, через которую может пробраться веский для партии войны аргумент, способный разрушить миролюбивое настроение короля, – следует самому быть святым. А такого среди рыцарей найти трудно. Думаю, нам придется привлекать к участию в турнире священников, чтобы они своей молитвой очистили пространство боя от всякой нечисти и проявлений черных сил Сатаны.
– Спроси-ка, дядюшка, об этом аббата Алкуина… – посоветовал король, потому что аббат только что осторожно заглянул за полог, словно испрашивая разрешения войти. – Наш Алкуин хорошо знаком со многими такими тонкостями теософии, что, несомненно, может стать консультантом и в области теургии [108] .
108
Теургия — колдовство, магия.
Алкуин вошел в палатку полностью.
– О чем идет речь? И кто здесь так упорно интересуется теургией, что ему требуется консультация священника?
Бернар терпеливо объяснил.
– Да, я слышал об этом… – сказал аббат. – Но отнести систему воспитания к области колдовства может только самый неграмотный монах, которого накануне славяне побили палками. Существующий термин «хрономагия» [109] , то есть магическое управление временем, является неправильным толкованием воспитанной годами тренировки по ускорению своих действий и реакций. Пусть наш друг граф Оливье спросит, если это ему интересно, своего спасителя Салах ад-Харума. На Востоке среди высшей знати подобное умение тоже не редкость. Поэтому я не вижу препятствия в допуске славянских князей к участию в турнире.
109
Славянских князей в самом деле обучали хрономагии с самого раннего детства, с пяти лет, когда мальчик переходил из женской половины дома на мужскую и получал в руки детское копье. В действительности, этот термин не соответствует самой системе обучения. К настоящей магии хрономагия не имела никакого отношения. Просто волхвы в период обучения добивались от ученика пробуждения в нужный момент скрытых сил организма, позволяющих в несколько раз увеличивать скорость движения и обострять быстроту реакции. В йоге эта же система называется «пробуждением Кундалини», известны такие практики и в китайских системах воспитания монастыря Шаолинь, основанного пришедшим на Восток арийским воином Бодхидхармой, проповедовавшим подготовку супервоина. Бодхидхарму после смерти приравняли к богам. Таким образом, можно проследить возникновение хрономагии и отнести ее к древним арийским боевым искусствам. Ведические волхвы сохранили древние традиции арийских предков и принесли их к потомкам. К сожалению, в настоящее время среди славян это умение утрачено во многом благодаря стараниям христианства, вытравившего все драгоценные ведические традиции, как и богатую ведическую культуру славян, в угоду собственной вторичности, желающей стать первичностью.
– Вот видишь, дядюшка, – засмеялся Карл, – если наших рыцарей побьют, это будет означать только то, что наши монахи плохо занимались их воспитанием. Кнесслер, а что вы молчите? Вы же соседствуете со славянами. Что вы думаете о мастерстве славянских рыцарей?
Эделинг выступил вперед.
– Они хороши в бою, ваше величество. В отличие от представителей других владетельных домов Европы, славянские князья обычно сами непосредственно участвуют в сражениях. Такова их традиция. И не просто участвуют. Они всегда – лучшие среди своей дружины, самые сильные, самые ловкие, самые быстрые и самые умелые. Когда сам князь участвует в схватке, я не завидую противнику. Но одновременно я могу сказать и другое – они не непобедимы! И это дает нам право утверждать, что в подготовке воинов не присутствует колдовство.
– А даны? – спросил Оливье. – Они тоже владеют хрономагией?
– Мне не доводилось об этом слышать. Волхвы славян и волхвы данов проповедуют разные методы воспитания, точно так же, как и христианские монахи. У данов есть свои бойцы, о которых все вы прекрасно знаете. Я имею в виду берсерков. Берсерки перед боем пьют отвар мухомора и обретают необыкновенную храбрость и одержимость.
– Точно так же Салах ад-Харум мог бы рассказать вам о многих магометанских сектах, где воины перед боем пьют сок мака или отвар конопли, чтобы приобрети те же качества. Этих воинов зовут шахидами, – вставил аббат Алкуин.