След любви

Исаев Максим

О нашей студенческой жизни, конечно, можно много интересного рассказать, но это может занять немало страниц, и, чтобы не надоедать читателю, я стараюсь описывать только такие эпизоды из жизни моего друга «бедного Борика», которым лично в большей или меньшей степени был свидетелем. Да простят меня наши милые дамы, потому что сейчас речь пойдёт о них. Вернее, об одном эпизоде с ними. Это тоже, уверяю вас, весьма забавно, интересно, любопытно.

Итак, пятый курс. Наши парни как-то резко и неожиданно взяли моду жениться перед самым выпуском, чтобы на рабочее место явиться уже семейными людьми и тем самым придать себе некую солидность в надежде на быстрейшее получение служебных квадратов. Чуть ли не каждую

неделю свадьба. Гуляем, веселимся, пропиваем друзей, несмотря на душераздирающую тревогу о предстоящей защите диплома. На одной такой свадьбе Борик наш танцует и любезничает с молодой дамой броской красоты с длинными, почти до пояса, чёрными вьющимися волосами и соблазнительными формами, рвущимися к неутомимому кровавому бою. На второй день свадьбы Борик излагает мне секретное дипломатическое сообщение: он приглашён в гости к ней с ночёвкой, и я в придачу – для её подруги. Уточняем: она живёт с родителями в частном доме на окраине города, а родители уехали на дачу и приедут только в понедельник. А нам что, двум молодым и пока что подозрительно холостым, голодным до женской ласки мужчинам! Поехали.

Я не стану описывать, какой шикарный ужин устроили нам девочки, до какой степени мы были раскалены и честно отработали положенный в таких случаях джентльменский набор, не скрывая своих восторгов и неудержимого темперамента, поскольку никого я этим не удивлю, но вот на том, что случилось потом, нужно остановиться поподробнее.

Уставшие от ненасытной любви, измученные горячими объятиями своих подруг, мы заснули только под утро и даже не услышали, как во двор частного дома, где мы пировали всю ночь, заехала старенькая легковушка. В лёгком халате, с растрёпанными волосами, перепуганная вчерашняя подруга сильно затормошила Борика, тщетно пытаясь его разбудить, но он оставался невозмутим, пока я не облил его холодной водой из бутылки со стола.

Я уже надел брюки и успел открыть окно в сад, когда Борик только разлепил глаза. Начал он приходить в сознание, лишь когда в дверь стали колотить и угрожать убийством. Подруги наши уже тихо плакали, просили быстрей выпрыгнуть в окно. Я прыгнул первым, показав Борику пример, и успел пригнуться за кустом в ожидании друга, но Борик замешкался и потерял несколько драгоценных секунд. Сломав дверь в комнату свиданий, на пороге появился отец любвеобильной нашей красавицы и выпалил дуплетом из двустволки в сторону убегающего уже в сад Борика…

В больнице из тела Борика под его весёлый рассказ о нашем аморальном походе за удовольствиями угорающий от смеха медицинский персонал в лице хирурга вытащил целое состояние в виде свинцовой дроби и на несколько дней припаял Борика к больничной койке, приказав лежать перевязанной задницей к потолку, а в общаге нашей из моих уст к вечеру знали уже всё в подробностях и считали нас счастливчиками, что унесли ноги и остались в живых. Коварный смех при этом как будто кричал: «Так вам и надо, бабники дуреголовые!»

Недолго нам напоминали о нашем бегстве из запретной зоны: одолевали уже тревоги перед защитой и заботы после получения дипломов – начиналась взрослая и серьёзная жизнь.

Окончили мы институт и на некоторое время потеряли друг друга: у каждого появились свои житейские проблемы, и думать о других не было времени.

Прошли годы, жизнь будто сорвалась с цепи, стала стремительно меняться. Большая наша Родина приказала долго жить. Появились новые понятия в речи простых людей: кооператор, челнок, курс валют, Интернет… И меня вынужденно затянуло в этот водоворот. Искал и нашёл я свой бизнес. Немного оперившись, я почувствовал в себе горькую тоску по своим ребятам-однокурсникам.

«Одноклассники» не помогли: кроме одного из ребят, который тоже знал о наших сокурсниках немного, я не нашёл никого. В поисках каких-либо

следов затерявшихся моих однокашников я нагрянул на свою бывшую кафедру и – ба-а-а! – нашёл Борика Бешеного, чему и он, и я были сказочно рады. Оказалось (я даже не знал об этом), что наш знаменитый своими приключениями Борик остался на кафедре научным работником и даже замахнулся было на защиту кандидатской, но тут как гром среди ясного неба, с шумом и гамом, новыми идеями и соблазнами, грянула перестройка. Борик тоже не устоял и под натиском ветра перемен сначала сделался кооператором, а позже и вовсе стал претендовать на обладание высоким званием предпринимателя.

Арендовал наш герой один бокс в ведомственных гаражах института и начал создавать собственный бизнес в области ремонта и реставрации легкового автомобильного парка столицы нашей любимой Родины. И должен заметить, что стартовые условия у него были гораздо лучше, чем у Генри Форда в его мастерской с дырявой крышей. Окрылённый идеей и охмурённый розовыми фантазиями, Борик за копейки купил своё первое средство передвижения – проржавевший и с неработающим двигателем продукт отечественного автопрома с уже привычным нашему слуху итальянским именем «жигули» – с великой целью превратить сие изделие в шедевр на колёсах, чтобы потом продать этот шедевр почти через аукцион и заработать тем самым первый солидный оборотный капитал.

Сидим у Борика в лаборатории, он так же эмоционально и весело, как и в юности, рассказывает о своём увлечении идеей, ну а я, зная Борика и предполагая, чем его афера закончится, уже смеюсь с самого начала. Сам он тоже смеётся как ни в чём не бывало и продолжает рассказ. Короче, Борик с невиданным подъёмом моральных и мобилизацией физических сил взялся за любимое дело – возиться с техникой – и работал как одержимый в течение нескольких месяцев, не видя света. А свет тем временем пробежал мимо него с бешеной скоростью, и Борик только теперь заметил, что кругом всё уже изменилось: цены, предпочтения, вкусы, что капитал, который Борик вложил в дело, – это уже совсем не капитал, а так, слёзы. Незаметно и преступно подкралась инфляция. Но Борик, как и всегда, не сдавался. С целью выручить хоть какие-то финансы для семейной казны он решил выставить на всеобщее обозрение на местном авторынке свой шедевр и, будучи в отличном настроении, полный жизненных надежд, выехал с раннего утра в нужном направлении.

Вы теперь только не смейтесь, дорогой мой читатель. Я тоже не смеялся. Долго не смеялся, держался до тех пор, пока сам Борик со стула чуть не упал от смеха. Ну, тогда и я не устоял и разразился хохотом, вытирая выступившие слёзы.

В общем, ехал Борик на рынок быстро, как, впрочем, и всегда, а тут откуда ни возьмись выскочила чёрная кошка и прямо под колёса побежала. Хозяин шедевра, даже не успев ничего сообразить, на автопилоте резко повернул руль влево и подставил свой бок под удар объезжающей его на сумасшедшей скорости машины, отчего шедевр Борика отскочил в другую сторону и на полном ходу боднул толстое, мощное стальное основание фонаря уличного освещения…

Очнулся Борик в больничной палате только через несколько дней и не сразу узнал от врачей весьма приятные новости о том, что он только немного порезан в трёх местах, о чём свидетельствовали несколько швов на лбу и щеке; что его нос, собранный из нескольких лоскутков, стал даже красивее, чем был, – хоть на выставку; что вылетевшие два передних зуба – это вовсе не такая уж большая потеря, о которой можно жалеть: челюстной хирург предложит сто вариантов прикручивания к челюсти современных, ослепительно белых зубов, которые сразу омолодят тебя на несколько лет. А ещё от врачей Борик узнал, что, оказывается, ключица его и раньше была сломана и что об этом не стоит даже упоминать, потому что опять заживёт, как и в молодости.