След чужака
Шрифт:
Он махнул рукой каким-то неловким, нервным движением и отвернулся. Ильнар вспомнил, что друг те самые трое суток торчал с ним в реанимации, и ощутил жгучее раскаяние за свои слова. Родители, наверное, вообще с ума сходят, а он тут шуточки шутит…
Он шумно вздохнул.
— Извини. Я больше не буду нести чушь… и пауков хватать голыми руками… тоже не буду. Правда. И спасибо… за все.
Доктор издал звук, похожий одновременно на вздох и нервный смешок.
— Ну да, ты ж не знаешь еще. Кир сказал, что когда тот дом все-таки вскрыли, внутри нашли двадцать баллонов хларина. Если бы ты
Сферотехник попытался присвистнуть, но вышло только закашляться. Да уж, двадцать баллонов хларина быстро и надежно превратили бы всех перечисленных в шашлык. А учитывая, какой был ветер, облако легко накрыло бы и два квартала, и три. Пожар таких масштабов даже представлять было жутковато.
— Сейчас опять маску надену, раз уж спокойно лежать и дышать для тебя слишком сложно, — пригрозил доктор, и Ильнар снова попытался покачать головой, насколько это можно сделать лежа. Воспоминания о выезде возвращались стремительно, паука он поймал, ловушка не сработала, периметр вскрыли… Но зачем колдуну нужен был пожар? Скрывать следы очередного ритуала? Или что-то еще? И действительно ли дом был связан с колдуном? Вопросы переполняли голову, произнести их все одновременно было бы сложно даже в здоровом состоянии, а уж сейчас-то…
Сферотехник жалобно взглянул на друга, и тот понимающе усмехнулся.
— Подробности тебе пусть Кир с Фином рассказывают, я не особенно интересовался. Правда, их я к тебе пущу не раньше, чем послезавтра, а до тех пор довольствуйся информацией, что никто, кроме тебя, не пострадал. Фин, правда, очень хотел кого-то там побить, уж не знаю, удалось или нет.
Если Фин хочет кого-то побить — он побьет, это факт. Ильнару и самому хотелось начистить пару физиономий… Ну, или не пару, а чуть побольше — в списке значилась техническая бригада полным составом и капитан Элори отдельно. В предчувствия он, видите ли, не верит. Ну и кто теперь дурак?
Ладно, главное, что все живые. Выяснить отношения можно будет и попозже. Сферотехник прикрыл глаза, раслабляясь. Все живые, он жив, и бабочки снова полетели, правда, без музыки и голосов…
Музыки в реанимации и не должно быть. И бабочек тоже. А девушек? Вряд ли Эл стал бы плакать, да еще и женским голосом… Стоит прояснить вопрос.
— А тут кроме тебя… никого не было?
— Когда?
— Пока я тут лежал… — доктор недоуменно нахмурился, и Ильнар, вздохнув, признался: — Мне показалось… Я голос слышал. Женский. Как будто… меня кто-то звал.
Произносить все это вслух не хотелось, и не зря — собственные слова вдруг показались полнейшей глупостью. Да и Эл насмешливо сощурился:
— Ты, вообще-то, в реанимации. Сюда посторонних не пускают, даже если это прекрасная влюбленная дева, явившаяся порыдать над телом павшего героя.
— Ладно, забудь, — с досадой проговорил сферотехник, снова закрывая глаза. Лучше бы молчал. Но девушка, чей голос он слышал в бреду, которая просила дышать и не сдаваться, казалась исключительно реальной — и тогда, и сейчас. Неужели просто приснилось? Обидно. Вот так приходишь в себя —
— Не дуйся, — хмыкнул друг, и Ильнар почувствовал, как на плечо легла ладонь. — Ты жив, на ноги я тебя поставлю, а там уже все прекрасные девы будут твои. По всем каналам три дня новости только об отважном герое, который спас половину города от пожара. Журналисты, кстати, звонили, интересовались, когда можно будет взять у тебя интервью.
Поправка — никто не ждет, кроме друзей, родителей, сестер, журналистов и половины города… Ильнар неожиданно для себя зевнул и понял, что зверски хочет спать. А все вышеперечисленные, вместе с упомянутыми Элом прекрасными девами, прекрасно подождут до утра.
— Я добавил тебе снотворное в капельницу, — донесся откуда-то издалека голос друга. — Отдыхай, тебе пока не стоит напрягаться. А я пойду и тоже на сутки завалюсь спать.
— Спасибо… — пробормотал Ильнар, не открывая глаз. Ладонь на плече слегка сжалась и исчезла. Хлопнула дверь.
Кошмары ему не снились — только бабочки.
Когда он наконец проснулся, в палате было совсем светло. Ильнар открыл глаза и почти тут же сощурился от льющегося из окна справа яркого солнечного света. Он машинально прикрыл лицо рукой, запоздало вспомнил про капельницу, но трубка исчезла.
— Вы проснулись? Доброе утро!
Ильнар выглянул из-под руки и с изумлением увидел перед собой Кеару в форменном зеленом платье.
— Как самочувствие? — участливо поинтересовалась девушка.
— Кажется, у меня галлюцинации, — пробормотал интуит. Он попытался взглянуть на свое видение Истинным зрением, и поморщился, когда дар не отозвался. И так еще месяц или около того… Кошмар.
Кеара весело улыбнулась:
— Если вы про меня, то я вполне реальна.
— Ага, галлюцинации тоже обычно так говорят, — брякнул он и тут же с раскаянием вспомнил, что говорить этого не стоило — любое слово могло быть использовано против него. Девушка, однако, лишь рассмеялась:
— Да нет у вас никаких галлюцинаций! Просто Эл попросил меня сообщить, когда вы проснетесь. Я позову его, а вы лежите тихонько и не пытайтесь встать, хорошо?
Он осторожно кивнул. Судя по тому, что вчера говорил Эл, встать сейчас ему бы не удалось при всем желании. Кеара почти дошла до двери, замерла, несколько секунд постояла и, обернувшись, хитро сощурилась:
— А предложение перейти на «ты» все еще действует?
— А… — Ильнар на секунду зажмурился, пытаясь привести мозги в рабочее состояние. — Ну да, наверное…
Вот надо было ей прийти с самого утра, пока он еще не соображает и тормозит! Не ляпнуть бы глупость…
— Тогда я им воспользуюсь, — Кеара довольно улыбнулась и взялась за ручку двери.
— А что там было насчет влюбиться и сойти с ума?
Слова сорвались с губ как будто сами собой. И то, что говорить сегодня было куда легче, чем вчера, не могло не радовать. А вот подумать он снова не успел, и, судя по взгляду собеседницы, зря.
— Ты знаешь… — Кеара в притворной задумчивости подняла взгляд к потолку. — Я начинаю думать, что тебя не так-то просто свести с ума.