Славичи
Шрифт:
Мрачен и угрюм такой лес. Он наполняет душу тягучей тоской и неотступной тревогой.
Подавляет могучей таинственной силой, лишающей человека воли.
Подбросив в окруженный открытым влажным грунтом костер еще пару коряг, Ком
решился отойти подальше. Он осторожно пробирался через упавшие полусгнившие
стволы елей, далеко обходил подозрительные нагромождения из веток и мха – не
приведи Род напороться на зверя, имя которого носил.
Но вокруг стояла гнетущая
не было слышно в этом глухом жутком лесу.
Примерно через полчаса Ком увидел впереди просвет и пошел быстрее – если он
выйдет на поляну, там уж он разберется куда идти. Но его ожидало жестокое
разочарование – перед ним опять распростерлось болото. И это болото было большим,
возможно – непроходимым. Сюда не следовало соваться без навыка. Найти узкую
тропку нелегко и это могло занять немало времени, которого у Кома не было – он
замерзал и он несмогал16.
Ком постоял несколько минут, собираясь с мыслями: поверхность болота покрыта
сплошным плавающим ковром – сплавиной. Если лесная баба пришла к нему через
болото по грядам, то в сплавине должен быть виден ее путь. Если же нет, значит, отсюда
есть другая дорога и ему необходимо ее найти. Ком медленно побрел вдоль берега,
заросшего черной осиной и чахлыми березами.
По пути он собирал густо разросшуюся бруснику и с жадностью засовывал в рот
вместе с листьями и стебельками. От кислых ягод вскоре скрутило живот, но Ком все ел
и ел, словно хотел этим нехитрым привычным занятием отодвинуть от себя все
кошмары прошедшей ночи и страшных снов привидевшихся ему.
В сплошном покрове болота нигде не было видно нарушенного порядка. Мочажины,
гряды из мха и трав, промоины все было нетронутым. Но Ком не сдавался он упорно
16 Несмогать – болеть.
56
шел вперед, цепко вглядываясь в окрестности и прислушиваясь к шумам проснувшегося
леса.
Однако через некоторое время ему, упрямо не желавшему верить в худшее,
пришлось признать – он находился на острове. Большом, заросшем густым ельником,
но, все же, острове, окруженном безоглядным болотом. Ком с мучительным стоном
повалился на землю. Как сюда пришла лесная баба, он так и не узнал.
Полежав несколько минут, Ком заставил себя подняться. Прежде всего, ему
необходимо позаботиться о том, чтобы хоть как-то прикрыть свое измученное холодом,
исполосованное глубокими царапинами и ссадинами тело.
«Хорошо еще, что комары уже исчезли, иначе сожрали бы заживо, – подумал Ком. –
Нужно нарвать осоки, выкопать клубни стрелолиста и вернуться к
Превозмогая усталость, Ком заставил себя войти в ледяную воду и задеревеневшими
руками принялся рвать корневища осоки с пучками длинных тонких листьев. Если
соединить корни, то можно получить нечто похожее на одежду. Но прежде необходимо
дать им стечь и хотя бы слегка подсушить у костра.
Потом он, почти полностью погружаясь под воду, вырвал несколько клубней
стрелолиста, которые были весьма питательны, вкусны и хорошо утоляли голод.
Дрожа, нещадно стуча зубами, Ком вышел на берег и заставил себя бегать до
изнеможения. Он носился по берегу, согреваясь, колотил по бокам обессиленными
руками, попал и кричал, чтобы отогнать наплывающую на сознание пустоту и отчаяние.
Вернувшись к костру, Ком развесил осоку на воткнутые в землю колья. Разгреб
уголья почти потухшего костра и засыпал горячей золой клубни. Потом, не имея под
рукой ни ножа, ни топора, сдирая в кровь кожу на ладонях о грубую еловую кору,
наломал лапника и соорудил из него нечто похожее на вежу17. Навалил на ее дно
мелкого лапника и со стоном повалился на нехитрую постель.
Все тело ныло и ломало. Жар застил глаза мутным маревом. Ком понимал, что
занемог и изо всех сил старался не впасть в очередной кошмар.
… Он медленно выплывал из черного забытья. Костер весело трещал, получив
изрядную порцию сушняка. Но Ком не помнил, чтобы подкладывал его в огонь. С
трудом приподняв, голову он сумел рассмотреть сквозь алые языки огня сидевшего на
корточках человека. Присмотревшись, понял, что это снова была его незнакомка. Она
вновь неотрывно смотрела на Кома.
17 Вежа – шалаш.
57
– Что тебе нужно? – Прохрипел Ком.
– Как тебя называют? – бесстрастно спросила женщина.
– Я говорил: люди зовут меня Комом, – прошептал он. – Дай мне воды.
Женщина поднялась, и Ком с облегчением ждал, когда она принесет ему попить, но
прошла минута, потом две, потом еще … она снова ушла.
– Будь ты проклята, ведьма! – прокричал Ком что есть силы, но из его воспаленного
горла вырвался только сип.
День уже клонился к закату, быстро темнело.
Ком поднялся на четвереньки и выполз из вежи. Трава вокруг костра была влажной и
холодной. Ком упал на нее, остужая горящее в горячке тело. Стало немного легче.
Полежав так несколько минут, он почувствовал, как его начинает бить озноб и заставил
себя встать. Проковыляв к небольшой луже, упал в нее лицом и долго пил ледяную