Сладость мести
Шрифт:
— Ну, дорогая, ему нравится, какова на вкус ТЫ, а этого более чем достаточно. — Фредерик кинул на нее взгляд поверх огромных, пятнистых, как гепард, солнечных очков от Кристиана Диора. Они дружно засмеялись. — А что касается таких франтов без вкуса и меры, как твой Кингмен, то ты наверняка не ошибешься, если купишь ему галстук от "ГЕРМЕСА".
— Ну, Фредди, ты же обещал стать Кингмену приятелем. Ты же знаешь, что он для меня — целый мир, вся вселенная!
— Извини, дорогая. Просто мне никогда не нравился этот человек, и он никогда не внушал мне доверия. Есть в нем что-то смутно-зловещее. Еще когда ты училась в своей школе Тела Христова в Техасе, до меня уже доходили самые различные
— Ну, Фредди, ты просто предвзято к нему относишься. А всего лишь на прошлой неделе мы освящали Беддловский дом престарелых! Тебе надо было бы видеть его со всеми этими монахинями и милым старичьем. Все было так трогательно! — Рот Флинг с выражением "МЕНЯ УЖАЛИЛА ПЧЕЛА" сложился в надутую гримаску. — Я люблю вас двоих больше всех на свете. Я просто хотела, чтобы вы постарались понравиться друг другу. Обещай мне зарыть свой топор войны.
— Только раскроив ему череп, моя дорогая. Только раскроив череп, — пробормотал Фредерик, распахивая настежь двери дома № 24 на РЮ ФОБУР-САНТ-ОНОР", где с 1837 года располагалось лучшее во Франции заведение, торгующее шелковыми галстуками и шарфами, кожгалантереей и костюмами для верховой езды.
Все служащие магазина, бросив свои дела, уставились на Флинг, соблазнительно проплывающую по кремовому узорчатому кафельному полу к отделу галстуков. Раскрыв глаза, она взвизгнула от восхищения при виде такого ассортимента шелковых галстуков, украшенных причудливыми изображениями различных животных. Мчащиеся лошади, отдыхающие леопарды, прыгающие кролики, забавные лягушки, трубящие слоны и скачущие кенгуру — сущий зоопарк на чудесном французском шелке. Ей захотелось купить какой-нибудь из них, но от природы вовсе не экстравагантная, она призвала на помощь Фредерика.
— Фредди, какой лучше взять?
— Бери все. Мы больше не бедняки, MA ШЕР [4] , не забывай об этом. Мой кумир, герцогиня Виндзорская, говаривала: "Я была твердо уверена, что носить бриллианты днем вульгарно, пока у меня не появились собственные". — Он повернулся к надменной ВАНДЕЗ [5] . — Мы берем все. У нас слишком много знакомых мужчин.
Флинг гоготнула.
— Я хочу, чтобы ты что-то сделала с этим своим гоготом. Мы сейчас не в Бруклине, а в европейском высшем свете. — Фредерик многозначительно приподнял брови.
4
Моя дорогая ( фр.).
5
Продавщица ( фр.).
"Ого! — подумала Флинг. — Высший свет Европы, кажется, нечто совсем иное, чем нью-йоркский бомонд. Позволить Фредерику одеться, как женщина, выйти замуж за барона. И принимать как должное появление у них младенца! Здесь, очевидно, все это никому не кажется странным. Или, по крайней мере, они так притворяются". Как ни любила Флинг Фредерика, маскарад этот казался ей непонятным и потому немного жутким. Боже, проделай он этот трюк в Нью-Йорке, и его выставили бы как главный экспонат в "Шоу чудаков П.Т. Барнума". Парень, напяливший на себя женские тряпки, баронЕССА — уж никак не меньше — а теперь еще и мать! Флинг почувствовала, что еще немного — и у нее закружится голова. Она по-прежнему стояла в центре гигантского заповедника, в окружении животных, танцующих на галстуках, и все казалось невероятным и загадочным.
Фредерик
— Хватит о мужчинах.
На этот раз он сразу обратился к продавщице.
— Пожалуйста, покажите миссис Беддл дамские сумочки от КЕЛЛИ.
— АВЕК ПЛЕЗИР [6] , мадам баронесса.
Надменная малышка-продавщица мгновенно превратилась в само воплощение галльского шарма. Директор магазина только что прошептал ей на ухо, что к ним изволили пожаловать могущественная баронесса фон Штурм и всемирно известная фотомодель Флинг.
6
С удовольствием ( фр.).
"О ханжа! — подумал Фредерик. — Теперь они знают, кто я. Все это обещает оказаться очень забавным. Шоппинг становится еще более захватывающим развлечением, когда все бегают перед тобой на задних лапках и стремглав исполняют каждую команду".
— Флинг, тебе обязательно нужно обзавестись этой сумочкой. Ну, не надо хмуриться. Она только кажется безвкусной и неуклюжей. — Фредерик освоил международный диалект английского языка и этим всякий раз слегка конфузил Флинг.
— Эта сумочка — сама элегантность. Изящный символ принадлежности к высшему классу, к которому вы принадлежите, — на отличном английском заговорила продавщица.
Она театрально повертела в руках плоскую дамскую сумочку, вроде той, которую ГРЕЙС КЕЛЛИ сделала такой супермодной, что ныне она продается штатовским денежным мешкам, озабоченным демонстрацией своего статуса, за десять тысяч баксов. Неказистая с виду вещица, более напоминавшая переметную суму, сделана была, тем не менее, из великолепной кожи аллигатора. Фредерик заказал по одной каждого вида. Всех расцветок. Чтобы хоть как-то заполнить огненно-оранжевую фирменную сумку с эмблемами "ГЕРМЕСА", Флинг купила для Кингмена длинный шелковый шарф с изображением удил и уздечки. Сама она обожала шарфы, небрежно пропуская их через ременные петли джинсов.
— Давай пойдем посмотрим отдел детских подарков?
Фредерика (Фредерик скорчил) скорчила гримасу. Все, что касалось детей, вгоняло его (ее) в смертную тоску.
— Ну, пойдем, поглядим, а? — Флинг умоляюще сложила руки.
— Ладно уж, — снисходительно произнесла баронесса, — глянем одним глазком, но не более того. Мы не можем тратить на детей целый день.
Флинг фыркнула и, склонившись к Фредди, вдохнула прелестную экзотическую смесь аромата женских духов от "Гермеса" "АМАЗОНКА" и мужского одеколона "ЭКИПАЖ". Два аромата, предназначавшиеся для разных полов, слились в идеальной гармонии в благоухающих волосах Фредди фон Штурм.
Нью-Йорк
— Профсоюз пилотов воздержится от забастовки, если мы поднимем жалованье на двадцать процентов, предложим право покупки акций компании по твердой цене и поддержим их пенсионный фонд. — Арни Зельтцер деловито застучал по клавишам компьютера "Ванг".
— Иначе говоря, наши вьетнамские асы заберутся в кабины и поднимут в небо свои самолеты только в том случае, если мы уступим этому грабежу на большой дороге со стороны аэрокомпании, которая дышит на ладан? В Беддловском доме престарелых народ и то крепче стоит на ногах, чем "КИНГАЭР УЭЙЗ". Вся эта компания держится на соплях да на честном слове. Это я пытаюсь спасти ее. — Кингмен уронил голову на локти и запустил пальцы в свои темные курчавые волосы. — Это вымогательство! Эти парни — чистой воды антиамериканцы.