Сладкая Валентина
Шрифт:
Прим.пер.:
[1] Строчки из песни «Такая женщина» Нила Янга.
Глава 4
Нокс
Держать Валентину в своих руках было сущей мукой.
Абсолютным адом, потому что я не мог предпринять чего-то большего, но стоило мне увидеть ее впервые, как я, безусловно, захотел получить и сделать очень и очень многое.
Я едва заставлял себя держаться от Валентины подальше в эти последние несколько дней, желание обхватить ее сладкие бедра было таким сильным. И сдерживался я по одной единственной причине... той самой, по которой боролся со своими
– Валентина... – я обхватил ее лицо ладонями, постепенно успокаиваясь, пока музыка звучала в воздухе вокруг нас. – Я никогда не желал женщины с той силой, с которой я хочу тебя, но мне нужно узнать кое-что до того, как мы двинемся куда-нибудь дальше.
Она посмотрела на меня удивленным пытливы взглядом. Боже, что же со мной делали ее глаза. Они заставляли мои яйца поджиматься на протяжении всего дня, а потом преследовали ночью во сне.
– Сколько тебе лет?
– Двадцать четыре, – быстро ответила Валентина. Двадцать четыре. Иисусе. Я мог бы быть ее отцом.
– А мой возраст тебя не смущает? Мне было пятнадцать, когда ты родилась, – я пытался себя подготовить к неминуемой боли.
– Хмм... – Валентина склонила голову в сторону и провела пальцами по моему виску. – Ну, мне вроде как нравиться это небольшая седина. А морщинки, которые появляются, стоит тебе улыбнуться, очень милые. А вот эти линии возле губ, говорят, что ты любишь смеяться, – она кончиками пальцев провела по уголку моих губ. – И разве не считается, что с возрастом приходит мудрость?
То, как Валентина смотрела на меня, почти заставляло терять голову. Я фактически собирался рухнуть на колени и умолять ее выйти за меня замуж. Я был готов зайти настолько далеко.
– Да, думаю, что слышал нечто подобное.
– Ну, я не говорила этого применительно к тебе нынешнему. Но может когда-нибудь, – Валентина похлопала меня по щеке, а на ее губах появилась саркастичная усмешка.
– Валентина... – прорычал я, прижимая ее ближе к своему телу и прикусывая мочку ее уха зубами. – Я мог бы быть твоим отцом.
– Мне это безразлично, – прошептала она, обвивая мою шею руками и сцепляя пальцы в замок у меня на затылке, ее губы касались разгоряченной кожи моего подбородка, пока Валентина говорила. Боже, я хотел заботиться о ней, сделать ее своей, подарить ей ту жизнь и любовь, которые она заслуживала.
– Тебе вообще плевать на мой возраст, сладкая? – теперь мои ладони скользнули по ее спине и легли на изгиб ягодиц, прикрытых юбкой до колена, которую Валентина надела.
– Ну, до тех пор, пока ты не скажешь мне, что ты трехсотлетний вампир, я не имею ничего против твоего возраста, – она обвила одной рукой мою талию и засунула ладонь в карман моих джинсов.
Низкий стон вырвался из моего горла, прежде чем я сделал первую за последние годы спонтанную вещь.
– Я хочу тебя всю целиком только для себя.
Наши губы встретились, мои руки зарылись в волнистые пряди волос Валентины, а наши тела извивались друг против друга, словно мы оба изголодались до сумасшествия.
Дьявол, со мной именно так и было.
Я жаждал ее с безумной силой.
Я не был до конца уверен, что, черт подери,
– Целовать тебя должно бы казаться мне неправильным, Валентина, но почему, ко всем чертям, это ощущается так верно?
Ее пальцы сжались у меня на плечах, а губы затрепетали возле моих, пока наши тела прижимались друг к другу.
– Это чувствуется так замечательно.
Я усмехнулся, когда Валентина прижала кончик пальца к своим мягким губам, словно переживая наш поцелуй заново. Черт, я точно буду делать тоже самое сегодня ночью, зажав член в кулаке.
– Я хочу тебя, Валентина. Хочу больше, чем чего-либо когда-либо в своей жизни, – я позволил ладоням упасть вниз, убирая их с ее прекрасных изгибов, чтобы между нами появилась небольшая дистанция. – Но я не желаю брать того, что мне не хотят предлагать. Я хочу, чтобы ты была уверена. В ту минуту, когда между нами все, наконец, произойдет, я хочу, чтобы ты была точно уверена, что я твой, и ты, черт подери, целиком и полностью моя.
Валентина, казалось, сжалась передо мной с глазами опущенными вниз и печально сгорбленными плечами.
– Ты берешь лишь то, что я тебе предлагаю...
Я провел рукой по волосам, споря с самим собой. Взять эту сладкую изысканную женщину и испачкать ее своими грубыми руками, своей требовательной личностью и антисоциальным поведением. Валентина была такой светлой, словно глоток свежего воздуха – не разрушу ли я все это, если заберу ее себе?
– Валентина... ты все еще такая молодая...
Она остервенело закачала головой, прежде чем наброситься на меня, сжимая в пальцах ткань моей футболки.
– Ты не знаешь, каково это быть мной. Я никогда не подходила людям своего возраста. Постоянно работала во время учебы в колледже, желая расплатиться со всеми долгами до его окончания, я даже смогла скопить достаточно денег, чтобы заплатить за аренду этого места. Может я родилась всего двадцать четыре года назад, Нокс, но чувствую себя куда старше, и, черт подери, куда мудрее.
То как она стояла напротив меня, впиваясь в меня взглядом, пока говорила, разрывало мне сердце. Валентина была права. Меня настолько тянуло к ней, потому что она казалась намного старше своего возраста. Вначале широта ее взглядов, а потом и то, что и как она говорила – все это лишь еще больше влекло к ней. Она была наблюдательной, вдумчивой, такой заводной и неимоверно талантливой.
– Я не сомневался в этом ни секунды, сладкая, – я обхватил ее лицо ладонями, внезапно охваченный порывом защитить Валентину от всего. – Нам стоит доставить тебя домой.
– Я прогуляюсь. Я живу сразу за углом.
– Ты больше не будешь ходить одна. С этого момента я буду забирать тебя и довозить до дома.
Я заглушил ее протест поцелуем. Медленным, исследующим, нежным, но обещающим большее.
Теперь не существовало пути назад для Валентины и меня. Без чертовых вариантов, но я все еще мог немного подождать. Двигаться в ее темпе станет для меня адской пыткой, но я был готов на это ради нее. Я сделал бы для Валентины все, что угодно.