Сладкая месть
Шрифт:
— Возможно, вам это покажется пустяком, сэр. — Англичанин начал издалека. — И вероятно, это совсем не связано с нынешним исчезновением леди Форсит…
— Леди Макдональд, — поправил Гэлен.
— Леди Макдональд, — согласился его собеседник, — так вот, сэр, когда мы достигли берега моря напротив вашего острова, мы случайно заметили там хижину, обыкновенную бедную лачугу. Там был один старик, по виду бедный рыбак, с длинной седой бородой… — Англичанин провел рукой где-то у пояса, жестом показывая длину этой бороды.
— Это Скрэччи, — пробормотал Томми.
— Так вот, он был мертв. Полагаю,
— Макгрегор! — прохрипел Ангус.
Лицо Гэлена потемнело и стало похоже на темную воду на дне пещеры.
— Но это мог быть и не Макгрегор. — Обеспокоенный реакцией Гэлена, Томми попытался дать ему надежду.
— Томми прав, Гэлен, — высказался Ангус. — Ну зачем Макгрегору убивать бедного Скрэччи?
— Вы видели там где-нибудь поблизости лодку? — спросил Гэлен Шропшира после минутного молчания.
Тот отрицательно замотал головой.
— У Скрэччи было две лодки, — тихо произнес Робби.
— Но мы видели лошадей в соседней роще.
— Сколько? — мрачно спросил Гэлен.
— Шесть или семь.
Скрэччи был всего лишь бедным рыбаком, и лошадей у него не водилось отродясь.
Все замолчали.
— Ты думаешь, он пронюхал про пещеру, зарезал Скрэччи, взял его лодки и, пробравшись в замок, поднялся по лестнице и похитил леди Кайлу?
— Нет, — покачал головой Гэлен, — это не объясняет исчезновение Эльфреды и отсутствие одной лодки в пещере.
— Но женщины могли сами выйти из замка, — заметил Робби.
— Пожалуй, — согласился Гэлен.
От этой догадки легче ему не стало.
— Значит, все не так уж плохо, — сказал Дункан весьма неуверенно. — Если Скрэччи убил действительно Макгрегор и взял его лодки, то все равно он никак не мог появиться на острове — наши дозорные обязательно заметили бы его. Выходит, что весь день он где-то прятался, ведь перебраться сюда он сможет только под покровом ночи. Если мы найдем леди Кайлу и Эльфреду до наступления темноты и вернем их и замок, то, считайте, все обошлось. А теперь, когда мы раскусили его замысел, нам и вовсе нечего опасаться!
Гэлен снова повернулся к Шропширу:
— По-вашему, рана была свежей?
— О нет, — ответил англичанин со смешанным выражением озабоченности и участия на лице. — Полагаю, это случилось сегодня рано утром — этот человек как раз мог завтракать.
— Я же говорил! — воскликнул Дункан. — Вы увидите, они до темноты должны прятаться где-то на материке!
— Не обязательно, сегодня с утра был плотный туман, — с мрачным видом возразил Гэлен. — И наши дозорные могли их не заметить.
— Приближающуюся лодку могли бы еще и не заметить, — сказал Томми. — Но, сойди они на берег, их бы заметили обязательно.
— Если только они не зашли со стороны скал, — высказал предположение Гэлен все с таким же мрачным видом. — С той стороны мы никогда не ставили наблюдения.
— Конечно, — согласился Томми. — Но всем известно, что с того края нет выхода, забираться туда просто глупо.
— Но они могли пристать со стороны скал именно с целью дождаться там темноты, а потом выбраться на другой, доступный берег. Это более разумно, чем плыть ночью при полной луне, когда все видно почти как днем.
— Да, — согласился Томми. — Для них такое решение было бы самым правильным.
— Однако
— Попали прямо к ним в лапы! — заорал во всю глотку Робби.
Глава 16
Макгрегоры упали кто где стоял и заснули — их не волновало, где они сейчас находятся и что им предстоит. Их сморил сон. Часовой не спал, но, сидя к ним спиной, смотрел наружу и, казалось, совершенно не интересовался, что происходило в самой пещере. Только один раз, обернувшись, он лениво взглянул на связанных женщин.
Кайла решила, что более благоприятного момента для побега им не представится. Через плечо она посмотрела на Эльфреду, кивнув головой на связанные руки, и повернулась к ней спиной. Смышленая подруга поняла ее. Перед этим она через плечо следила, как вяжут на их руках узлы похитители, и теперь, усевшись спина к спине, принялась за дело. Ее холодные руки ощупали руки Кайлы и занялись узлами.
Через мгновение Кайла почувствовала, что веревка ослабла, а затем и соскользнула с ее запястий. Сдерживая дыхание, она огляделась, бросила тревожный взгляд в сторону сидящего к ним спиной часового и принялась развязывать путы на руках подруги. Освободив руки, обе принялись за путы на ногах. Развязав узлы, они на всякий случай оставили полоски ткани на прежнем месте, чтобы со стороны могло показаться, будто они по-прежнему связаны. Кайла вновь посмотрела на часового: если он через минуту-другую не пошевелится, возможно, он уснул вслед за своими товарищами. Тогда они на цыпочках прокрадутся мимо него — и вот она, желанная свобода! Но тот, увы, продолжал бодрствовать, как и полагается добросовестному часовому.
Она шарила взглядом по пещере в надежде найти иной выход из положения. Но поняла: мимо часового никак не проскользнешь иначе. Надо только оглушить его. И она стала искать подходящий предмет. Весла! Но они абсолютно недоступны — свалены у дальней стены и придавлены лодками.
Ее взгляд упал на большой полузасыпанный песком камень у самой ее ноги, до которого можно без особого труда дотянуться. Протянув к нему руку, она попыталась слегка покачать его. Камень шевелился! Действуя обеими руками, она извлекла его из песка и прикинула на вес — тяжесть приличная. Прижав камень одной рукой к груди, она некоторое время примерялась, уставясь на затылок часового.
«Веса вполне хватит, чтобы оглушить его», — решила Кайла. Если она сумеет нанести удар точно, часовой упадет без чувств, но главное — сделать это надо бесшумно. Что толку оглушить часового, если проснутся остальные… то хорошего в этом будет мало.
Кайла испустила тяжелый вздох: оказывается, бежать из плена — дело хлопотное и утомительное, особенно если дома тебя скорее всего ожидает выяснение отношений. Эльфреда легонько подтолкнула ее локтем и указала на выход — часового не было.
Прижимая булыжник к груди, она сбросила с ног веревку и поднялась, а затем, крадясь вдоль стены и стараясь никого не задеть, она пробралась к выходу. Эльфреда следовала за ней. Часовой стоял футах в пятнадцати у входа, все так же спиной к ним, и, насвистывая шотландский мотив, справлял малую нужду.