Сквозь века
Шрифт:
Мы обе кинулись вперед в полном шоке, не представляя, что делать дальше, и чем можно помочь этому несчастному, пока вокруг нас собиралась толпа неравнодушных, где показался мужчина средних лет, который выкрикнул:
— Это приступ эпилепсии! Держите его голову!
Это была не эпилепсия.
Осознание этого настигло меня, когда даже сквозь кольцо людей, я увидела высокую до рези в глазах стройную фигуру мистера Блэкстоуна, который неспеша спускался вниз, глядя на несчастного мужчину, корчившегося в страшных конвульсиях, своими хищными глазами слегка
Я почувствовала его появление раньше, чем успела понять, что оказывается он не скрывается в темноте, словно демон, и не исчезает во мраке, витая где-то, а вполне себе по-человечески передвигается по земле — величественный, статный, самодовольный, но все такой же хищный, в каждом его шаге сквозила та сила, которая притягивала взгляды, заставляя опустить ресницы поспешно вниз, чтобы только не попасть под это дикое, неподдающееся объяснению обаяние истинного варвара.
Я впервые видела его при свете дня, так близко, понимая, что не могу отвести глаз, заставляя его широко и самодовольно улыбаться и даже подмигнуть.
О да, он наслаждался тем, что произвел на меня неизгладимое впечатление, показав, что ничто человеческое не чуждо даже Колдуну. Хотя сейчас подобное обращение не слишком-то вязалось, учитывая, что Блэкстоун был облачен в черные брюки, только подчеркивающие длину и стройность его ног, и зауженную на талии рубашку, которая в свете дня оказалось не черного, а насыщенно-синего цвета, с небрежно расстегнутыми верхними пуговицами.
В его руке были ключи от машины и даже темные очки!
Прямо-таки настоящий современный, одетый с иголочки и ухоженный мужчина, вслед которому невозможно было не обернуться, даже если он совсем не был красавчиком, что я и сделала, провожая его глазами и прошептав себе под нос:
— …а ведь пообещал, что не навредишь ему!
— Обещал, что не трону, и, как видишь, не тронул, даже пальцем! — лукаво и довольно полыхнули хитрые глаза, когда Блэкстоун прошел мимо, окинув меня последним жадным и горячим взглядом, но шагая размеренно и уверенно вперед, когда я поняла, что помимо меня на его ноги и зад пялятся еще с десяток женщин разных возрастов….каждую из которых хотелось срочно придушить!
Но поскольку я была пока еще цивилизованной девушкой, то пришлось лишь сдержанно выдохнуть, дождаться, когда приедет скорая помощь и погрузит бледного мужчину в свою машину, и лишь затем выйти из здания библиотеки, в которое я ходила скорее на жаркие и невероятные «свидания», чем для чтения необходимой литературы.
Колдун уже давно уехал, а у меня продолжали дрожать колени.
В голове так и стоял его волнующий голос, полный силы и чувственности, который говорил мне о вещах, что едва ли можно было назвать хотя бы каплю разумными.
Какие прошлые жизни? Какое предназначение?
При ярком свете солнца все это еще больше казалось полным бредом, как и призрачные ночные сны.
Но теперь я чувствовала себя слабой, обессиленной и совершенно потерянной, словно с его уходом ушла не только мгла, но и моя тяга к жизни.
Я так и опустилась
Когда в сумочке зазвонил телефон, я даже не посмотрела, кто это может быть, тут же услышав голос Изабеллы:
— Ты с ума сошла! Опоздала на занятия перед зачетом! Быстро в универ!
Даже не помню, как добиралась до университета, но стоило только Изе увидеть меня, как она тут же ахнула, привлекая внимание всех в аудитории, включая недовольного преподавателя:
— Все-таки нашла его!
— Не хотите поделиться с нами вашим открытием, госпожа? — в сдержанно-язвительной манере отозвался седой преподаватель, сдвигая очки на кончик носа, и глядя на нас с очень большим упреком, я покраснела, а подруга спокойно покачала головой:
— Нет, это личное.
Мужчина усмехнулся, явно не ожидая такой прыти от студентки и откровенного ответа, но больше не стал обращать на нас внимания, тут же возвращаясь к учебному материалу, который все старательно впитывали в себя и записывали, пока я витала где-то в полной прострации, а Иза пытала меня сотнями вопросов.
— Как нашла? — шептала она приглушенно, легко дергая легко за локоть.
— Пошла в библиотеку, — еще тише ответила я, надеясь отвертеться от дальнейшего допроса с пристрастием, но совершенно напрасно, потому что подруга завелась не на шутку, возбудившись кажется не меньше меня таким событием.
— Снова что-то было!
— Нет!
— ДА!
— С чего ты взяла? — пролепетала я, словно школьница-простушка, тут же краснея до кончиков волос от победного взгляда неугомонной Изабеллы:
— Вижу по твоим глазам!
— Испуганным?
— БЛЕСТЯЩИМ!
Ей-богу она ни за что бы не успокоилась, если бы не прозвучал многозначительный кашель преподавателя, который снова обратил все свое внимание на нас, очень красноречиво говоря о том, что если мы сейчас же не замолчим до конца лекции, то феерично вылетим из аудитории и уже не влетим, до самых экзаменов.
Иза щипала меня и даже кусала, с трудом выдерживая пытку молчанием, потащив за руку, словно танк, как только прозвенел долгожданный звонок, чтобы узнать все в подробностях, про которые я собиралась по-шпионски умолчать.
— Черт! Я снова не увидела его! — это единственное, что очень огорчало подругу, когда мы вышли на улицу, чтобы спокойно пообщаться во время самой длинной перемены на ланч. — Ты узнала от него, что хотела?
Выдох получился тяжелый и длинный.
Не могла же я рассказать подруге все то, что он сказал мне!
Про прошлые жизни, про то, что мы связаны с ним…я и сама в это смутно верила, если не сказать, что не верила вовсе, если бы не эти сны.
— Боюсь, что все гораздо запутанней, чем я думала изначально, — пробормотала я, по опыту зная, что дурочкой Иза никогда не была, и так просто она от меня не отстанет.