Сквозь стены
Шрифт:
– Я… – Гарри не дали закончить. Сириус, который в это время прекратил спорить с Флетчером, заметил его.
– ТЫ! – закричал он. Все посмотрели на Гарри и в комнате наступили тишина. В пять шагов Сириус оказался перед мальчиком.
– ТЫ! – повторил он и поднял руку.
– Нет! – воскликнула Гермиона.
– Остановись, Сириус! – закричал Флетчер.
Но было поздно. Две сильных, резких пощечины обожгли лицо Гарри, одна за другой и от удара он впечатался спиной в стену. В следующий момент у него в руке была палочка и:
– Экспеллиармус! –
– Сириус прав. Это была моя вина. Фред умер и я…
– НО АРЕС ЖИВ, ТЫ, ИДИОТ! – вне себя закричала Гермиона и встала между Блэком и Гарри, с отвращением глядя на мужчину. – Никогда не прикасайся к нему снова! Это была не его вина! У Ордена было больше недели, чтоб переехать!
– Они узнали о нас только из-за его глупости, – процедил Сириус.
– Может, он и ошибся, но он защищал друга! – Гермиона не шевельнулась.
Гарри, придя в себя, осторожно тронул девушку за плечо:
– Гермиона, пожалуйста… – он не договорил. Вдруг открылась дверь и комнату заполнили ведьмы и колдуны, левитирующие бессознательные тела и прикрывающие ранения.
– Что случилось? – спросил Флетчер у первого вошедшего волшебника.
– Дамблдор снял заклятье Фиделиус с Ордена, чтобы защитить новеньких, которые не попадали под его действие. Мы сражались. В конце концов, Пожиратели отступили. Мы потеряли троих. Дамблдор и Снейп остались там ждать министерских, – устало рассказал мужчина. – Снейп сказал, что у него в лаборатории есть лекарственные зелья. Он сказал, что его сын поможет нам с ними…
Флетчер кивнул и попытался найти Гарри в наступившей суматохе, но того нигде не было видно. Блэк тоже исчез. Флетчер выругался про себя и пообещал себе отловить анимага и преподать тому урок о личных конфликтах в экстремальных ситуа… Но появление мальчика прервало его сердитые размышления: у того в руках были разнообразные бутылочки и пузырьки с зельями. За ним следовал злющий Блэк, с пузырьками в руках и крайним раздражением на лице.
Блэк поставил зелья на стол и вышел за одеялами. Гарри отдал Флетчеру его палочку и тот трансфигурировал несколько половичков в кресла и кровати. Хаос стал спадать.
Гарри страшился прибытия Дамблдора. И Северуса. При этой мысли болезненные спазмы сжимали его желудок. Он знал, что все случившиеся было его виной. Он вел себя безответственно и по-детски. Фред умер из-за его глупости. Фред… картина из его видения, когда его друг умирал, снова и снова вставала у мальчика перед глазами. Он тихонько скрючился у стены, чувствуя холодный пот по всему телу.
Резкие крики вырвали его из оцепенения. Это были Сириус, Гермиона и … Дамблдор. Кровь Гарри застыла в жилах. Ему не спрятаться от справедливого гнева. Он не мог дышать, вспоминая свои несправедливые упреки и крик неделю назад. Гермиона была права. Дамблдор был прав. Это он практически убил Фреда и тех двоих, о ком сказал мужчина.
– … мы не можем обвинять его, Сириус, – Гарри услышал голос Дамблдора. – Мы должны были немедленно
Гарри посмотрел на директора сумасшедшим взглядом. Тот почти раскрыл его! К счастью, никто не заметил оговорки, но сердце мальчика зашлось в сумасшедшем ритме и он весь вспотел.
– Я сказала Сириусу то же самое, – ответила Гермиона, – Но он … он ударил Га.. его.
В этот момент Снейп поднял взгляд, прикованный доселе к полу, и вопросительно посмотрел на них. Сириус побледнел, но, к счастью, ситуация была на их стороне.
– Я… я просто разозлился. Я говорил ему, что… – промямлил он, притворяясь, что напуган упоминанием пощечин.
– Квайетус, подойди сюда, – строго сказал Дамблдор.
Гарри заставил себя встать и подойти к ним. Он чувствовал на лице горящие следы от пощечин и соленый привкус слез во рту. Директор взял его за плечо и увел маленькую группку подальше в кабинет. Как только за ними закрылась дверь, Гарри опустил голову:
– Это была моя вина, директор.
– Нет, – ответил ему знакомый старый голос, – нет, Квайетус, это не так.
Морщинистая, старая рука легла ему на плечо и Гарри больше не смог сдерживаться. Он почти упал вперед, сотрясаясь в рыданиях.
– Я должен был знать. Вы предупреждали меня. Гермиона предупреждала меня. Фред спас меня в прошлом году. Я убил его. Я убиваю всех вокруг себя. У меня нет сил. Я видел его, отдающего приказания своим слугам и я должен был знать, что это значит… – рыдал он, уткнувшись в мантию Дамблдора.
– Северус, – поглядел тот на Мастера Зелий. – Пожалуйста, принеси успокаивающее зелье. Сейчас.
Северус, который неуютно съежился за Гермионой, бросил последний изучающий взгляд на своего племянника и ушел в сторону лаборатории.
– Ты должен собраться, Квайетус, – тихо сказал старик. – Ты не можешь отвечать за то, что произошло. Скоро вернется Северус и ты не можешь болтать нечто подобное, иначе он поймет…
– Директор, я думаю, его проблема в том, что он совсем не спит по ночам. У него видения каждую ночь, недели напролет, – внезапно сказала Гермиона. – Он истощен ими. Профессор Снейп поймет это рано или поздно. Квайетус был прав. Он должен сказать правду.
– Нет, – резко ответил Дамблдор.
– Я уже рассказал ему, что я его племянник, – слабо прошептал Гарри. – Но я не могу сказать ему кто я такой на самом деле, Гермиона. Я не хочу потерять его.
– О ком вы говорите? – подозрительный голос прервал их. Они замерли. Первым пришел в себя Дамблдор.
– О тебе, конечно же, – как бы между прочим ответил он. – Твой юный племянник, – он подчеркнул последнее слово, – боится потерять тебя.
– Почему, – голос Снейпа прозвучал безразлично.