Скрытые шрамы
Шрифт:
— Цвет?
— Зеленый, — практически прохрипела я, когда его большой палец коснулся металла моего пирсинга.
— Хорошо. Теперь я задам тебе несколько вопросов, — говорит он, его голос звучит как низкое мурлыканье. — Если ты будешь хорошей девочкой и ответишь честно, я вознагражу тебя и позволю задать вопрос.
Он щелкает изогнутой штангой, и я увлекаюсь. Я вижу звезды, а мои руки скручиваются по бокам, когда мои бедра начинают вращаться, стремясь к какому-то трению. Россыпь удовольствия пробегает по
— Боже, — прохрипела я.
— Когда ты успела это сделать?
— Год назад. Я никому не говорила. Это было просто что-то новое для меня.
— Твоя очередь, — говорит он. — Уверен, у тебя есть ко мне вопросы.
— Что еще ты планируешь сделать со мной сегодня вечером? Ты собираешься сделать мне больно?
Он смотрит на меня сверху вниз, его брови нахмурены. Один из его пальцев дразнит вход в мое ядро, медленно обводя гиперчувствительную зону.
— Да. — Его быстрый ответ заставляет все мое тело напрячься от страха.
— Я причиню тебе боль, но никогда не причиню вреда. И это было два вопроса, — добавляет он, пощипывая мой клитор. Сильно.
Я издаю резкий вздох.
— О Боже, — бормочу я, и дрожь пробегает по всему телу - вниз по ногам, до самых пальцев. Все вокруг начинает покалывать от осознания.
Он смеется.
— Значит, ты мазохистка. Я подозревал, что так оно и есть, — мурлычет он, проводя другой рукой по моей голой ноге. — Почему ты здесь, Лейла?
Его вопрос застает меня врасплох. Я не уверена, имеет ли он в виду буквальный смысл или то, как я практически умоляла Starboy встретиться со мной сегодня вечером.
Подозреваю, что последнее, но мне кажется, что это слишком личное. Слишком интимно. Несмотря на то, что его указательный палец проводит по скользкому шву моей вульвы, рассказывая ему о том, как противоречиво я себя чувствовала раньше, мне кажется, что я слишком много рассказываю.
— Я просто хотела встретиться с человеком, с которым разговаривала.
Это не совсем ложь. Скорее, упущение. Кроме того, чего он ожидает? Что я скажу ему, что у меня есть к нему чувства?
Он молчит. Его палец прекращает свое деликатное проникновение, и его рука ложится на мое внутреннее бедро, а другая опускается на бок.
Меня охватывает страх.
— Перевернись.
Я сглатываю подступающий к горлу ужас и переворачиваюсь на живот. Одна из его рук задирает подол моего платья, обнажая стринги и все, что ниже талии.
— Я не терплю нечестности, — говорит он, его голос груб, как гравий.
— Мне жаль, — шепчу я, голос дрожит.
— И раз уж мы об этом заговорили, — продолжает он, прервав меня, — избавь меня от извинений. Они бессмысленны, если не являются искренними.
Гнев и смущение вспыхивают во мне от его
— Это было искренне!
Он замирает в ожидании. Его глаза впиваются в мои, и тишина заполняет воздух. Во мне вспыхивает смущение, и тишина становится оглушительной.
Он контролирует ситуацию - об этом мне нужно помнить.
Он решает, что и сколько мне давать.
Он устанавливает правила.
— Пожалуйста, мастер. Мне очень жаль. Правда.
Он встает, не обращая внимания на мои извинения. Я вижу, как он подходит к столу и достает что-то.
— Поскольку это твой первый раз, я буду вежлив и позволю тебе выбрать. Пэддл5 или флоггер6?
Все мое тело продолжает пульсировать от возбуждения. Я не могу думать, не могу рационально осознать последствия того или иного варианта, поэтому я выпаливаю первое, что приходит на ум.
— Весло.
— Мм. Я надеялся, что ты это скажешь.
Он достает длинное черное весло. Когда он подносит его, я восхищаюсь мастерством исполнения. Кажется, оно сделано из прекрасного темного дерева. Рукоятка оплетена черной кожей и золотом, а на сплющенном конце весла... вырезана буква Р.
Для Рейвэдж.
— Выберите число. От одного до десяти.
— Один, — сразу же говорю я. Это кажется самым безопасным ответом.
Одной рукой он легонько поглаживает ладонь другой, и его язык прилипает к щеке, когда он рассматривает меня. Это игриво и угрожающе одновременно. На его лице расплывается жестокая улыбка.
— Отлично. Начнем с десяти ударов. У тебя будет только один перерыв.
Ну, это не тот ответ, на который я рассчитывала, выбирая одну...
На лбу выступает холодный пот, но я понимаю, что спорить бесполезно. — Да, мастер.
Он кладет весло мне на спину, а затем наклоняется и поднимает мои ноги, располагаясь подо мной.
Моя попка лежит у него на коленях, а щеки пылают, когда его руки медленно проводят вверх и вниз по задней поверхности моих бедер.
— Мы все еще играем в нашу игру, маленькая танцовщица. Задай мне вопрос.
Он тянется к веслу, но я не вижу, что он делает. Я чувствую себя такой открытой, такой уязвимой.
Я задаю первый вопрос, который приходит мне в голову.
— Что это за весло?
Он проводит деревяшкой по одной ноге, и я трепещу от предвкушения.
— Она сделана на заказ. На самом деле она была вырезана из предмета мебели в замке Рейвэдж. Когда мой отец переехал за границу, Майлз пожертвовал многие свои вещи. У него была целая коллекция предметов. Эта сделана из дерева, которое сейчас запрещено. Я нашел его в прошлом году и переделал. Но ни на ком не использовал.
Я хочу спросить, почему.