Скотина

Городничий Степан

— Слушай, Лясяндра, я же не просто так сюда пришел, я специально тебя искал. Вот видишь, в каком виде. Спешил, а разбойники на меня напали, побили. Вот смотри в коробке котик раненый.

— Ой, рыжий, кис-кис, чего он, как?

— Меня защищал от разбойников и пострадал. Видишь спина перебита. Он задними лапами никогда шевелить не сможет. Только ползать теперь. А коту как без задних лапок — ваще никак. Это еще хуже, чем человеку без милости. Так что бери его с собой.

— Ужас какой, ты для этого пришел? Для этого? — оттолкнула коробку, опять закачавшись

над бездной, — Не возьму, это же котик, он виноват чем? Ты же женат сейчас. И что ты сейчас говорил… про невесту, у вас правда не было?

Правда ужас. Я ей про кота, а она…

— Да это я так ляпнул. Конечно, не было, некогда мне сейчас о всякой ерунде думать. И не видел я эту невесту толком. Думаешь меня спрашивал кто? Также как тебя не спрашивают. Женили и женили, барону видней. В столице я новую жизнь начну. Свою, и никто мне больше не указ.

Очень сомневаюсь, что мне нужна в столице влюбленная дурочка с дурным вкусом и явным перекосом в сторону мазохизма. Это же уязвимость, размером с ковш экскаватора, приревнует и отчебучит гадость. Еще и дурная, таким способом проблемы решать. Хотя не совсем дурочка, по сути, рассудительная, осторожная, умеет выжидать и планировать. Просто большой эмоциональный ребенок. Тем более — это человек, который со мной с первого класса, простой и надежный, как автомат Калашникова. Если не давать повода и присматривать — лучшего помощника не найти.

Решаемся, зажмурился, выпалил, — Короче, поехали со мной в столицу.

— Шутишь, да? Как же рука? Я же все же это... слово на букву М почти.

— Рука — не проблема, это просто задача, как в школе. Ее надо решить. А сложные задачи лучше решаются сообща. Для этого и есть друзья.

— Друзья, да? Я согласна и младшей женой.

Что-то быстро разговор от прыжка с моста к моей интимной жизни, от бедного котика к замужеству скачет. Надо бы коней притормозить.

— Не торопись, ты учиться дальше собиралась, планировала? Школу на все отлично закончила.

— Ну, отец говорил не надо. Нечего девке шибко умной быть. Он сплавить замуж меня хотел. За… извини, а когда про твою, про вашу свадьбу узнал — вконец рассердился, прямо стал на себя не похож.

— Кстати, чем он так?

— Это о чем ты?

— Про руку, это же отец?

— Ты понял, да? Катаной, — выдала девчонка со стоном, — Но он не злой, нет. Просто импульсивный. Я сама виновата, он махал, а я дернулась. Сама подставила. Знаешь, знаете… поеду. Мне точно здесь ничего не светит и терять нечего.

— Тогда Олеся, я должен предупредить… со мной не будет просто. Не будет счастливого замужества, веселых сопливых детей и котика на коленях. Хотя котик может будет. Я еду не учиться, чтобы вернуться, а покорять этот мир. Так что может даже лучше вот так с моста, проще.

— Что-то Боря, ты как-то по-другому говоришь, по-взрослому. И смотришь так, как не смотрел раньше.

…

С моста спускались вместе, во всю обсуждая планы. Не сразу, но удалось, сначала отвлечь, улыбнуть, а потом и развеселить девчонку. Сотни просмотренных стендапов мне в помощь. Берет

свое молодость, только что была в шаге от смерти, а вот сейчас хохочет во весь голос. Толпа раздвинулась, дородные тетки в кокошниках бросились обнимать девчонку, ощупывать и причитать.

Подошел к Мухину, сказал буднично, — Я забираю Олесю в столицу.

Завизжал Мухин как пилорама, — Как так, не позволю, в прислугу, в содержанки? Да мы Мухины никогда, слышишь. Я сейчас, сейчас Барону.

Эх, взять бы этого Мухина за козлиную бородку, да об колено.

Дозвониться Мухин смог только дяде Пете с десятого раза, барон не отвечал совсем. Да я бы удивился, если бы ответил. Дядя Петя тоже не подкачал, обложил бедолагу вместе здрасте, такими непечатными оборотами, что незадачливый папаша за малым не сел на задницу. Из обрывка тирады успел разобрать — «У меня гитане брата убили, а ты про свою мокрощелку».

Новость хорошая, Остапа значит гитане замордовали. Раз следствие идет — нападение отбито, можно возвращаться.

— Подготовьте девочку к поездке в столицу, — наклонился, прошептал в ухо, — Сударь, вы ведете себя недальновидно. Все равно ей здесь смерть, не сегодня, так завтра с моста кинется. Запрете? Назло другой способ найдет. И в канцелярии графа совсем не обязательно знать, зачем вы девку на выданье покалечили.

— Я отец, я по укладу право имею. Этому, Домостройка!

— Не спорю, как отец имеете, а по-человечески?

— Обещайте на ней женится.

И этот туда же.

— Не будем спорить и ссориться. Девушка выйдет за того, кого сама выберет.

— Олеся, погоди, задание для тебя есть.

Отвел девчонку в сторону.

— Не теряем ни минуты, тебе надо милость по-новому научиться слушать.

— Как это по-новому?

— Внутренний голос развивать — несколько лет уйти может, а нам быстро надо. Есть одна идея. У тебя в детстве был друг, игрушечный, любимый. С которым разговаривала?

— Ох, не знаю, не помню даже.

— Вспоминай, у девчонок часто бывает. Игрушка самая любимая, ну?

— Зяблик, точно, Зяблик был, такой плюшевый, полосатый с носиком. Но его уже давно нет. Потерялся. Пропал. Ну помните в восьмом классе, вы Борис Антонович его мороженщику в залог оставили, когда на эскимо не хватало.

— Так, хватит выкать и отчество поминать. Называй просто Борис, Боря, мы теперь одна команда. Потерялся, пропал. — значит найдется. Полосатый это хорошо, носок снимай, давай сюда?

Девушка вспыхнула, — Чего?

— Я же не трусы попросил снять, а носок.

— Боря. Ты что говоришь такое.

Отучать придется, полыхать по любому поводу. Но с этим не сложно, поработаем, мозги на место поставим.

— Вот, хорошо, полосатый, похож на Зяблика?

— Ну, не очень, но так чуть-чуть.

— Надевай на руку, да, на левую, прямо на повязку. Теперь скажи что-нибудь за Зяблика. «Здравствуй Боря, я Зяблик». Не так, голоском повыше, пописклявее. И носиком шевели. Хорошо. Теперь нужно его обучить правильно. Скажи, что точно из милости помнишь? Вспоминай цифры.