Сколько стоит любовь
Шрифт:
– Нападет. Для него это шанс, - быстро и резко произнес Кэшем. – Он полагает, что мы безмятежно охотимся, потому что видел нас. Мне хватило сил привязать сгустки с наших аур, чтобы он не почувствовал подмену. Фантомы вышли очень чудесные. Мне кажется, я сам бы не отличил их от нас живых. А значит, Харбор будет считать, что Аврора отправилась в гости совершенно одна. Он не сможет не напасть.
– А если нет? – спросил быстро Титаниум.
– Значит не опускаем руки и будем ловить его в следующую ловушку, - ответил быстро Бенедикт, про себя отчаянно надеясь, чтобы все
– Джентльмены, - произнес спокойно Грэм, - как можно осторожнее взгляните на этот холм, к которому мы приближаемся.
Бен выдвинулся немного вперед, чтобы увидеть то, что происходило за окном экипажа.
– Кажется, наша уловка подействовала, - хмыкнул Тит довольно.
– Будьте готовы, - шепнул Бенедикт, завидев всадника на самом верху холма. Всадник спускался к дороге. Высокий мужчина, одетый в черное. Это несомненно был Джеймс Харбор.
– Мы должны ударить одновременно. Он слишком сильный маг. Не стоит его недооценивать. Только старайтесь, чтобы не было яркого всплеска силы. Иначе он его ощутит.
Грэм коротко кивнул, а Титаниум встряхнул руками и сконцентрировал магию, собрав ее в кулаки в форме ярких шаров огня.
До встречи с незнакомцем, в котором друзья угадывали мага, оставались считаные секунды. Бену даже показалось, что сердце его принялось стучать медленнее. Он мысленно заставлял себя успокоиться, пытался унять волнение и заверить собственный взволнованный ум в том, что супруге ничего не грозит.
Замок был отлично защищен. Харбор никогда не войдет внутрь. И если Аврора не выйдет, а она не выйдет, так как обещала ему не совершать глупостей, то ее жизнь и жизнь их будущего ребенка в полной безопасности.
Бен старался унять волнение и менее всего думать сейчас о супруге и о том, что скоро станет отцом. Это слишком отвлекало от поставленной цели, а цель тем временем спускалась вниз галопом и мгновение спустя преградила дорогу экипажу, вынудив кучера резко натянуть поводья и остановить лошадей.
Все произошло слишком быстро. Бен успел выпрыгнуть из экипажа первым. Он сразу же увидел Харбора, узнал его лицо и нанес удар.
Кучер, который был предупрежден о возможной опасности, сразу же спрыгнул с козел и побежал прочь.
Кэшем успел увидеть, как Харбор поднимает руку и бросает вдогонку свидетелю огненный шар. Бен оказался более быстрым. Его магия уничтожила огонь сэра Джеймса, развеяв его по ветру, словно туман.
Харбор резко обернулся и увидел перед собой настоящего противника. Лицо его при этом оставалось удивительно спокойным. Бен невольно поразился выдержке этого человека. Казалось, что сэр Джеймс ничуть не удивлен появлению Кэшема. Действовал он слаженно, но при этом двигался как-то странно. И уже когда выскочившие следом за другом Грэм и Тит нанесли один общий удар, попав в цель, Бен вдруг понял, в чем просчитался. Понял за миг до того, как фантом лорда Харбора развеялся, уничтоженный магией.
К слову, отличный такой фантом. Ничуть не хуже тех, что он создал сам, если даже не лучше.
Его фантомы не обладали силой атаковать врага и оставалось лишь догадываться, сколько своей магии влил в это создание
– Проклятье! – выругался Тит, проследив за тем, как то, что было темным магом, развеялось как дым.
– Видимо, не ты один силен в создании фантомов, Бен, - сказал Грэм, но Кэшем уже спешил к лошадям. Высвободив одну, он взлетел на спину скакуну и развернув ее с помощью ног, пустил животное в галоп, вцепившись в ее гриву.
В его голове стучали молоточки страха. В висках сдавило, казалось, нет возможности сделать даже вдох, а встречный ветер бил в лицо и стоило огромных усилий не свалиться с лошади не имея под собой седла, да еще и при такой бешеной скачке.
Кажется, друзья закричали ему что-то вслед, но он не услышал. Уже спустя милю сумел неловко обернуться и увидеть, что Грэм занял место кучера и экипаж, лишившись одной лошади, несется к Штормовому пределу, но увы, не так быстро, как Бен.
«Проклятье!» - снова пронеслось в голове молодого мужчины. И что теперь делать? Мысли все, как одна, были далеко не радужными. Страх сковал тело, пульсировал в крови, давил сердце, будто чья-то сильная рука, пробившая грудную клетку.
Было страшно. Было больно.
Он еще никогда так не боялся, как в эти короткие минуты.
Как в ту секунду, когда увидел рядом с замком, на подъездной дорожке высокую знакомую и отчаянно ненавистную фигуру лорда Джеймса Харбора и рядом с ним собственный фантом, висящий в воздухе, будто марионетка, подвешенная за нитки.
«Боги, Аврора, только не попадись на уловку, прошу! – молился он мысленно. – Только сдержи слово – не покидай пределы замка!».
Ему казалось, что он отчаянно опаздывает. Время словно остановилось, а ноги его лошади показались Бенедикту увязшими в приливной волне. Если бы он мог, он бы побежал, но умом понимал, что не успеет.
Возможно, не успеет и на лошади.
Сколько уже Харбор находится под окнами? Что, если Аврора в эту секунду уже стоит на пороге?
Бен не знал, что Джеймс Харбор собирается сделать с его женой, но сердце чувствовало, что ничего хорошего.
А еще…еще он безнадежно опаздывал.
Где-то на дороге, там за спиной, мчались к Штормовому пределу его друзья. Но и они не успевали.
«Аврора, прошу, оставайся в замке!» - взмолился он отчаянно и еще сильнее ударил подошвами сапог бедное животное, мчавшееся на пределе сил.
*******
Сердце было не на месте. Я не могла ничем заниматься и, бросив все дела, принялась бродить из угла в угол, не находя себе места. А порой выглядывала украдкой в окно, помня о том, что велел Бенедикт, и мысленно молилась за то, чтобы все закончилось. Желательно сегодня. Желательно, чтобы никто не пострадал.
Видят боги, я не хотела зла даже лорду Харбору. Пусть его судит правосудие, не Бен. Но надеяться на то, что этот человек сдастся без боя, не могла. Мне казалось, я знаю, из какого материала он сделан. Харбор крепкий мужчина и, как сказал Бен, признаваясь в этом с честью, но без охоты, что он сильный маг. Темный, сильный… Наверное, намного сильнее, чем мой муж. Но успокаивало то, что Бенедикт будет не один в этом противостоянии.