Сколько стоит любовь
Шрифт:
Я открыла дверь и перенесла картины в прихожую, попутно осматривая, что удалось спасти. Пока была на квартире у Ульянова, задуматься над фронтом работы по восстановлению моих набросков было некогда — мысли были заняты другим, а теперь, когда я увидела, что удалось сохранить лишь малые крохи, мне хотелось рыдать от отчаяния навзрыд.
Регина, услышав шум, показалась в прихожей. Увидела мои картины и изумленно вскинула брови вверх. После разговора с Ульяновым у меня было к ней много вопросов. Точнее один. А, в частности, меня сильно задели его слова о том, что в том ресторане, где работала моя подруга
— Что случилось? — спросила она, смотря как я аккуратно расставляла свои работы.
— Много всего и ничего хорошего, — бесцветным голосом ответила я. От усталости я валилась с ног. Недолеченная простуда тоже давала о себе знать. — У тебя остался какой-нибудь порошок «Терафлю» или «Фервекс»? Я валюсь с ног, — честно призналась.
Несколько часов, что я находилась рядом с Ульяновыми, не позволяли мне в полной мере прочувствовать своего разбитого состояния, а сейчас ощущала себя так, будто земля уходила из-под ног.
— Конечно! Проходи. Сейчас наведу. Душ принимать будешь?
— Да, спасибо, — отозвалась я, проходя в комнату.
Регина, как и я, жила в однушке: гостиная была совмещена с кухней, кругом царил идеальный порядок, квартира была очень уютной и, что самое главное, находилась почти в центре Москвы. Большего, наверное, и не нужно.
Я устало опустилась на диван, понимая, что у меня ни на что нет сил. Регина принесла полотенце, и я сделала последний марш-бросок в сторону ванной комнаты, чтобы привести себя немного в порядок и взбодриться. Наспех приняла душ и вымыла волосы. Регина развела мне порошок и я, закончив с водными процедурами, забралась на диван под одеяло и обхватила кружку руками, чувствуя себя уже значительно лучше.
— Расскажешь, что случилось? — аккуратно поинтересовалась она.
— Да, — кивнула головой и поставила пустой бокал на подлокотник дивана.
— Влад в курсе, что ты у меня? Он звонил мне и спрашивал, куда ты пропала и почему не отвечаешь на звонки… Я так и не нашлась, что ему ответить.
— Нет, я ему не говорила, что поехала к тебе. Он завтра возвращается из командировки.
Со всеми заботами, разгромом студии и встречей с прошлым я забыла о молодом человеке. Взяла в руки телефон и только сейчас вспомнила, что тот сегодня был полдня у Ульянова. Посмотрела входящие и исходящие вызовы и действительно увидела несколько пропущенных звонков от Влада. Взглянула на Регину, извиняясь, что прерываю разговор на полуслове и набрала его номер. Он ответил сразу.
— Тася! Ну наконец! Я звоню тебе весь день. Что случилось? Что с твоим телефоном?
— Влад… — отозвалась я тихо, услышав его встревоженный голос в телефоне, и вспомнила о поцелуе с Ульяновым и всех своих ощущениях. Хорошо, что он меня сейчас не мог видеть, потому что я чувствовала себя… двояко. — Всё в порядке. Просто немного пострадала моя студия, я не слышала твоих звонков. Я сейчас у Регины…
— Что? Что значит пострадала? Ты цела? Как это случилось? Почему у Регины? — посыпались вопросы. — Я уже завтра буду в Москве, и все решим, — решительно заявил он.
— Спасибо, — я слабо улыбнулась, мне была важна и приятна его поддержка. Особенно сейчас. — Пострадало много моих работ… Но я все обязательно
Посмотрела в лицо подруги, которое побелело как мел, а губы задрожали. Она, видимо, уже сложила все один к одному и поняла, что мою студию разгромили не просто так. И даже более того, мы обе знали, кто был этот человек.
И, похоже, что и Владу придётся рассказать обо всем. Потому что не могла я его обманывать. Единственное, о чем умолчу — так это о связи с Ульяновым три года назад. А ведь и правду говорят, что все тайное становится явным. Ведь хотела изначально утаить от своего парня подробности того вечера и подмены подруги на вечере…
— Детка… Я завтра утром уже буду в Москве и сразу приеду за тобой. Как твоё самочувствие? Уже получше? — с нежностью спросил он.
Почему в этот момент я подумала о Наташе и её женихе? Глеб примерно так же был встревожен сегодня, когда ворвался в квартиру Саши, узнав, что его любимая попала в передрягу.
— Да, — устало пробормотала я в трубку. — Все хорошо, — соврала я. Но у меня просто не было сил и желания говорить обо всем по телефону. — Буду ждать тебя…
Мы еще перекинулись парой фраз, Влад поглядел точное время прилета, озвучил его, и мы закончили разговор. Стоило мне отнять телефон от лица, как Регина подскочила на месте.
— Тебе разбомбили студию? Это тот подонок с вечера? И ты молчала весь день?
Я сдержанно кивнула и тяжело вздохнула. Одно меня успокаивало и я, наверное, точно была на грани помешательства, но думала о том, что если бы не было погрома, то и встречи с Ульяновым тоже не было…
— Побили стекла в квартире, которую я снимаю, в окно студии кинули какую-то зажигательную смесь…
Подруга закрыла рот рукой и покачала головой из стороны в сторону, не веря моим словам.
— Господи… Какой кошмар! Если бы я знала, что так получится… — она осеклась и присела рядом, смотря на меня огромными глазами.
Сильнее запахнув халат, что выдала мне Регина, я спустила ноги на пол и поднялась. Взяла бокал и подошла к мойке, чтобы его сполоснуть. Я не рассказывала никому о той ночи и том человеке. Это была закрытая тема, которую я не обсуждала. А сейчас я понимала, что мне нужно с кем-то всем поделиться. Не иначе меня разорвёт на части. Столько всего навалилось на меня, что эти переживания и груз воспоминаний грозились придавить своим весом.
— Помнишь ту ночь и деньги? — вдруг спросила я. Регина застыла и кивнула, смотря на меня жалостливым взглядом. — Там на вечере я встретила этого человека… Когда Ребровский влетел в подсобку и попытался меня изнасиловать, он появился и помешал случиться страшному… Сломал Мирону пальцы…
— Так получается… — выдохнула Регина, но я ее перебила:
— Погоди, дослушай. Александр Ульянов оказался братом девушки, в честь какой была устроена такая шикарная помолвка. А сегодня я пришла в студию, у меня была назначена встреча с одной заказчицей. Догадываешься, кто была эта девушка?
— Нет… Невеста Ульянова? — меня больно кольнули эти слова, а сама мысль, что у него, возможно, была девушка оказалась отрезвляющим пинком. Я даже и подумать не могла об этом. Может быть, именно поэтому он и уехал, не стал настаивать на новых встречах…