Склад
Шрифт:
А что еще оставалось делать? Работать с людьми, которым не доверяешь? Это было не для Линника. Справедливость была жизненной позицией Артема Борисовича, и предавать свои принципы он не собирался.
В течение пяти лет после увольнения из Службы безопасности ему запрещен выезд за пределы страны. Но оставаться здесь не представляется возможным. Да и зачем? С работы он уволился, с женой развелся, дети выросли – у них своя жизнь.
Линника отчего-то не покидала мысль о Верославе: как она там, в Москве, зачем она понадобилась Службе внешней разведки России? Может, они никогда и не увидятся больше. Да и повода-то не было никакого…
«Верослава – светлый человечек», –
В Москве, ул. Остоженка,
Здание Службы внешней разведки России
– Ну вот, Верослава Андреевна, поздравляем с полным выздоровлением.
– Благодарю за проявленную заботу, – ответила женщина, – но, быть может, сейчас Вы наконец-то расскажете, какой интерес я могу представлять для разведки?
– Конечно-конечно. Анастасия Владимировна наверняка рассказывала Вам о нашем с ней разговоре…
– Разумеется: она теперь работает «на вас».
– У нас, – поправил ее сотрудник СВР, – наша Служба заинтересована и в Вашей кандидатуре.
– В моей? – искренне удивилась Верослава, – но я не журналист, в другие страны не выезжаю, да и языками никакими не владею.
– По рассказам Вашей подруги и по нашим наблюдениям, проведенным в клинике, где Вы были на восстановлении, у Вас имеются способности, которые можно было бы использовать на благо Родины.
– Я, безусловно, рада, что мои скромные способности были так высоко отмечены Службой внешней разведки, но не думаю, что это хорошая идея – делать мой дар профессией.
– Подумайте о перспективах. Верослава Андреевна.
– Дело не в перспективах, поймите. Просто это неправильно – получать деньги за то, что мне не принадлежит. Это несправедливо.
– Ну почему же? Использовать Ваши способности на благо Родины – что в этом может быть плохого?
– Может, и ничего. Но это не для меня, извините. Я так чувствую.… А дочку свою отдайте замуж все-таки за темноволосого парня, а не за светлого, как хотели Вы с супругой. В противном случае намается она с ним.
– Я Вас понял, Верослава Андреевна, – улыбнулся сотрудник СВР, – спасибо, Вы можете идти.
г. Киев, склад торгово-производственной компании
– Алексей, дoбры дзень [9] , – обратился Линник к водителю, пока работники склада загружали машину.
– О, Артем, рады сустрэчы [10] ! Як справы [11] ? – добродушный водитель фуры пожал руку охраннику.
– У меня к тебе разговор серьезный, – кратко Линник рассказал свой план водителю. Лицо Алексея приняло сосредоточенное выражение.
– Ты понимаешь, чем я рискую? – справедливо заметил он, – я понимаю, почему ты хочешь уехать, план неплохой, но очень рискованный.
9
Добрый день (белорус.)
10
Рад
11
Как дела (белорус.)
– Сколько ты хочешь? – напрямую спросил Артем.
Алексей назвал сумму. Это были большие деньги, которых в наличии у Линника не было.
– Я что-нибудь придумаю, – ответил он, – благодарю, что не отказал.
– Як усё будзе гатова, скажаш [12] .
В Москве
– Верка, представляешь? Микко «загорелся» – хочет себе жену-разведчицу, – Анастасия только что вернулась из Финляндии, куда ездила к своему ненаглядному рок-музыканту. Эмоции по этому поводу «били через край».
12
Как все будет готово, скажешь (белорус.)
– А на твоей «подпольной» работе что говорят по этому поводу? – улыбнулась Верослава.
– Да нормально все – мы обсуждали такой вариант. Давай, ты со мной поедешь? – предложила журналистка.
– Ну нет, нечего мне делать в чужой стране – у меня же нет там никакого рок-музыканта.
– Ничего, найдем! – счастливая Анастасия хотела осчастливить всех вокруг.
– Да нет, не поеду. Здесь мне нужно оставаться, в России.
– Это еще зачем? Работы нет, семьи тоже нет, – Настя действительно не понимала, зачем Вера хотела остаться в России: родители погибли, близких родственников не было, а с дальними она никогда не общалась. Перспектива хорошей работы тоже весьма сомнительна: надо же – отказалась работать в СВР! Некоторые принципы своей подруги журналистка явно не одобряла.
– Все будет со временем, – не сдавалась на уговоры Верослава.
– Ну, знаешь – со временем. Я тебе сейчас предлагаю. Я буду рядом, будем помогать друг другу, – не унималась журналистка.
– Нет, Настя, я здесь останусь. А за тебя очень рада – пусть все сложится хорошо.
г. Киев
Чтобы заплатить водителю, Артем распродал все более-менее ценное, что у него имелось. Да и зачем оно ему? А план был такой: в пустой коробке, среди других, загруженных в фуру, пересечь границу. А уж с Белоруссии попытаться нелегально уехать в Россию. Как там жить, на что – сейчас Линника это мало интересовало. Главное – добраться до Москвы, где жила Верослава. А там – видно будет.
Фуру Алексея начали загружать перед самым обедом. Он, как и было заранее обговорено, захватил с собой пустую коробку, в которой должен был пересекать границу Артем. После половины загрузки работники склада наполовину закрыли ворота, и ушли на обед, оставив у ворот охранника, которым и оказался Линник. Артем проговорил в рацию:
– Я на ноль-тридцать [13] и меняюсь на седьмой пост.
Седьмой пост был «блуждающим», то есть предполагался обход территории. Линник вышел на улицу в «курилку», где недалеко стояла фура Алексея. Дойдя до его машины, якобы осматривая территорию, Артем незаметно подошел к прицепу. Между ним и закрытыми воротами было небольшое пространство, куда Артем втиснулся и попал в фуру. Найдя и разложив пустую коробку, он влез в нее и стал ждать.
13
Покурить.