Скипетр всевластья
Шрифт:
В коридоре Ракитина застыла, как вкопанная.
На фоне информационной доски журналисты брали интервью у проверяющих. Держа руки на поясе, Веснин рассказывал грядущих мероприятиях, психолог и технарь согласно кивали. В шаге от них стояла Сидрова и не позволяла никому пройти мимо.
Но девушку изумило другое.
Вопросы комиссии задавал Олег.
Глава 6
Покушение
Весенье — особенный праздник для Лигурии. Если День Короля и Пир Солнечных Врат издревле отмечали первое и второе
В городе царила суматоха, непривычная даже для Весенья. Ещё бы, Его величество Исфар I, за годы правления прозванный народом «Великодушным», передавал корону сыну, без пяти минут правителю Конраду III. В честь смены монарха в государстве объявили выходную неделю, чтобы все мало-мальски значимые Лигурийцы приехали в столицу и присягнули на верность новому королю. В гостиных домах не осталось мест, сбились с ног портные, до боли в суставах снимавшие мерки и подгонявшие костюмы под придирчивых покупателей. Опозориться не желал никто.
Шестьдесят лет миновало со дня, когда Акмелла признала поражение в шпионской войне. С той поры Лигурия единолично утвердилась в статусе мощнейшей державы континента. Канцлер и разжалованный Второй советник отбывали пожизненные сроки, а служба безопасности отлавливала последних участников заговора. Законы Исфара I сглаживали неравенство между сословиями, и жизнь налаживалась. Третье сословие осваивало новые права и не робело перед элитой, укрепляя позиции династии Астери, а четвёртому издревле было всё равно, лишь бы сохранялся мир.
За день до коронации в замке яблоку негде было упасть. Прислужницы мыли окна так, что стёкла скрипели от чистоты, садовники безжалостно обрезали блёклые и увядшие бутоны, лишь бы новая королева осталась довольна. Супруга Конрада III любила придираться по мелочам, наказывала горничных за складочку на простыне или тугой узел на гардинах. Вечерами поварили пили на кухне чай и перемывали косточки керре Амелии, гадая, не дальняя ли она родственница свекрови?
Когда нынешние и будущие величества поужинали, дворец успокоился. Слуги вешали последние украшения, повара проверяли запасы вина и снеди. Три дня столица будет пировать. Гостям — развлечения, остальным — бессонные ночи и труд до седьмого пота.
Солнце гасло в лиловой дымке, из укрытий выползали и разлетались сариды. Помня о завтрашнем торжестве, Лигурийцы гуляли в парке, угощали друг друга съестным, желали удачи. Весенье, как-никак. Не успеешь сейчас, год благодати не видать.
Не стали исключением двое, неторопливо шедшие по дальней аллее дворцовых угодий. Мужчина постарше, одетый в светло-серое пальто, раздавал печенье, его молодой собеседник нёс фрукты.
— Расслабься, — Грег Фонтейн удобнее перехватил плетённую из ивовых прутьев корзинку, — ты слишком напряжён.
— Думаете?
— Когда последний раз нормально спал? Бледнее тебя только
— Нет, — Астрих улыбнулся уголками губ.
— Тогда что тревожит?
— Всё вы замечаете.
— С младенчества тебя знаю.
— Завтра коронация, и я не хочу, чтобы что-то пошло не так.
На рукав тёмно-серой рубашки первого помощника главы службы безопасности опустилась сарида и сложила крылышки.
— Например? Волнуешься, не устроит ли жена Конрада истерику из-за пустяка? Вдруг кто-то косо посмотрит или не вовремя улыбнётся?
— Нет. Характер керры Амелии давно известен.
— Тогда что?
Астрих смотрел на жемчужно-белую бабочку. Вязь на крылышках напоминала морозные узоры.
— Не все заговорщики пойманы.
— Это уже неважно, — Фонтейн откинул со лба поседевшие волосы, — в третьем сословии не осталось ни одного дома, который бы мы не проверили. У четвёртого нет возможности что-либо предпринять. Да и после законов Исфара откуда взяться недовольным? Разве что соседи могут удивить, но в ближайшую неделю чужакам в столицу не попасть. Без приглашения границу не пересечь.
— А сообщник керра Астена? — Хедлунд отпустил сариду. Та опустилась на пион вблизи фонтана и зарылась в лепестки, — три фамилии! И все — вымысел. Ни в Лигурии, ни в Акмелле, ни в Эргольде подобных людей нет. Не отпускает чувство, что главарь водит нас за нос. Годы ушли на поиски, а цель всё так же далека.
— Это мы ещё обсудим, а сейчас оставь тревоги. Сегодня Весенье.
— Да, забыл.
За спиной послышался топот, и мужчины расступились. Громко хохоча, по дорожке бежали мальчишки и спорили: у кого больше сладостей? Кого ждёт благодатный год? Трое ребят постарше держались за набитые конфетами и печеньем карманы, младший прижимал к груди булочки и едва поспевал за друзьями.
— Ай!
Незадачливый кухарёнок споткнулся о бордюр. Подарки плюхнулись в фонтан, а ребёнок схватился за колено и заплакал.
— Больно… — по щекам катились слёзы.
— У! — потешались старшие, — ревут только слабаки!
— Я не слабак!
— Тогда чего ревёшь, как девчонка? Мы с такими не дружим!
— Ну и уходите!
Ребята убежали.
Астрих хотел было подойти и поднять мальца на ноги, но его опередила вышедшая навстречу девушка.
— Громко плачешь. Весь парк переполошишь! — улыбалась Лигурийка. Отросшую чёлку придерживала заколка, украшенная белым колокольчиком, — сильно болит?
— Сладости в воде-е! — мальца слабо заботило разбитое колено, — что я сестрёнке скажу-у? Обещал принести!
— Понятно, — она покосилась на фонтан. Рыба объедала размокшее тесто и била хвостами, водоворотами утягивая еду на дно, — у меня в корзинке остались пирожки. Бери, но только чур не рыдать!
— А можно?
— Можно.
Позабыв о слезах, мальчик встал и недоверчиво посмотрел на девушку.
— Спасибо.
Худенькой ручонкой он сгрёб пирожки и побежал назад.
Астрих уступил дорогу ребёнку. Щурясь, мужчина глядел на незнакомку, которая явно принадлежала к высшим сословиям. Брошь — рубиновое перо феникса в золотой оправе — носили приближённые к правящей династии. Почему первый помощник главы королевской службы безопасности видит её впервые?