Скетчбук

Долотказина Полина

Тима побежал по памяти к поляне, и вдруг почувствовал, что бежать уже гораздо легче. Конечно, столько сегодня тренировался! Но нет, дело было не только в этом. Он вдруг понял, что бежит на четырех лапах, а сквозь царапанную-перецарапанную

кожу пробивается жесткая бурая шерсть. Он бежал, рассекая воздух, и уже не чувствовал, как его цепляют ветки или как ноги царапают шишки. Он влетел на поляну, где в окружении зверей сидела напуганная девочка и обнимала куклу.

– Отойдите от нее, не смейте обижать!

Все уставились на Тиму, нет, уже не на Тиму. На Медвежонка, не крупного, не такого сильного, какой ему когда-то представлялась Большая Медведица, но все-таки на Медвежонка. Волки не торопились пасовать.

– Что у тебя за базар-то, говоришь, как ссаный детеныш.

Но Тима всем своим телом чувствовал толстую шерсть, чувствовал свою силу. Ему больше даже не надо было громко кричать, он низко спокойно прорычал:

– Алё, мне семь. Конечно, я детеныш. Смотри, это Леля, мой пингвиненок – непонятно откуда в складках шерсти нашелся потрепанный комок голубого меха с желтым шарфиком и глазами-пуговками, – Я по крайней мере не стесняюсь, мне всё равно, что вы там думаете. И я не ссаный. Это вы сами ссаные, вот.

Вожак молчал, и было понятно, что он растерялся, что авторитет его уже не тот, что был. Другой волк решил занять пошатнувшийся трон и сделал было шаг вперед. Тима вышел

в центр, закрывая собой Белочку, и низко зарычал:

– А теперь мы уходим, понятно? Это ваш лес, вы можете делать в нем все, что хотите, но нас не вздумайте тронуть, и к Медведице не подходите. Иначе… иначе укушу.

Он взял за руку девочку уже своей обычной мальчишеской рукой и повел прочь. Волки смотрели вслед с какой-то растерянной тоской.

Они шли вдоль по оврагу туда, где должен быть родник.

– А нам стоит туда идти? – спрашивала Белочка.

– Конечно, стоит.

– А что там?

– Там? Родители, если тебе с ними хорошо. Там фильмы, интересные, смешные и страшные. Там кафе, где можно оставить немного мелочи, чтобы официант купил себе чай. Там школа…

– Школа – это сложно?

– Вообще-то да. Но если все делать правильно, то даже весело.

– А потом? Я стану лисичкой?

– Если захочешь, станешь кем угодно. Но мне белочки больше нравятся, если честно.

– Тогда я пойду туда. Ну, увидимся в школе! – она улыбнулась и легко вскарабкалась по оврагу вверх.

Тима вышел к роднику. Здесь был вечер, и всё было приятно – и холодок, и как вода журчит в роднике. У лестницы всё еще стояла женщина со своими баллонами, но, казалось, она не узнает Тиму.

– Сынок, помоги донести воду. Я ведь одинокая, мне некому помочь…

Конец ознакомительного фрагмента.