Сказки
Шрифт:
— Вот мой любезный жених Иван-царевич, а не тот злодей, что за столом сидит!
Братья побледнели. Стали кричать, что всё это неправда. Особенно Пётр старался, он поглупее был.
А царь их батюшка стал Елену Прекрасную расспрашивать, что правда, а что неправда есть.
Она всё ему и рассказала. Как Иван-царевич добыл её. Как добыл коня златогривого и жар-птицу. Как старшие братья убили его сонного до смерти и как стращали её, чтоб она правды не говорила.
Царь Берендей-Выслав-Василий ( а по некоторым источникам ещё Анна-Мария-Гонсалес Андронович)
— Я вас породил, я вас и в тюрьму посажу.
Их быстро запихнули в темницу пожизненно, без права посещения, и никто их не жалел. Так они и прожили всю жизнь там.
А Иван-царевич женился на Елене Прекрасной и начал жить с ней полюбовно, так что один без другого ни одной минуты пробыть не могли.
А Серый Волк? О нём долго не слыхивали. И об этом жалели. Он хоть и коня Ивана-царевича разорвал надвое, но он столько хорошего сделал.
А как-то раз такое случилось. Поехал Иван-царевич на охоту оленей пострелять. А навстречу ему Серый Волк раненый бежит, еле ступает. Рана у него воспалилась, плохо ему.
К тому времени люди уже ружья придумали и из ружья в Серого Волка попали.
Иван-царевич с золотогривого коня соскочил, обнял Волка, поцеловал. А сам думает: как бы ему помочь?
Тут он вспомнил. Полез в карман своей старой охотничьей куртки и достал третье яблоко оздоровительное.
Дал он его Серому Волку:
— Ну-ка, ешь!
Серый Волк сплюнул даже:
— Фу, какая гадость!
Но всё-таки яблоко съел. И быстро рана его зажила и вся хворь прошла. И тогда Иван-царевич спросил Серого Волка:
— Друг мой, Серый Волк, а скажи ты мне, Ивану-царевичу, почему ты так сильно мне помогал? Ведь ты же сам говорил, что я — Иван-царевич — не самый правильный человек есть.
Серый Волк вздохнул тяжело и отвечал:
— Да потому, что остальные царевичи ещё хуже. А в тебе что-то хорошее да есть. Вот и посчитал я, что дети твои и прекрасной королевны Елены много лучше тебя будут. А их дети совсем хорошими станут. А уж когда царевичи хорошими сделаются, глядишь, и народ за ними потянется.
Лучше этого, пожалуй, не придумаешь и не скажешь.
Да, Серый Волк — он молодец! Тут и сказочке конец.
Сказка о могучем щучьем веленьи и постоянном Емелином хотеньи
В некотором
Жил он не один. С ним вместе жили его братья ( две штуки) и жёны братьев ( тоже две). И было это очень много лет назад, когда ни телевизоров, ни автомобилей, ни электричества, ни водопровода, ни канализации ( страшно представить) не было.
Кругом Емелиной деревни была одна природа: леса, речка, поля с пшеницей. Чуть подальше был небольшой городок с церковью и кладбищем. А ещё дальше, так далеко, что и подумать страшно ( километров за семьдесят), был стольный город, в котором царь проживал.
Звали царя Данила Грозный. Но об этом позже.
Всё началось однажды зимой. Однажды зимой братья Емели в город по делам поехали. Надо было пшеницу продать и купить кое-чего из одежды: валенки там, телогрейки овчинные. Конфет, конечно, к чаю. ( Никаких киндер-сюрпризов тогда не было.)
Они двоих коней в двое саней запрягли и так ласково Емеле сказали:
— Ну, смотри, дурак, слушай наших жён и почитай так, как родных матерей. Мы тебе купим сапоги красные, и кафтан красный, и рубашку красную.
Емеля, конечно, обрадовался. Он с самого детства, как всякий умный человек, очень всё красное любил. И он сказал братьям:
— Поезжайте спокойно, братья мои, по своей заботе. Всё сделаю, как велено. Ваши жёны на меня не нарадуются.
И сам спать улёгся на печку.
И лежал он на печи до полудня: то дремал, то потолок рассматривал. В общем, занят был, много чего обдумал. В полдень невестки не выдержали и тоже ласково говорят ему:
— Что же ты, дурак! Братья велели тебе нас почитать и за это хотели тебе по подарку привезти, а ты на печи лежишь, ничего не работаешь. Сходи хоть за водой.
И ещё они добавили, что братья ему красный кафтан привезут. И ещё они добавили ему… скалкой по башке.
Емеля спорить не стал, взял две бадьи, шумовку и за водой на речку отправился. Хотя ещё и не проснулся. Идёт он и про себя думает: «До чего ж эти бабы глупые! Печка дымит, дверь в избу перекосилась, поросёнок не кормлен, а они меня на речку за водой посылают! Эх, кабы я был главный, я бы так не поступал. Я бы сперва заставил себя печь починить, потом дверь в обратную сторону перекосить, потом поросёнка накормить. А уж потом бы я сам себя бы за водой послал».
Но, как ему было велено, подошёл он к реке и спустился к проруби и захотел воду набирать. В проруби было много шуги. Емеля шумовкой начал лёд из полыньи выбрасывать.
Смотрит Емеля, а там щука плавает. Большая-пребольшая. Емеля думает: «Вот сейчас я тебя, щука, поймаю».
Он бухнулся на лёд, изловчился и щуку руками за жабры как схватит. Он, Емеля, может быть, не очень умным был, но очень ухватистым.
— Ура! — говорит Емеля. — Я теперь с речки и воду принесу и щуку. То есть сразу у меня уха в бадье получается.