Сказительница
Шрифт:
Алон протянул ей плащ.
– Нет… Я почувствовал бы ее присутствие. Это что-то… большое. Гораздо больше. Не живое, но все же… это Сила.
– Какой тип Силы? Не может быть Сила Тьмы! – возразила Эйдрис. – Свет такой чистый, такой яркий!
– Не знаю, – ответил Алон. – Я почти ничего не чувствую. Но если он приводится в действие луной, то должен принадлежать Свету. И… он притягивает меня… у него есть способность… призывать.
– Да, – согласилась девушка. – Меня он тоже зовет. Алон, это важно, я знаю. Мы должны
8
Дорога при свете убывающей луны оказалась опасной, путники спотыкались и скользили по замерзшей земле. Когда они добрались до горного склона, идти стало еще трудней, но вскоре они нашли тропу между камнями, покрытыми блестящим льдом. Эйдрис шла впереди, шла быстро и нетерпеливо, несмотря на трудную дорогу. Камень у нее под ногой перевернулся, девушка ахнула; Алон, схватив ее за руку, спас от опасного падения.
– Медленней, – сказал юноша.
– Но луна скоро зайдет…
– Верно, но если мы к ее заходу окажемся на дне ущелья со сломанными шеями, нам будет все равно, светит ли она. – Монсо фыркнул, как будто соглашаясь. – Пожалуй, стоит остановиться, – сказал Алон, разглядывая неровную тропу впереди. – Подождем дневного света.
– Нет, – ответила Эйдрис. – Без лунного света мы не найдем маяк. Я уверена, что на солнце он не горит. Ты видишь в темноте? – спросила она, вспомнив, что ее мать всегда могла видеть ночью. Она говорила, что этой способностью обладают многие владеющие Силой.
– Не так хорошо, как Монсо, – ответил Алон. – Но, наверно, лучше тебя.
– Тогда иди впереди.
Он осторожно обошел ее на узком карнизе.
– Держись за мой пояс.
Эйдрис послушалась.
– Быстрей, Алон!
Дальше нависающая скала еще больше затемнила путь. Сказительница вцепилась в пояс спутника, готовая слепо следовать за ним. Она слышала, что посвященный что-то негромко говорит. Его правая рука осветилась, фиолетовое сияние окружило пальцы. Расставив пальцы, он держал руку ладонью вниз, освещая почву под ногами.
«Долго ли он сможет это делать? – беспокойно подумала Эйдрис. – Или заклинание отнимет у него столько энергии, что он не сможет продолжать подъем? Может, следует остановиться и попробовать на завтра. Луна снова взойдет…»
Она едва не высказала вслух свои сомнения, но все же покачала головой и промолчала. Эйдрис не могла объяснить свое нетерпение, но ее что-то упорно тянуло вперед. Высокие звуки в голове звучали, как призыв сирены, и по спине у нее пробегал холодок, но не от холодного горного воздуха. Алон, по его словам, не слышал эти звуки.
Но, очевидно, Монсо их слышит. Кеплианец насторожил уши и поворачивал голову при каждом повторе.
Сказительница сощурилась, она проверяла посохом с головой грифона каждый шаг на предательском склоне. Путники медленно преодолевали подъем. Наконец,
– Как мы туда поднимемся? – в отчаянии спросила она.
– Монсо может подняться, – ответил немного погодя Алон. – Держись за стремя. – Он встал по другую сторону от кеплианца. – Готова?
– Да! – ответила девушка. Во рту у нее пересохло от страха.
– Монсо, пошел! – воскликнул Алон, и черный жеребец устремился вперед. Он поднимался, напрягая мощные мышцы, цепляясь окованными сталью копытами за замерзшую землю. Эйдрис держалась за него, стараясь не нарушать равновесие. Она отталкивалась посохом, и каждый вдох обжигал ей горло.
Но вот последний рывок – и трое путников перевалили через край подъема.
Лунный свет падал на большой кристалл, выступающий из горного склона. Эйдрис смотрела на него, не в силах ничего сказать от усталости. Воздух продолжал обжигать легкие. Она прислонилась к вздымающемуся боку Монсо, чувствуя, как подгибаются колени. Наконец девушка почувствовала себя лучше; только тогда она смогла подойти к отражающей поверхности.
– Что это? – прошептала она, чувствуя странное нежелание говорить громко.
– Предмет Силы, – ответил сзади Алон. Говорил он тоже негромко. Собственные тени плыли перед ними, очерченные лунным сиянием. – Нас по какой-то причине призвали сюда… но кто призвал, я не знаю.
– Луна ярко отражается от этого кристалла, – выдохнула Эйдрис. – Это может быть только предмет Света!
– Я тоже так считаю, – согласился ее спутник. – Но в этом мире Свет и Тьма часто опасно уравновешены… и многие предметы Света имеют собственную тень Тьмы.
– А что ты… – начала сказительница и замолчала: облако закрыло луну, и их тени растворились, как снежинки в воде. Но кристалл не потемнел полностью; его поверхность продолжала неярко светиться, как будто внутри камня горел костер. На поверхности кристалла метались тени, они постепенно прояснялись, и вот стало видно… большая каменистая пещера, ее стены покрыты текущей водой, которая тускло блестит в свете единственного факела.
– Что… что мы видим? – воскликнула Эйдрис.
– Точно не знаю, – ответил Алон, – но мне кажется… это… зеркало… на самом деле Врата, одни из тех, что ведут в другие места… может, даже в другие миры. Я считаю, мы видим то, что находится по другую сторону Врат.
У сказительницы перехватило дыхание. Не успел Алон замолчать, как в кристалле показалась фигура. Кто-то появился у входа в пещеру и стоял, опираясь на короткий посох для ходьбы. Вначале ничего не было попятно, кроме того, что это живое существо, кажется, человек. Света было мало, и потому ни внешность, ни возраст существа, даже его пол определить нельзя было.