Скажи «да»

Уокер Фиона

Салли мгновенно замолкла, так и не сказав всего, что собиралась, о Лисетт, бывшей жене Найла, и стала расспрашивать Александру, какие у них с Паскалем еще дела здесь, в Англии.

– О, дорогая, я боюсь, нам грозит переедание! – Александра поглаживала округлившийся живот. – У нас здесь столько старинных друзей, которых мы просто обязаны навестить! Однако к Новому году нам придется вернуться домой: отцу Паскаля исполняется восемьдесят, и в Париже нас ждет скучнейший торжественный обед. Так что послезавтра мы едем в Лондон, где погрузимся в круговорот

вечеринок, а затем завезем маму в Шотландию и вылетим в Париж.

Этти тут же ворчливо заметила, как красив Париж в январе, но, возможно, она больше никогда этого не увидит. Александра быстро сменила тему.

– Ну и, конечно, завтра по традиции все собираются у Софии. Это так здорово – вся семья вместе! Жаль, нам не каждый год удается выбраться в Лондон на праздники. Вы ведь тоже проведете с нами завтрашний день?

Салли сглотнула комок и украдкой посмотрела на Мэтти.

– Нас в этом году не приглашали, – выговорила она наконец.

– Ну что ты, глупышка, – рассмеялась Александра, – конечно же, вы приглашены! София обязательно пригласит своего брата, как бы она ни дулась за то, что в прошлом году вы явились на званый ужин в джинсах. Она всегда приглашает всю семью. Всегда!

Мэтти деланно закашлялся и отвернулся.

– Мы уже обещали одним нашим друзьям, что завтра будем обедать у них, – пробормотал он невнятно, крутя пуговицу на пиджаке. – К тому же глупо возвращаться сегодня в Лондон, а завтра по утру сорваться в Вустершир, чтобы увидеть ту же компанию.

– Чепуха! – Этти бросилась в бой. – Вы можете переночевать здесь.

– Нет, здесь мало места, – фыркнул Мэтти.

– Мы могли бы переночевать у Монкрифов, – предложила Салли. Ей очень хотелось принять приглашение и увидеть Софию, старшую сестру Мэтти, и ее мужа Бена, у которых они так редко гостили. К тому же это избавляло ее от скучнейшего обеда в обществе невыносимых друзей мужа, говорящих исключительно о политике.

– Нет, – Мэтти почти кричал. – Сегодня Рождество! Мы не можем вот так запросто постучаться в дверь и попроситься на ночлег.

– Как Иосиф и Мария? – с улыбкой заметила Александра.

– Уверен, Монкрифы не будут возражать, – послышался из кухни голос Найла. – Хочешь, я позвоню им после ланча? Или мы можем все вместе заглянуть к ним, засвидетельствовать свое почтение.

– Нет, спасибо. – Мэтти направился к лестнице. – К тому же у нас уже есть планы на завтра. Найл, я пью виски.

– Ну вот, опять мне вести автомобиль, – вздохнула Салли. – Простите, он сегодня не в духе.

– Да он всегда такой, ворчливый молокосос, – сердито отреагировала Этти, прислушиваясь, как Мэтти на втором этаже выговаривает Таш за незапертую ванную комнату. – Весь в своего ужасного отца!

– Мама! – Александра вспыхнула и огорченно посмотрела на Салли.

– Там нет защелки! – крикнула Таш и сбежала вниз по лестнице. Вместо мокрого костюма на ней теперь было красное шерстяное платье.

– Таш, у меня для тебя сюрприз… – Александра начала расстегивать пуговицы на пальто.

– Значит,

действительно этот ужасный человек будет здесь завтра? – Этти продолжала гнуть свою линию.

– Да, он собирался. – Александра вздохнула и снова запахнула пальто.

– Кто? – Таш чмокнула Найла в щеку и показала, как открывается морозилка.

– Твой отец, – сморщила нос Александра.

– Да ты что! – Таш вздрогнула. – Говорите, кто хочет виски, а кто джин-тоник? Найл налил по семь стаканов того и другого.

– А сколько нас всего? – спросил Найл.

– Семеро взрослых, – стала считать Таш, – и трое детей. И еще Линус.

– О, Линус, безусловно, захочет пригубить ликер после маминого молочка, – усмехнулся Найл. – Как обстоят дела с ланчем, Паскаль?

– Надеюсь, девочка хоть ненадолго остановится, – шепнула Александра Салли, когда Таш пронеслась мимо, открывая все шкафы в поисках салфеток. – Я уже давно пытаюсь вручить ей подарок, – и мать снова распахнула пальто.

– Ах вот где прячется щенок, – засмеялась Салли. – Но, пожалуйста, не показывай его Мэтти: он начнет читать лекцию о братьях наших меньших. Только не в Рождество!

– Почему же? Это было бы так сентиментально! Дорогая, это французский щенок.

– Ты что, занялась контрабандой? – Салли хихикнула.

– Нет, не совсем так. – Александра глянула на Паскаля, хлопотавшего на кухне. – Дело в том, что это один из щенков Корешка.

– Корешка? Это…

– Это такая большая серая псина, ее еще подарил Таш один из поклонников, когда она гостила у нас в Шампани. Моя подруга Хэмиш Геленджер оставила одного из щенков Корешка для меня. Девочку.

– Она прехорошенькая! – Салли оглядела смешное создание, покрытое черным и рыжеватым пушком: острую мордочку, большие опаловые глаза и уши-лопухи. Щенок вилял хвостиком, жался к Александре и выглядел просто умилительно.

Тарелки и столовые приборы Найл и Таш одолжили у Марко и Дениз Анджело, которые владели популярным итальянским ресторанчиком под названием «Оливковая ветвь». Они были известны в округе не столько вкуснейшей кухней и южным гостеприимством, сколько страстными ссорами с неизменным битьем посуды и бурными примирениями. Сейчас в семье Анджело царили мир и покой, поэтому они без звука отдали посуду непутевым соседям.

– Ну вот, наконец-то вы оба здесь, и я могу вручить вам подарок! – воскликнула Александра и вытащила из-за пазухи лопоухого длинноногого щенка.

– Прошу всех к столу!

Вся семья была занята подарками, когда Паскаль пригласил гостей обедать. Полли, Том и Тор отправились к столу в расстроенных чувствах, поскольку еще не успели окончательно доломать новые игрушки.

Еда стоила затраченных на ее приготовление времени и усилий. Паскаль отделил индейку от костей, замочил ее в вине и, перед тем как запечь в клюквенном соусе, щедро сдобрил сметаной. Наконец ароматная индейка с овощным гарниром, приправленная черным перцем и сливочным маслом, оказалась на столе.