Скарлетт Рэд
Шрифт:
Он сильнее сжимает мою задницу.
— Это важно. Скажи мне.
Его тон более жесткий, более напряженный. Мои пальцы сжимают простыни.
— Я не знаю… Это… просто чувствовалось…
— Неправильным, — он выскальзывает из меня. Это не вопрос — это утверждение.
Мое сердце пропускает удар.
— Почему ты говоришь…
— Потому что я владею этим, — говорит он яростно, все его тело напрягается. — Завтра у тебя все будет адски болеть, но я не почувствую ни капли вины. Сегодня я напомню тебе, почему эта великолепная киска моя и ничья больше.
Я вскрикиваю от
— Бл*дь, ты еще слаще, чем я запомнил.
Он быстро находит мой клитор и посасывает чувствительный участок, в то время как два его пальца толкаются внутри меня, действуя еще глубже, чем раньше. Я извиваюсь и вращаю бедрами, поскуливая и наслаждаясь его тщательными манипуляциями с моим телом.
Когда я прижимаюсь ближе, Себастьян издает нечеловеческий рык удовлетворения, и в тот же миг его блестящие голубые глаза, полные первобытной властности, встречаются с моими. Его собственнический взгляд, говорящий «моя», его полное обладание мной, заставляет температуру моего тела повыситься еще градусов на тридцать. Я бессознательно выгибаюсь под ним. С Себастьяном я теряю контроль. Я растворяюсь в тумане удовольствия, что он мне дарит. Все, что я могу — это двигаться вместе с его языком и губами, исследующими мою кожу, заставляя мое тело трепетать от отчаянной потребности.
И когда я начинаю дрожать, готовая разрядиться, он ослабляет натиск, однако, не прекращая возбуждать меня. Затем он возобновляет свою агрессивную, волнующую пытку, пока я не начинаю бессвязно лепетать:
— Пожалуйста, Себастьян, дай мне кончить.
— Скажи это.
— Сказать ч-что? — выпаливаю я.
Он сильнее всасывает мой клитор, сводя меня с ума, и я закрываю глаза и стону от этого сильного ощущения. Затем он находит то самое местечко внутри меня, которое заставляет мое тело согнуться от бушующего желания.
— Кто владеет этим, Талия?
Несмотря на мою резко выросшую потребность в освобождении, я не могу ничего с собой поделать, но чувствую, что если я скажу, что он владеет моим телом, это будет означать, что он владеет и мной. Никто не владеет мной.
Я прекращаю вращать бедрами, когда чувствую, как что-то холодное скользит по моей влажной киске. Один, второй, потом третий раз. Подняв голову, Себастьян кладет большой палец на клитор, а его ярко-голубые глаза приобретают чувственный блеск.
— Ты мне доверяешь?
— Ты единственный мужчина, которому я позволяла так себя касаться, — отвечаю я, пока клубок нервов сворачивается у меня в животе. Я так близка к тому, чтобы позволить ему завладеть мной, он и не представляет.
Приподняв свой большой палец, он тянет мое жемчужное ожерелье, затем устраивает свой палец над одной из жемчужин. Прижав ее к моему клитору, он загибает пальцы внутри меня, он снова задевает мое чувствительное местечко.
— Скажи мне, Талия. Мне нужно услышать это от тебя.
Я сверлю его взглядом, пока он, бусинка за бусинкой, скользит ожерельем. Мои бедра начинают трястись, и я настолько сильно вцепляюсь в простыни, что перестаю чувствовать руки.
—
Его улыбка становится почти дикой.
— Кончи для меня, — командует он, и в то же время быстрыми движениями начинает тереть влажную нитку под своим пальцем. Ощущения вибрации, и тот эротизм, с которым он так мастерски играет со мной, уносит меня далеко, и я кричу и бесконтрольно дрожу. Один оргазм за другим пронзает мое тело, сокрушительно подмяв меня под волны греховных разрушительных наплывов.
После третьего оргазма, я хватаю его руку, чтобы остановить движение жемчужин, выкрикивая:
— Принадлежу тебе, черт возьми. Настолько принадлежу…
Губы Себастьяна прерывают меня, его язык врывается глубоко в мой рот. И только когда я обхватываю его шею, чтобы подтянуть повыше к себе, он прерывает наш поцелуй и встает, чтобы стащить штаны.
Мое сердце бешено стучит в груди, когда он садится на край кровати с презервативом, который достал из кармана.
Это кажется несправедливым, что он не испытает то, что я чувствовала только что, и, не дав себе время для раздумий, я беру свое ожерелье и встаю на колени. Прильнув к его жесткой, мускулистой спине, я целую его шею, опуская украшение к его твердой эрекции.
— Будет правильным вернуть должок.
Себастьян резко выдыхает, а его мышцы напрягаются напротив моей груди, я же забираю презерватив из его пальцев и кладу его на прикроватный столик. Несколько раз обмотав нитку жемчуга вокруг его члена, я оборачиваю свои пальцы вокруг его и начинаю перекатывать бусины по всей длине, вверх и вниз, шепча ему на ухо:
— Помоги мне забыть.
Его дыхание ускоряется по мере моих движений.
— Уверена? — спрашивает он хриплым голосом, проводя своими пальцами по моему запястью.
Скольжу вокруг его тела, пока одна моя нога не оказывается за его спиной, а вторая болтается между его крепких бедер. Глядя в его затуманенные глаза, дарю ему дрожащую улыбку:
— Покажи мне, что тебе нравится.
Себастьян обхватывает меня за шею, лаская ее своим большим пальцем. Когда он прижимает меня к себе для поцелуя, его рука накрывает мою, обхватывающую его член.
— Полегче, — говорит он в мой рот, а затем исследует мои губы. Я настолько поглощена его отвлекающим «почти поцелуем», что ощущение его пальцев вокруг моих не выводит меня из колеи. Я позволяю ему установить темп и силу, с которыми моя рука ласкает его член. Оборачиваю свою ногу вокруг нижней части его спины и наслаждаюсь ощущением, что ураганом проносится сквозь меня, когда его язык, наконец, проскальзывает, чтобы встретиться с моим, даря жаркий, жгучий поцелуй.
— Продолжай вот так, — стонет он мне в рот, убирая свою руку, чтобы схватить мое лицо для жесткого, еще более возбуждающего поцелуя.
Каждая частичка меня сосредоточена на мужском аромате и тепле, идущем от Себастьяна, на ощущении моего тела, обернутого вокруг его. Я замедляю темп своей руки, затем ускоряю, прислушиваясь к его дыханию, чтобы понять, что ему нравится больше всего. Каждый резкий вздох, что он вкладывает в наш поцелуй, приводит меня саму в возбуждение, за миг делая меня влажной.