Скарлет
Шрифт:
— Погоди, — окликнул он.
Обернувшись, она посмотрела на него. И вместо того, чтобы выказать раздражение, как ожидал Август, посмотрела на него с любопытством.
— Ты могла погибнуть, — тихо промолвил он. Её голубые глаза напоминали бархат в полумраке поляны. — Я велел тебе оставаться в хижине.
По виду, Скарлет совсем не раскаивалась. В следующую секунду она опустила взгляд.
— У тебя идёт кровь.
Август посмотрел вниз. Рукав туники был разорван, и кровь, как слезинки, скатывалась с раны от клыков волка. Из-за адреналина в крови
— Пошли, нам нужно обработать и перевязать рану, — заявила Скарлет, взяв его за другую руку.
Её ладошка казалась такой маленькой в сравнении с его сильной ладонью. Аленькая потащила его к хижине, и все вопросы вместе с выговорами так и не слетели с его губ, когда они вошли в дом.
На первый взгляд, Августу показалась, что хижина захламлена всякой всячиной. На каждой поверхности и даже стенах что-то висело, разлитое по бутылочкам или собранное в пучки.
Запашок мог сбить с ног взрослого мужика: смесь шкур животного и гниющих овощей. Идя за Скарлет, он старался не дышать полной грудью. Они подошли к очагу, где задорно потрескивали поленья. Там стояла аптекарша. Над огнём висел огромный железный котёл. Миссис Зои помешивала бурлящую жидкость, от которой по воздуху растекался сладкий запах клубники.
— Августа ранили, — сказала Скарлет.
Зои оторвалась от кипящего котелка и посмотрела на них.
— Дайте я гляну.
Август неохотно потянул рубаху, обнажая рану. Кровь шла, но не сильно. Кожа была рассечена в длину где-то на палец.
— Нужно обработать порез, — сказала Аленькая, и аптекарша опустила кусок ткани в кипящий котёл, а потом протянула Скарлет тряпицу, от которой подымался пар.
Август зашипел, когда горячий материал коснулся раны. Несколько секунд жгло, а потом, как ни странно, ему стало намного лучше.
Скарлет подняла ткань и осмотрела рану.
— Нам нужно её зашить? — спросила она.
— У нас нет времени на это, — ответил Август, посчитав, что рана неглубокая. — Если это необходимо, я могу подождать до зари.
— Не стоит рисковать, она может загноиться, — запротестовала Скарлет.
Август отошёл от Скарлет и забрал кусок ткани у аптекарши. Он бинтовал руку, а Аленькая, поджав губы, наблюдала за ним. После этого он опустил рубаху, прикрыв рану.
— Где эликсир? — спросил он миссис Зои, нарочно игнорируя осуждающий взгляд Скарлет.
Миссис Зои дошла до полки, забитой бутылочками различных форм и цветов.
Рука Августа начала пульсировать от нового приступа боли, на который он не стал обращать внимания.
— Ох, вот он. — Аптекарь подняла узкую жёлтую бутылочку и протянула её Скарлет.
— Спасибо, — поблагодарила она и что-то начала искать в плаще. — У меня где-то лежало несколько монет.
— Вот, — протянул Август деньги миссис Зои. — Нам нужно отправляться в путь. — Он чувствовал на себе взгляд Скарлет, но продолжал игнорировать его. — Пошли, — сказал он, поворачиваясь. От зловония гнили у него разболелась голова.
Отворив дверь хижины, Август увидел поджидавшего их жеребца. Обернувшись,
— Я могу с тобой расплатиться, — заявила она. От тепла хижины на её щеках полыхал румянец.
— Замечательно, — ответил Август. Хотя для него пару монет не деньги. — Нам нужно поторопиться.
Волки могли вернуться, кроме этого ветер разносил их запах, и сюда могли пожаловать любые другие хищники.
Август посадил Скарлет на жеребца, а потом сам запрыгнул в седло.
Ночь ещё не закончилась.
ГЛАВА 5
По пути к дому четы Айви волков не было слышно. Я находилась в кольце рук Августа, но он не держал меня так крепко, как раньше.
Мои страхи развеялись, и я всё больше ощущаю его присутствие, крепкое тело и силу рук. Мы подъезжаем к дороге, волков по-прежнему не слышно, и я позволяю себе расслабиться. Но не сильно. Я стараюсь держаться от Августа как можно дальше.
На меня накатывает волна облегчения, когда вдалеке появляется ферма Айви. Мы справились. Остаётся лишь надеяться, что не опоздали. Из окон тускло льётся свет лампады, но я не уверена, хороший ли это знак.
Август подгоняет жеребца вплоть до входной двери, а потом натягивает поводья и спрыгивает на землю. Он снимает меня с коня, и, как только мои ноги касаются твёрдой почвы, я одёргиваю руку. Мне стоит выкинуть из головы, как он держал мою ладонь, отчего по коже побежали мурашки, словно сноп искр.
— Утром я верну долг, — говорю я, а потом понимаю, что оно скоро наступит. — Вернее, сегодня днём.
Август молча кивает. При этом не отходит от меня, не отворачивается и не подгоняет жеребца.
— Спасибо, что помог мне, — говорю я.
Август по-прежнему молчит, лишь смотрит на меня тёмным полыхающим взглядом. Я не могу больше ждать, поэтому поворачиваюсь и иду к двери.
Берусь за ручку, забыв постучать, и понимаю, что дверь не заперта.
В очаге полыхает огонь. Двух старших детей нигде не видно, но мистер Айви сидит за столом со склонённой головой и опущенными плечами.
Я догадываюсь, что он спит.
Я подхожу к нему, хотя страшусь узнать у него о состоянии супруги. Мистер Айви поднимает голову до того, как я пытаюсь его разбудить.
— Ты вернулась? — бормочет он.
— Я принесла эликсир для вашей жены.
Он несколько раз моргает, а потом вскакивает из-за стола.
— Пошли.
Я иду следом за ним, хотя знаю, где находится спальня. Наши шаги нарушают повисшую в доме гробовую тишину. Ни плача новорождённого, ни криков роженицы.
Когда мы подходим к двери спальни, мистер Айви открывает её дрожащей рукой.
В комнате царит полумрак. Детская люлька стоит возле камина, внутри спит укутанный в пелёнки малыш. Моя мама сидит на стуле подле кровати, где лежит закутанная до самого подбородка миссис Айви. Глаза у обеих женщин прикрыты, поэтому я шагаю тихо, стараясь никого не напугать.