Скандалы
Шрифт:
Снова опустившись в кресло, Джо потянулся за картонной коробкой с не слишком крепким кофе, который покупал в греческой кофейне на Первой авеню. В кабинете с работающим кондиционером становилось все холодней. Едва Джо поднес стакан ко рту, как увидел страницу факса, лежавшую под коробкой.
Выдернув ее, он прочел вслух:
– Кому: Сэму Николсу. От кого: К.М.Батлер. „Черт возьми, что за Батлер? – подумал он. – Уж не Конрад ли Батлер, новый посол в одной из стран бывшего Советского Союза? Но откуда
Усевшись поудобнее, Джо стал читать факс. Пробежав его глазами, он положил ноги на стол и прочел еще раз, более внимательно.
– Хороший материал. Ну просто исключительно хороший. – Он подтянул к себе первую страничку и снова посмотрел на нее. – Джейн! – рявкнул он. – Не затруднит ли вас подойти ко мне?
Секретарша повернулась вместе с креслом, встала и лениво, едва передвигая ноги, направилась к Джо.
Он ткнул пальцем в первую страничку.
– Что это за номер факса? Я понятия не имею ни о каком К.М.Батлере.
Джейн прищурилась.
– Хм... да это же номер факса Лолли Пайнс. Материал, должно быть, пришел от Кик, ассистентки Лолли. Так ее зовут.
– Где живет эта Кик? То есть как связаться с ней в воскресенье?
– У Лолли.
– У Лолли?
– Ну да, она там живет. Я бы с удовольствием побывала в этих апартаментах. Я слыхала, что они величиной с Мэдисон Сквер Гарден и все забито барахлом.
– Свяжите меня по телефону с этой Кик.
– Свяжу, – сонно сказала Джейн и побрела к своему столу.
В воскресенье утром Кик заспалась. Уже было около одиннадцати, когда она, с трудом выбравшись из постели, спустилась по двум лестничным маршам трехэтажного особняка Лолли. Она подняла воскресное издание „Таймс", лежащее на крошечном коврике у двери Лолли.
Работа над текстом, которому она посвятила весь вечер пятницы и добрую часть субботы, решив отдать последний долг Лолли, отняла у нее последние физические и душевные силы. Ранним воскресным утром, отправив материал по факсу, она почувствовала себя предельно измотанной – такой усталости она не знала уже много лет. Лишь рухнув в постель, она стала припоминать, правильно ли набрала номер факса. Но сил встать и проверить это у нее уже не было.
Она вошла в кухню с газетой под мышкой, бросила ее на стол и замерла, прислушиваясь к звукам пустого дома. Только сейчас Кик осознала, что она в самом деле одна. Лолли уже не хлопотала, готовя себе чай. Тишину нарушало лишь дребезжание старого холодильника и тиканье часов.
Вдруг раздался телефонный звонок. Сняв трубку, Кик чуть было не сказала: „Офис мисс Пайн". Но, прикусив язык, откликнулась:
– Алло.
– Могу ли я поговорить с Кик Батлер? – осведомился мужской голос.
– Это я.
– Кик, это Джо Стоун из „Курьера".
Кик присела на маленький стульчик рядом с телефоном.
– О, Господи! Я и не думала, что услышу вас. Я же послала материал Сэму Николсу.
– Верно, но он был настолько любезен, что передал его мне.
– В самом деле любезно, – согласилась Кик, почувствовав, как струйка пота бежит у нее между лопатками.
– Весьма интересная работа, – заметил Джо Стоун. – Мне бы хотелось поговорить с вами о ней. Вы свободны во время ленча?
– Сегодня? Так ведь воскресенье...
– Верно, – засмеялся он, – но ведь едят и по воскресеньям, не так ли?
– Когда вы хотели бы встретиться со мной? – спросила Кик, стараясь не выдать возбуждения.
– На Семнадцатой, как раз у Девятой авеню есть одно местечко, именуемое „Ренальдо". Вас устроит половина первого?
– Прекрасно, мистер Стоун, – сказала она. – А как я вас узнаю?
– Я буду один за столиком в заднем садике и поверну лицо к солнцу. В этот уик-энд я собирался усиленно загорать. А как вы выглядите?
Кик задумалась. Она не помнила, чтобы кто-то последнее время просил ее описать себя.
– Ну... Высокая, с короткими рыжими волосами, с... м-м-м, веснушками и без загара.
– Великолепно, – откликнулся Джо Стоун. – До встречи.
Кик четко представляла себе Стоуна: грузный, лысый, испитой, с желтыми от никотина пальцами, циничный и умный. Галстук распущен, на воротничке не хватает пуговицы – словом, типичный редактор бульварной газетенки.
Взбежав по лестнице в свою комнату, она порылась в ящиках.
– Слава Богу, – с облегчением вздохнула она, обнаружив в третьем ящике снизу пакет с колготками.
Уже собираясь уходить, она по привычке перебрала в памяти все дела. Автоответчик? Включен. Окна на случай дождя закрыты. Оставить записку под настольной лампой Лолли и сообщить, когда вернусь...
Задержавшись на этой мысли, она присела на край кровати. Господи, о чем она думает? Лолли лежит в морге Риверсайда за Амстердам-стрит, а она мчится на какие-то деловые переговоры. Что сказала бы Лолли?
Так что же она могла бы сказать? Кик закрыла глаза и на редкость живо представила себе маленькую энергичную Лолли, стоящую в дверях: подбоченившись, она притопывала ногой.
Что она сказала бы? Кик почудилось, будто она слышит ее слова: „Вставай и отправляйся, девочка. Наконец пришел твой звездный час".
8
Бэби ненавидела воскресенья. Никого нигде нет. На улицах жарко и пусто. Она уже посмотрела почти все фильмы, которые шли в городе. И разве не безумие отправиться летним воскресным днем одной в кино?