Сивилла
Шрифт:
— Вики, вы единственная, кто знает все обо всех. Вы являетесь хранительницей памяти, позитивной силой в комплексе Сивиллы. Разве вам не следует быть одного возраста с ней, если вы уже обладаете всеми воспоминаниями о тех годах, которые делают ее старше вас? Разве это не справедливо?
— Наверное, так. — Перспектива приближения к сорока годам явно не приводила Вики в восторг. Слегка постукивая указательным пальцем по краю стола, она заметила: — А я не говорила вам, что Сивилла хотела бы
— Если вы достигнете ее возраста, это будет легче сделать, — объяснила доктор. — Ну так как?
— Вы врач… — тихо сказала Вики.
Потом, когда пациентка уже находилась в гипнотическом состоянии, доктор Уилбур спросила:
— Все здесь?
— Да, — ответил кто-то.
— Рути? — позвала доктор.
— Да, — отозвалась восемнадцатилетняя Рути.
— Майк, — спросила доктор, — хотел бы ты стать тридцатисемилетним?
— Конечно, — ответил Майк.
— Сид?
— Разумеется, — сказал Сид.
Когда доктор задала тот же вопрос Пегги Лу, прозвучал такой ответ:
— Да, если я обязана сделать это.
— Ну, ты не обязана этого делать, — ответила док тор. — Что тебя смущает?
— Знаете, — заколебалась Пегги Лу, — я буду скучать по своим телевизионным программам.
— Тридцатисемилетние тоже смотрят телевизор, — улыбнулась доктор.
— И я не хочу все время учиться, — с опаской добавила Пегги Лу.
— Да, все время учиться никому не идет на пользу, — согласилась доктор. — Ну так этого и не нужно.
Пегги Лу дала свое согласие.
Потом доктор спросила Пегги Энн, которая ответила:
— Ну, наверное, да.
— Ты, кажется, немножко сомневаешься, — заметила доктор.
— А мне обязательно нужно будет ходить в церковь? — пожелала узнать Пегги Энн.
— Нет, не обязательно, — заверила ее доктор.
— Другие взрослые ходят.
— Сивилла взрослая, но в церковь не ходит, — напомнила доктор. — Тебе сейчас восемнадцать, и ты тоже не ходишь.
— Ладно, ладно, — согласилась Пегги Энн.
Доктор поочередно вызывала остальные «я». У Нэнси Лу Энн, у Марсии, Ванессы, Клары, Марджори, Элен и Сивиллы Энн возражений не было.
Однако Мэри запротестовала:
— Я ощущаю такую усталость…
— Если бы вам было столько лет, сколько Сивилле, — возразила доктор, — вы бы так не уставали, да и вообще чувствовали бы себя лучше, потому что получали бы помощь от остальных. Неужели вам этого не хочется?
— А вы останетесь моей подругой? — робко спросила Мэри.
— Клянусь жизнью, — с чувством ответила доктор.
— Вы меня не бросите?
— Не брошу, — пообещала доктор.
— Очень хорошо, — согласилась наконец Мэри.
— Вики, — спросила доктор, — вы готовы?
— Вы
— Все на месте? — спросила доктор.
— Да, — ответила Вики, — мы готовы.
— Итак, начинаем, — решительно объявила доктор. — Все вы начнете взрослеть. Вы будете непрерывно взрослеть. Через пятнадцать минут вам всем исполнится тридцать семь лет и три месяца, как Сивилле.
— Тридцать семь — это ужасная старость, — пробормотала Нэнси Лу Энн. — Слишком много лет, чтобы что-нибудь делать.
— Не так уж много, — возразила доктор. — Мне еще больше лет, а я занимаюсь самыми разными делами.
Затем, перейдя к внушению как лечебной процедуре, док тор Уилбур стала монотонно повторять гипнотические заклинания:
— Вы становитесь старше, старше, старше… Вы растете, растете, растете… Вам двадцать восемь, тридцать один, тридцать три… Через шесть минут всем вам станет тридцать семь лет и три месяца.
Бежали секунды, шли минуты ожидания. Доктор Уилбур не могла ощутить мощные волны перемен, воспринимаемые органами чувств пятнадцати «я» ее пациентки. По мере того как Сивилла и ее альтернативные «я» втягивались в новую фазу исцеления, в каждом сосуде и в каждом нерве организма происходили перемены. Продолжая находиться в гипнотическом сне, эти «я» ощущали некую вибрирующую волну, наполняющую их новой силой.
Пациентка выглядела спокойной. Наконец доктор объявила:
— Всем вам по тридцать семь лет и три месяца, и вы никогда не станете младше. Проснувшись, вы будете знать, что теперь всем вам по тридцать семь лет и три месяца. Все вы теперь будете одного и того же возраста.
Тогда их стал одолевать страх потери.
— Вы будете любить нас, таких старых? — жалобно спросила Пегги Лу.
— Я всегда буду любить всех вас, — прозвучало в ответ.
— И будете нашим другом, как и прежде? — спросила Марсия.
— Да, я останусь вашим другом.
— Теперь многое будет совсем иначе, — с тревогой заметила Ванесса.
— Всякий раз, когда у вас возникнет разница во мнениях, — сказала доктор, — вы сможете обсудить ее между собой. Вам не придется ссориться по этому поводу.
— Или убегать, — добавила Пегги Лу.
— У вас стало гораздо больше общего, и в том числе вещей, которые нравятся всем вам, — объяснила доктор. — Одна из причин конфликтов и отсутствия понимания между вами заключалась в очень большой разнице в возрасте. Теперь, если Марсия будет впадать в депрессию, остальные смогут подбодрить ее. Если Сивилла Энн почувствует упадок сил, остальные поделятся с ней энергией.
Марсия спросила:
— Это значит, что мы не сможем позвонить вам, если почувствуем себя нехорошо?