Сиверсия
Шрифт:
Открыв дверцу, он пошуровал в шкафу, нашел рулон фольги.
– Горе ты мое, держи! Мясо в холодильнике. Исправляйся и запомни: домработницы, которые не готовят мясо, никому не нужны! А без тебя опять будем сидеть на сосисках с сардельками. Никакого полета. Ну, ладно, – мальчишка деликатно отстранил застывшую в дверях Алину. – Заговорился я с тобой. Ты работай. Я елку пойду ставить.
Он деловито надел рукавицы и потащил елку в комнату.
– Послушай, мальчик, а ты вообще кто? Тебя
– Антон. Я – сын Александра Ивановича. Еще вопросы есть?
В дверь позвонили.
– Это ко мне!
Антон прошмыгнул мимо Алины к дверям.
Сильно подвыпивший мужичок, одетый в грязную телогрейку, валенки с галошами, пыхтя и чертыхаясь, внес в квартиру ведро песка.
– Опять у вас лифт не работает. Чуть не помер на лестнице. Хоть бросай!
– Сюда! В комнату неси, Борисыч.
– Куда прикажешь, Антоха. О-на! Хоромы какие! – мужичок присвистнул, поставил ведро с песком на паркет. – Сам-то елку поставишь? Уж елка больно велика для тебя.
– Я справлюсь. Если что, у меня помощница есть.
Антон протянул мужичку двадцать рублей. Тот растаял от умиления.
– Спасибо. Уважил.
– Ты иди, иди, Борисыч. Там кочегарка твоя без присмотра. За песок спасибо.
– С Новым годом, барышня! – Борисыч отвесил поклон безмолвно наблюдавшей за ними Алине.
– Иди уже! Не до тебя, – поторопил его Антон.
Когда Антон запер дверь, Алина спросила:
– До прихода этого «деда Мороза» с песком ты сказал, что ты – Антон, сын Александра Ивановича. Какого Александра Ивановича?
– Есть варианты? Хабарова Александра Ивановича. Хозяина этой квартиры. Для домработницы ты слишком любопытна!
Все было прежним, только вопросов стало больше, чем ответов.
Она шпиговала мясо чесноком, натирала его пряностями, заворачивала в фольгу, ставила в духовку, делала все это машинально, а думала о другом. Недоумение и обида овладели ею. Как он мог обманывать, скрывать? В какой-то момент у нее даже появилось желание бросить все и уйти. Но подумав, Алина решила, что предоставит Хабарову возможность объясниться.
Грохот падающего табурета вернул ее из раздумий в реальность.
– Антон?
Алина метнулась в комнату.
Елка лежала на боку, ведро с табуретом тоже. Песок рассыпался по паркету. Рядом сидел насупившейся Антон.
– Я же говорила, давай помогу. Не ушибся? Болит где-нибудь?
– Нормально.
– Покажи руки.
Алина взяла руку мальчишки, попыталась приподнять рукав пуловера. Он отдернул руку.
– Я же сказал, нормально!
– Я только посмотрю.
– Нечего смотреть! Сам все испортил, сам исправлю!
– Даже очень сильные люди иногда нуждаются в помощи. Принять помощь – это значит проявить разумность и осмотрительность.
Антон посмотрел на Алину с интересом, внимательно.
Она улыбнулась в ответ.
– Ладно…
Антон засучил рукав. Обе руки мальчишки были в мелких царапинах.
– Я немножко не рассчитал. Лампочки вешать полез, и прямо на нее… – Антон кивнул на елку. – Хорошо, не сломал, а то бы весь праздник псу под хвост!
Алина смазала царапины йодом. Антон морщился, но терпел. Она дула на ранки, чтобы йод не щипал, хвалила парнишку за мужество, а в завершение процедуры чмокнула в макушку.
– Вы это бросьте! – возмутился Антон. – Я не маленький!
Алина погладила его по волосам.
– Я знаю.
Вдвоем они сидели возле упавшей елки и разглядывали друг друга. Алина силилась в мальчишке найти черты Хабарова и не находила. «Наверное, на маму похож», – решила она.
– Ты красивая, – сказал Антон.
– Что? Прости, я задумалась.
– Елку, говорю, поднять надо.
– Я помогу.
На установку елки ушло минут десять.
– Слушай, а с тобой здорово! Ты толковая, – хвалил Алину Антон. – Давай теперь лампочки вешать.
Встав на табурет, Алина принялась украшать гирляндой из лампочек верхушку елки, в то время как Антон крепил к еловым лапам гирлянду внизу.
– Скажи, а ты с кем живешь? – вдруг спросил он.
– Одна.
– А почему ты домработницей работаешь? Ты в школе плохо училась?
Она не скрыла улыбки.
– В школе я хорошо училась. Но у меня много знакомых, которые в школе учились плохо, двоечниками были и заядлыми хулиганами, а в итоге стали очень хорошими, умными и успешными людьми. Учеба не показатель.
– А у тебя дети есть?
– Нет.
– Почему ты замуж не выходишь?
– Слушай, маленький философ, а игрушки на елку где?
Антон растерянно пожал плечами.
– Надо поискать.
– Вы раньше с отцом наряжали елку?
Антон замотал головой.
– Я хотел сюрприз…
– Что же будем делать? Домой ехать далеко. Магазины уже закрыты. А твой отец вот-вот будет дома.
– Тогда к соседям! – твердо сказал Антон.
Едва Алина успела проверить мясо в духовке, Антон вернулся.
– Я принес! – радостно закричал он с порога. – Тетя Поля, с первого этажа, дала. У нее много! Новенькие совсем и старые… Я разные взял.
Елку нарядили к девяти. Рядом накрыли стол. Оставалось три часа до Нового года.
От праздничного мерцания огоньков на елке, запаха хвои и ароматов ужина комната стала совсем уютной, а не пустой и холодной, как после его ухода.