Сиверсия
Шрифт:
– До-о-обрый вечер!
Адвокат противно тянул «о», занудно-медленно произнося слова.
– Я позволил себе, Лора Алексеевна, зайти пораньше.
Шипулькин неуклюже прошел в прихожую.
– Я у-уже п-почти го-готов-ва… – заикаясь, тщетно стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, выговорила Лора.
Она удивленно разглядывала сногсшибательного адвоката. На нем был все тот же костюм, в котором Лора видела его днем на съемочной площадке, серый в аляповатую клетку, помятый и грязный, песочного цвета рубашка, с засаленным воротом и серыми, тоскующими по
Надо отдать должное Лоре, Шипулькина она встретила во всеоружии: изящные туфли на тончайшей шпильке, модные колготки, маленький черный костюмчик от Шанель, элегантно и эротично облегающий ее фигуру, высокая стильная прическа, серебряные колье и сережки ручной работы, скрупулезный макияж.
Она все-таки ждала мужчину, а появилось… «облако в штанах».
– Лора Александровна, у меня сразу же будет три просьбы.
Адвокат с надеждой смотрел на нее.
– Если только вас не смутит, что я Алексеевна.
– Учту. Во-первых, прошу меня простить, что я не успел переодеться. Клиенты, знаете ли…
«Кто в здравом уме клюнет на тебя? Это только я, вечная авантюристка, в поисках приключений…»
Лора спиной прислонилась к стене, чувствуя, что ей сейчас станет дурно.
– Во-вторых, – с невозмутимым видом продолжал перечислять адвокат, – я думаю, Лора Алексеевна не будет возражать, если мы перейдем на «ты»? Я буду Лору Алексеевну называть Лорой, а она, то есть вы, меня будете называть не Дмитрий Романович, а просто Дима. Лора Алексеевна согласна?
Лора очень хотела ответить, она даже глубоко вдохнула и открыла рот, но то, что она хотела сказать, было так откровенно бестактно, невоспитанно, грубо, что она не решилась произнести заготовленную тираду вслух, и Шипулькин воспользовался ее замешательством.
– Вот и славненько! Тем более, что мы – почти коллеги. Я на вашей картине юристом буду работать. Меня Алевтина Сорокина, тетка моя, пристроила.
– А Маришка куда?
Шипулькин склонился к уху Лоры и как бы по секрету сказал:
– Честная слишком. Работать не умеет.
Лора понимающе кивнула.
– Директриса у нас матёрая! Теперь вдвоем хабаровские денежки крутить будете?
– Ну, я не знаю… Как-то не думал об этом. Как скажут… Но я не закончил. Третье предложение у меня.
– Конечно, Дима! Я вся – внимание!
– Думаю, Лора позволит, раз уж теперь мы на «ты», отужинать у нее? Я тут, думаю, все принес.
«Ты бы лучше действительно думал, а не повторял, как попугай: думаю, думаю…» – снова мысленно сказала Лора.
Такой наглости она не встречала никогда и ни в ком. Напрочь игнорируя ее мнение, очевидно полагая, что от сделанного предложения просто невозможно отказаться, адвокат подхватил свою грязную дорожную сумку и решительно направился в кухню. К тому моменту, когда едва пришедшая в себя Лора появилась на пороге, Шипулькин уже выгрузил продукты на стол и почему-то со дна сумки достал…букет цветов.
Это были дешевые, самые, можно сказать, дешевые хризантемы, из тех, что похожи на полевые ромашки. Их было шесть на одном тонком, в нескольких местах сломанном при транспортировке стебельке. Некоторые цветки были сплющены и стыдливо опустили головы, другие осыпались, им не повезло. Необходимо отдать должное адвокату, стоило большого
– Это вам, – адвокат протянул «букет» Лоре. – Немного помялись, заразы. У вас есть вазочка?
– Вы… Вы так внимательны… – пролепетала Лора.
Ей вдруг стало интересно, чем это «чудо» может еще удивить.
Покрутившись озабоченно по кухне, адвокат так и не нашел, куда бы пристроить свой «букет», и положил его на стол, на упаковки продуктов.
– Вы что, ужинать меня уже не приглашаете? Я помню, вы мне ресторан обещали.
– А зачем?! – искренне удивился Шипулькин. – Здесь поедим. Я же все принес.
Возразить было трудно, но Лора нашлась.
– По-вашему, в ресторан только поесть идут?
– Зачем же еще? К тому же это уйму денег стоит.
– Пообщаться, отдохнуть идут. На людей посмотреть идут. Себя показать…
– Ну, тут вы правы. Вернее, ты права. Мы же на «ты». Но я очень хороший собеседник. Вам не придется скучать.
– А вы намного глупее, чем кажетесь на первый взгляд! – вульгарно подмигнув адвокату, промурлыкала Лора.
Когда Шипулькин говорил, что он очень хороший собеседник, он скромничал, потому что за весь долгий, очень долгий вечер Лоре едва ли удалось вставить пару фраз в нескончаемый монолог адвоката.
Он рассказывал Лоре, как работал в школе учителем труда, потом прорабом в ЖЭКе, потом сантехником в коммунальном хозяйстве, потом ушел в частный бизнес и «держал два магазина», потом их продал, потом взял в аренду обувную фабрику, потом и ее бросил, так как дела пошли в гору, потом ушел в юриспруденцию.
– Вы не думайте, Лора, – на «ты» он так и не перешел, – да будет вам известно, у меня все всегда получалось. Вот, было два магазина, значит, срок аренды истек. Мой друг детства, что живет в Нижнем Новгороде и занимается нефтяным бизнесом, мне четыре миллиона просто так, по дружбе, давал. Деньги сумасшедшие! Говорит, вот именно что, выкупи магазины, потом, когда-нибудь, деньги вернешь. Я отказался. Вот именно что, сказал, я не пойду кланяться чиновникам. Знаете, Лора, как, вот именно что, надоели сильные мира сего! Значить, праздник. Новый год. Только благодаря мне, да будет вам известно, эти, с позволения сказать, чинуши могли покушать достойно. Именно что, Дмитрий Романович нагружал машину подарками и вез их в администрацию города, СЭС, налоговую, милицию, вневедомственную охрану и так далее. И никто, вот именно что, не интересовался, сколько все это стоит. А сколько всего этих самых праздников? Отчет в налоговую сдавать – тоже вези подарок. Мой бухгалтер раз поехала без подарка, приезжает и говорит: «Дмитрий Романович, сказали, что, если вы подарка не пришлете, с отчетом лучше не приезжать».
– Может, нужно было сменить бухгалтера? – Лора хотела услышать свой голос, дабы убедиться, что все еще жива.
– Не-е-ет, – протянул снисходительно адвокат, – за-а-ачем… Или вот фабрика. Значит, только благодаря мне уровень производства возрос, только благодаря мне люди стали регулярно получать зарплату. Ну, явно, явно здесь у меня, значит, был успех…
Он хотел сказать что-то еще, но мужество слушателя покинула Лору.
– Сколько лет назад это было?
– Магазины? Магазины были лет пятнадцать назад, а фабрика – лет десять.