Сирена
Шрифт:
– Господи. Что произошло?
Он услышал, как тот откашлялся, словно из-за рвотных позывов, или чего-то подобного. Но последовавший ответ все объяснил.
– Сорен.
***
Дорога в больницу была почти такой же мучительной, как и дорога в отель Грейс днем ранее. Зак нашел травматологический пункт, куда, по словам Уесли, доставили Сатерлин. Он оказался посреди большой стерильной комнаты, готовый подраться с любым врачом
Он прислушался, надеясь распознать ее голос, или даже слезы… что угодно, что бы привело его к ней. Вместо этого, Зак услышал ее смех. Последовав на затихающий звук, он разобрал тихое выговаривание мужского голоса. Через мгновение появился мужчина в темно-синем костюме. На его ремне Истон увидел вспышку блестящего металла. Сделав быстрый, успокаивающий вдох, он ступил за штору.
– Боже правый, Нора, - произнес он, увидев ее избитой и перевязанной бинтами.
– Эй, Зак. Какого черта ты здесь делаешь?
– Уесли позвонил мне в состоянии истерики. Теперь я понимаю, почему.
– Малой погорячился и, практически пинками и криками приволок меня сюда. Он думал, что у меня сломано ребро, однако это оказался всего лишь синяк. Серьезно, все не так плохо.
Нора поправила свою подушку.
Все не так плохо? Ее щека была синюшной, а нижняя губа разбитой и опухшей. Истон увидел у нее красные отметины на обоих запястьях, и даже вокруг шеи.
– Синяк на ребре? Ты, наверное, шутишь.
– Вообще-то, это была моя вина. Я неправильно уклонялась. Давно не было практики. Такие ушибы само собой разумеющееся. Не велика беда.
– Не велика беда? Это был сотрудник полиции?
Сатерлин расплылась в прежней дерзкой улыбке, которой не помешала просочившаяся из треснутой губы кровь.
– Детектив Купер, мой полицейский друг. Он работает с сообществом, спасает нас от проблем.
– Ты сумасшедшая, Нора. Для чего ты это сделала?
Холодно и пусто усмехнувшись, она поморщилась от боли, по-видимому, причиненной этим действием.
– Помнишь тот день на моей кухне…, - произнесла Нора, сделав паузу, чтобы перевести дыхание.
– Первый день, когда мы работали над моей книгой. Ты спросил меня про Уеса.
– Помню. А что?
– Я сказала, что удавлю любую назойливую сучку, которая посмеет глянуть в его сторону. Вышло так, что ею оказалась я. Знаешь, никогда не поздно признаться, что не получается сдерживать своих обещаний.
– Нора… ты сведешь меня в могилу, - сказал Зак, желая рассмеяться, но находя это абсолютно невозможным.
– Ты всегда это говоришь. И все же, ты пока живой. Так какого черта ты здесь делаешь? Где Грейс?
– Я отвез ее в аэропорт.
– И позволил
– Я просто не могу взять и улететь…
– Нет, можешь, - парировала Сатерлин.
– Просто лети. Не собирай вещи. Не звони на работу. Просто сядь в этот гребаный самолет и верни свою жену. На этот раз, навсегда.
Истон уставился на плиточный пол. Его глаза следили за черными и белыми точками, позволяя им перемешиваться и становиться серыми.
– Лети, Зак. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу, чтобы ты остался. Самопожертвование не в моем характере. Лети, пока я не передумала.
– А как же Уесли?
– С ним также все будет в порядке. У нас все будет в порядке. Мы переписали книгу. Твоя работа закончена.
Подняв взгляд, Зак посмотрел ей в глаза.
– Ты должна ненавидеть меня.
– Я понимаю. Поверь мне.
В его груди что-то до боли сжалось.
– Я бы не смог вернуть ее… я бы не знал, как это сделать, если бы не ты. Что, наверное, не имеет никакого проклятого значения.
– Нет же, еще как имеет, - рассмеялась Нора.
– Я научила тебя, как оставить меня.
– Мне очень жаль.
– А мне нет. Сорен говорил мне, что ты по-прежнему любишь Грейс. Мне стоило прислушаться.
– Сорен… почему?
Истон покачал головой.
– Почему?
Откинувшись на подушку, Сатерлин ненадолго закрыла глаза.
– Почему? Сорен любил меня со дня нашей первой встречи. Он любил меня с моих пятнадцати лет. Он всегда любил меня без страха, без вины, без предательства и без остановки.
Открыв глаза, она посмотрела на Зака.
– Сорен единственный мужчина, который никогда не причинял мне боли.
Он искал слова, любые слова, но не мог их найти.
– Нора, я…
– Все в порядке. Правда. Тебе нужно лететь. Ты теряешь время. Твои чемоданы стояли собранными со дня нашего знакомства. Но ты никогда не хотел в Лос-Анджелес. И мы оба это знаем. Возвращайся домой.
Поднявшись, он в онемении направился в сторону выхода.
– Зак?
Он обернулся. Сатерлин смотрела прямо на него.
– Для тебя это что-то значило, так ведь? Я? Моя книга? Прошлая ночь была не просто…
Ему потребовалось меньше секунды, чтобы пересечь расстояние от выхода до кровати. Осторожничая из-за синяков, Истон взял ее лицо в ладони и поцеловал Нору со страстью мужчины, который знал, что следующая женщина, которую он поцелует, будет для него единственной до конца его жизни.
– Да, - бездыханно произнес он.
– Это что-то значило.
Нора кивнула.
– И ты останешься моим редактором, верно?
– Навсегда.
– У меня есть идея для новой книги. Но мне понадобится твоя помощь.