Сирахама
Шрифт:
И, наконец, этот момент настал! Четверг. Вечер.
Свадьба Асамия и Фуриндзи назначена на субботу. А на пятницу в Плане записано — «Предметное исследование стандартных охранных систем пеницитарных заведений Японии». Другими словами, побег мои мастера предполагают за сутки до свадьбы.
Однако, что такое «побег»? Это смыться и не попасться. Получается, что НАЧАТЬ побег вполне можно за несколько часов (дней, недель, месяцев) до полуночи между четвергом и пятницей! А уж порог гостеприимного заведения можно переступить и в полночь…
Стандартная
Еще позавчера я стал ломать видеокамеры в своих «апартаментах». Заменили раз. Заменили другой. В конце концов плюнули, махнули рукой и поставили у дверей моей камеры пост — одного полицейского на стульчике.
Если вы умеете взглядом крошить камни, а не-пойми-чем — ПЗС-матрицы внутри снимающей аппаратуры (при этом корпус и объектив остаются целыми, а саму микросхему вы не видите), то нет ничего трудного в том, чтобы отпереть дверь камеры, превратив язычок замка в ржавую труху.
После этого — таким же образом сломать камеры в коридоре, оглушить охранника (уже по-простому, используя вполне себе привычные физические законы). И молнией метнуться в комнату дежурных наблюдателей, пока там еще чешут затылки в тайной надежде, что сегмент из девяти видеокамер в коридоре рядом с КПЗ временно вышел из строя и достаточно хорошенько постучать по блокам питания, чтобы все заработало, как прежде.
После этого — взломать дверь в дежурку, аккуратно сложить всех четверых дежурных на диванчик и засесть за телефон, попивая чей-то недопитый чай.
— Двести тысяч.
— Божественные сущности в последнее время хотят меня разорить!
— Подвергаешь мое требование сомнению, жалкий смертный?
— Ни-ни-ни… только вот «жалкий смертный» мне не нравится… как насчет поменять второе слово на что-то более… долгоживущее!
— Всё так же решительно нацелен на долголетие? Ну-ну, похвальное упорство! Но в таком случае тебе придется несколько поменять образ жизни, сын мой!
— Надеюсь, не отказываться от некоторых мелких радостей, касающихся общения с противоположным…?
— Ты дурак, что ли? Мы — бо… кхм-кхм… жрицы плодородия, а не фанаты аскезы! Выполнение одного хитрого комплекса по утрам, одного хитрого комплекса перед сном, сотня… две сотни поклонов со словами «О, бесподобная Наги-сама!»
— Без проблем! Как только я доберусь до босса этого уровня — тут же отобью ровно две сотни поклонов! И девочки мои поменяют образ жизни — зачем мне долголетие в одну харю, правильно?
— Правильный подход! Молодец! А уж обещать ты горазд…
— О! Вспомнил! Вы же скидочки обещали в следующий раз!
— Тц! Не люблю смертных с хорошей памятью!
— Надо всего лишь поменять параметр «смертный» — я ж уже говорил! И тогда ничто не помешает вашему хорошему ко мне отношению, Наги-сама… Кстати, я даже согласен на «условно бессмертный»… или «трудно-убиваемый»… или
— Ну, ты жу-у-ук… Сначала со своим начальством разберись!
— А как насчет поставки в ваш храм новых клиентов, которые просто горят желанием плодиться и размножаться…? Расширение аудитории. Увеличение количества верующих, излечение безнадежно больных…
— Каких еще больных?! — Переполошился голос. — Нам только убогих и увечных не хватало!
— Я имею в виду болезни, которые мешают плодиться и размножаться…
— А-а-а… Заманчиво… Но ты сначала текущую ситуацию реши, а потом поговорим… Тут по телевизору вокруг тебя целое представление устроили… И что-то подсказывает мне, что сейчас ты вовсе не из тюрьмы со мной говоришь… Видимо, слинял ты оттуда. О! Вот, кстати, принимая тебя, мы нарушим закон, верно? Так что с тебя — триста тысяч… за конфиденциальность! — И с каким-то непередаваемым удовольствием моя собеседница добавила. — Папаша…
«Папаша? Старик, как это понимать!? Мы ж предохранялись!»
«Вот так и понимай, Малыш… где-то мы не уследили и наследили. То ли в первый раз, то ли в какой-то из последующих…»
«То ли хитрый папаша поработал иголочкой!»
— И продолжение этой истории — в обязательном порядке! А то наш пентюх так и останется девственником!
Девушки после очередной удачной операции по проникновению на мужскую половину поместья Асамия заняли женскую половину купален. То, что все поместье из-за подготовки к свадьбе было похоже на растревоженный улей и никому сейчас не было дела ни до гостей Мурасаки, ни до нее самой, позволило девочкам находиться не в своих кроватках, а здесь, в купальнях.
Не одним, разумеется: от повода посетить купальни не стала отказываться и охрана — две «руки» араин, Шакти Рахманн и телохранительница Мурасаки — такая же смугленькая девушка, что и остальные араин, но гораздо моложе — лет шестнадцати.
От компании Ниидзимы Каэде и Ниидзимы Эцуко пришлось отказаться — старший брат Харуо оказался не подвержен ни общему ажиотажу, ни чарам Хоноки. Обе сестры получили слабой шлепок под пятые точки и были отправлены спать.
Сейчас большая купальня была вершиной мечтаний вуайериста — больше десятка очень красивых смуглых женщин-индусок, лениво плещущихся в бассейне. Без единой ниточки одежды… ну, разве что водонепроницаемые рации, закрепленные на предплечьях, и многочисленные пистолеты, аккуратно разложенные на полотенцах по всему периметру бассейна.
— Вау! — Мурасаки прижала ладошки к щечкам. — Твой брат тоже женится? А на ком?
— Ну, на этой… — Хонока показала руками перед грудью. — На Фуриндзи! — И тут же важно добавила, причудливо растопырив пальцы. — Аники как только откинется, так сразу и женится!
— Бедненький! — Сердоболия Мурасаки хватила ровно на секунду. Врать она не умела, поэтому тут же радостно воскликнула. — Это же замечательно! Мурасаки находит это просто восхитительным! Представляешь, эту ужасную женщину хотели выдать замуж за моего братика!