Синтез
Шрифт:
Гедимин постучал по стеклу кабины. Проходчик приостановился, но Лилит не стала глушить мотор.
— Стоять! — крикнул «броненосец» с рупором. — Всем сойти на землю и поднять руки!
Линкен скрипнул зубами и потянулся к креплению для бластера. Гедимин качнул головой.
— Слезайте, — тихо сказал он. — Покатались, и хватит. Дальше я сам.
Он смотрел космолётчику в глаза, пока тот не сморгнул и не слез с брони.
— Выйти из кабины! — над бронеходом сверкнул ещё один разряд. — Всем отойти от машины! Все назад! Альфа — один — сорок три, тебя что, отдельно
Гедимин повернулся к «Маршаллам», чуть приподнял руки, показывая им пустые ладони.
— Я безоружен, — сказал он. — Я возвращаю бронеход на стоянку. Почему вы мне мешаете?
Рупор в стальной «клешне» дрогнул.
— Ты делаешь… что?!
«Макаки» переглянулись. Лязг и треск над улицей стихли.
— Откуда у тебя бронеход? — спросил охранник с рупором. — Где ты его взял, теск?
— На свалке, — отозвался ремонтник. — В вашем ремонтном ангаре — одни саботажники. Они постоянно выбрасывают исправное оборудование.
Кто-то из «броненосцев» странно всхрюкнул, владелец рупора нахмурился.
— Ты обвиняешь ремонтников в саботаже? У тебя есть доказательства?
— Это, — Гедимин постучал по броне проходчика. — Бронеход был выброшен как неисправный. Я без инструментов отремонтировал его за неделю. Ваши механики не хотят работать. Уберите их из Ураниум-Сити.
Теперь хрюкнул охранник с рупором.
— Так ты… предъявляешь требования, теск? — он поднял стальную руку, направляя на ремонтника ракетомёт.
— Меня зовут Гедимин, — отозвался тот, не двигаясь с места. «Макаки — очень странные существа,» — думал он, досадливо щурясь. «Иногда возникают сомнения в их разумности.»
— Хватит стоять столбами! — крикнул, уже без рупора, один из «Шерманов». — Пусть ведёт свою машину к ангару. Механики заберут её и проверят. Если она будет работать, ты, теск, получишь благодарность от мэра Моранси!
Гедимин сузил глаза.
— Называй меня по имени, канук. Мне не нужна благодарность Моранси. Это наше оборудование, и оно должно быть исправным. Уйди с дороги!
— Ты поедешь следом за мной… Гедимин, — сказал «Шерман», опуская оружие. — Вы все — не спускать с него глаз, дёрнется — стрелять на поражение!
Ремонтник втиснулся в тесную кабину. Она была рассчитана на более узкоплечих Eatesqa — или, может, Гедимин за полгода прибавил в мышечной массе…
Его остановили у входа в ремонтный ангар. Один из «броненосцев» дёрнул дверь снаружи, едва не выломав её.
— Выйти, руки за голову!
— Зови своих механиков, — сказал Гедимин. Он не стал отходить от бронехода — немного отступил от кабины и рабочей части и остановился. Из ангара доносились приглушённые ругательства, и кто-то выглядывал в щель между створками, но выходить не спешил.
— Ты свободен, теск, — качнул металлической «лапой» один из «Шерманов». — Возвращайся в барак. Ты не будешь наказан.
— Называй меня по имени, — сузил глаза Гедимин. — Я не уйду, пока машину не признают исправной. Ваши механики повредят её и снова вывезут на свалку. Это не их оборудование. Оно принадлежит Ураниум-Сити. Я буду следить за ним.
Ругательства за дверью стали громче.
—
— Они плохо работают и не ценят чужой труд, — кивнул Гедимин. — Они все — саботажники.
— Что ты сказал, урод?!
Створки двери, не выдержав давления, распахнулись, на пороге стояли двое «мирных» с бластерами наперевес. «Броненосцы» развернулись к ним, поднимая оружие.
— Спокойно! — рявкнул «Шерман». — Вы, двое, видите этот бронеход? Он знаком вам?..
От ремонтного ангара до самого барака Гедимина сопровождали двое «броненосцев», крепко держа его за вывернутые руки.
— Можешь быть свободен, — сказал один из них, подтолкнув его к порогу. — До утра не покидай барак. В форте разберут твои дела.
Он оглянулся на слегка потрескавшуюся мостовую и чертыхнулся. Гедимин проследил за его взглядом и пожал плечами.
— Так не строят, — заметил он.
— Не умничай, теск, — охранник толкнул его в грудь и прошёл мимо. Сзади кто-то вцепился в капюшон комбинезона и затащил Гедимина в барак. Дверь захлопнулась.
— Мать твоя пробирка! — покачал головой Гай Марци. — Вот это что было и зачем?!
— А мне понравилось, — усмехнулся Линкен Лиск, положив ладони Гедимину на плечи и слегка надавив. — Старые добрые времена… Ещё бы одну-две пары бластеров на броню! В следующий раз сделаешь?
— Наверное, тебе в самом деле очень скучно в шахте, — вздохнул Хольгер, глядя на ремонтника с опаской. — Ты не ранен?
— Меня никто не тронул, — сказал Гедимин, потирая помятое плечо. — Бронеход тоже.
— И ремонтники остались там же, где были, и на тех же ставках, — из-за спины Линкена вышел Кенен Маккензи и едва заметно усмехнулся. — Ведь я не ошибаюсь?
Солнце давно поднялось, но в посёлке никто этого не заметил — небо было плотно закрыто тёмно-серыми облаками. Дождь, начавшийся ещё с вечера, не унимался; с озера налетал холодный ветер, хлестал водяными струями по лицу. Охранники в экзоскелетах не рисковали приподнимать лицевые щитки, те, кому было невтерпёж, курили, спрятавшись под навесами и прикрывая огонёк сигареты стальной «клешнёй». Когда ветер прорывался в их укрытия, из-под навесов доносились вялые проклятия.
Бронеход, извлечённый со свалки, стоял за аэродромом, среди двух десятков подобных агрегатов — это были машины резерва. Над ними под порывами ветра поблескивал вытянутый купол защитного поля — чтобы прикрыть их, подогнали передвижной генератор Сивертсена. Двери ремонтного ангара были закрыты, и Гедимин увидел на стене красный огонёк — предупреждающий свет сигнализации.
— Свежо, как на берегу Ацидалии, — хмыкнул один из шахтёров-марсиан, подставив лицо ветру. Охранник, поглядевший на него, поёжился, и экзоскелет протяжно скрипнул. Гедимин пристально посмотрел на него и едва заметно пожал плечами. «Их ремонтники не следят даже за их механизмами. Вполне ожидаемо, что они не будут следить за нашими.»