Синдром Адели
Шрифт:
Она не шелохнется. Несколько секунд смотрит на меня в упор. И начинает опускать подушку…
— Тише… Маленький… Это не больно. Это совсем совсем не больно. — Больше я не сдерживал слёзы. И двинуться, бежать — тоже не мог.
Ждал приговор от матери… И, видимо, сегодня фортуна была на моей стороне. Она резко отбросила подушку прочь, и стала судорожно тереть покрасневшие веки. Не обронив в мой адрес больше ни одного слова…
— Такой была моя семья… Великолепный врач и его преданная ассистентка. Счастливая семья, и их сын. Так думали все. Такими мы казались всему миру. Тем, кто не бывал в
— Я люблю тебя… Люблю… Все плохое закончилось. Все плохое уже позади. — Шептала, уткнувшись носом в теплую кожу, и гладила его по затылку. Он перехватил мою ладонь, провел губами по костяшкам.
— Эви… Если бы ты знала, как я на это надеюсь…
Глава 20. Незваные гости
Артем
Спустя два дня мы приехали домой. Счастливые и влюблённые. Через несколько месяцев решили пожениться. Приятные хлопоты и уверенность в счастливом будущем — вот всё, что имело значение.
Все это разбивается в хлам, когда в эту ночь в наш дом врываются незнакомцы…
Эви прибиралась, тихонько напевая себе под нос. Она переоделась в мою футболку и облегающие лосины. Со спины её тоненькую фигурку нельзя было усмотреть сквозь бесформенную одежду.
Мы решили устроить романтический ужин при свечах, поэтому пока Эви приводила дом в порядок, я жарил мясо и резал овощи для салата. Бутылка вина была уже откупорена. Вечер был тихим и умиротворяющим.
Как вдруг громкий звон разбитого стекла нарушил мирное течение дня, и в окно влезли три человека в масках.
Я мгновенно получил удар в висок, сбивший меня с ног.
— Беги, Эви! — Она ринулась вверх по лестнице. Ой, дурочка, не туда! Надо было бежать к выходу! На середине лестничного пролета её догнал один из нападавших, перехватил поперёк тела и швырнул на пол. Она тихо заскулила, ударившись коленками.
Меня посадили на стул, привязав к нему руки и ноги. Эви неистово сопротивлялась и кусалась, тогда тот же бандит, что поймал её на лестнице, ударил любимую кулаком в лицо. Она отлетела в стену, словно пушинка.
— Эви! — Заорал я, пытаясь разорвать путы, удерживающие меня.
— Заткни его, Дэн. — Ко мне подошёл здоровенный детина и прописал удар в челюсть, отчего я свалился назад, сильно ударившись головой. — Спокойно, чувак! — Усмехнулся он, растягивая губы в мерзкой ухмылке. — Сиди тихо и всё будет путём.
Они раскидывали вещи, выворачивали шкафчики, рвали обивку и ломали всё, что не представляло интереса. Эви всё ещё лежала без сознания. Я не знал жива ли она: с того места где я сидел, мне были видны лишь её ноги, неестественно вывернутые. Забрав все самое ценное, что смогли найти, они были не удовлетворены, и решили, что одних вещей им будет мало, и пора поздороваться с нами.
Ублюдок по имени Дэн присел возле Эви на корточки, схватил за волосы, и протащив её по полу, бросил рядом со мной.
— Пожалуйста, пожалуйста! Не
— Веди себя хорошо и с ней ничего не случится. Понял меня?
— Хорошо! — Мне ничего не оставалось, как согласиться. Я не мог дать отпор или как-то защитить нас. Надоест ли грабителям сидеть здесь или же они замучают нас до смерти? Блять! Как такое могло с нами произойти?! Бедная моя малышка! Она и так столько страдала по моей вине. Она не выдержит такого обращения, а дать отпор монстрам мы не сможем, которые даже и не подумают проявить к нам сострадание…
Эви очнулась и застонала, привлекая к себе внимание. Боже, детка, молчи! Притворись, что ещё без сознания! Лежи! Как молитву, шептал про себя. Её глаз заплыл и начал окрашиваться в фиолетовый цвет прямо на глазах.
— Сука, Псих, что ты сделал с девчонкой?! На кого она похожа?! — Дэн отвесил подзатыльник худому длинному уроду. — У меня на неё такую и не встанет.
— А мне плевать! Я не слишком разборчив. Мне она вполне сгодится. — Псих вытащил из кармана складной нож и приставил к горлу Эви. — Страшно, Кукла? — Он медленно провел лезвием вниз, описав вокруг груди, и спустился дальше, остановившись прямо между ног. Эви инстинктивно дернулась. — Не рыпайся! А то поранишься, — Псих рассмеялся от своей, как ему, очевидно, показалось, забавной шутки.
Эви трясло от страха. Я видел это по её съежившемуся телу, по рукам, которые она поднимала, защищая лицо на каждое слово этого урода. Я старался не шевелиться и никого не злить. Тогда они уйдут и мы забудем этот страшный сон. Главное, чтобы это не повлияло на мою девочку. Её психика итак держится на отсутствии памяти.
Мой дом, теперь не моя крепость, а тюрьма. Я понял, что эти стены, так тщательно укреплённые, как я думал, ничем помочь не смогут. А дом и не тюрьма даже — камера пыток из самых страшных ночных кошмаров. Псих схватил Эви за ворот рубашки и порезал её сверху донизу, обнажая маленькую грудь, укрытую розовым бюстгальтером. Она обхватила себя руками, но мерзавец развел их в стороны.
— А ты ничего! — Присвистнул он. Меня колотило от безвыходности. Я начал медленно крутить руками, ослабляя верёвки. — Трахаешь её? — Псих повернулся ко мне, ожидая ответа. Я молчал.
Я не знал, как быть?! Что сказать, чтобы не разозлить его и не спровоцировать на жестокость?
— Молчишь, мразь! Не хочешь разговаривать, значит! — Он резко развернулся и одним рывком поднял Эви на ноги. Отвесил ей звонкую пощёчину, но не дал ей снова упасть, схватив за подбородок с силой сжал челюсть. Она закричала от боли.
— Не трогай её! Вы же обещали! Берите, что хотите и уходите! — Руки саднило. Я раздирал кожу в кровь, пытаясь освободиться.
— Я тебе ничего не обещал! — Он закрыл ей рот и нос, перекрывая доступ кислорода. Эви начала задыхаться.
— Отпусти её, урод! — Я не мог больше спокойно наблюдать за её мучениями. — Делай со мной, что хочешь, только не тронь её. Я прошу тебя! — Мои глаза забегали в поисках выхода и не находили. — Эй! Ты тут главный? Останови его! — Прокричал в бешенстве, обещая каждому ад, как только освобожусь. Я найду их и прикончу, если с Эви что-нибудь случится.