Симфония любви

Ли Катерина

Жизнь — чья-то изощренная игра. Почему я не могу просто стать счастливой? Мне ведь немного надо для этого… Работа хорошая есть, не хватает только сильного плеча рядом. Чтобы поддерживал меня, любил… и чтобы я любила. И чтобы совпадали мы тоже. Потому что вчера я поняла одно — секс тоже важен. Иначе, что это за отношения?

Домой возвращаюсь под вечер. Лева мерит шагами кухню, крутя в руках мой телефон. Вот я растяпа, даже не вспомнила, что телефон дома оставила. Вот только мобильник был в комнате, а ее я точно запирала на ключ! Смотрю выжидающе на парня.

—

А что я должен был подумать, когда я звоню тебе, а телефон в комнате, которая заперта? — Пыхтит, как паровоз, подходит и сгребает меня в объятия. Носом по растрепанным волосам ведет. — Напугала меня, Машунь.

— Прости, я просто телефон забыла и даже не вспомнила об этом…

— Где была?

— У моря.

— Ладно. Есть хочешь?

— Нет, спасибо, я не голодна.

Кивает, смотрит.

— Лёв. Дай мне время, ладно?

— Окей, — ага-ага! Вижу я, как окей — желваки вон как ходят по щекам, на висках венки бьются. — Я спокоен, не переживай…

Это он так считал мои эмоции? Офигеть… Этот парень полон сюрпризов. И, похоже, неплохой психолог Хотя, тут и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы видеть мое состояние. Стыдно…

Обнимает меня, целует в висок и уходит к себе. А я иду к себе. Бесцельно щелкаю на пульте каналы, но, не найдя ничего интересного, выключаю телевизор. Небо затягивает густыми серыми тучами, темнеет рано. Ночь в тяжелых мыслях и без сна дает о себе знать, и я, проверив все будильники, просто закрываю глаза. Засыпаю.

На удивление, неделя начинается без переживаний и потрясений. До четверга с Левой пересекаемся всего пару раз. Он ходит хмурый, но при встрече обнимает меня и целует в висок. Обещал дать время — слово держит. А мне почему-то неуютно под его взглядом. Но ничего поделать не могу. Я не смогу. Много думала, что, может, организм приспособится… Глупости, конечно, хотя какие только мысли не переваривала в голове. Но нет. Лучше отсечь, пока я не утонула в своих чувствах к этому парню. Да и его мучать не хочу. Хороший он, Левка.

И куда переезжать, пока не придумала. Опять же, Римму заранее надо предупредить… И с компенсацией решить вопрос, потому что нужно будет снова бегать с документами на переоформление договоров. Ох и устроила я себе подставу… Жила ведь как-то без мужчины… Может, не мое это все? Любовь, отношения?

Но настроение поднимается немного, когда на телефон приходит оповещение из приложения, что в субботу в девятнадцать ноль-ноль концерт. А я и забыла… В предвкушении мероприятия я даже немного взбодрилась. А в четверг на подготовку к конкурсу пришла одна Марьяша. Остальные заболели, и получилось индивидуальное занятие. В компании этой малышки я отдыхаю душой. Она как маленькая батарейка, заряжает всех вокруг своим позитивом. Вот и сегодня, рисуем пастелью, и Марьяна, вся чумазая, тщательно растирает резкие мазки на листе пальчиками. Время неумолимо идет к завершению дня, а я снова не могу решиться сказать Леве о том, что я трусиха, и что не хочу делать ему больно. Хотя, уже сделала, наверняка. Просто он Мужчина и жаловаться не будет.

Краем зрения выхватываю движение у двери

класса… Макаров…

— А вот и папа, — говорю девчушке и смотрю на часы. Да, пора… — Добрый вечер, — киваю Макарову, а он мне в ответ. Пока Марьяна дорисовывает свою работу и копошится с вещами, я выхожу из класса к Дмитрию Романовичу.

28. Дмитрий

Решение приходит неожиданно, когда приходится ехать в командировку, а Марьяшу оставить все еще не с кем. Повар в моем доме — женщина ответственная и не отказала бы. Но в ее почетном возрасте нагружать ее присмотром за дочерью я не могу. А больше некого. Если только Мария Сергевна согласится. Сегодня четверг, завтра вечером самолет в «К», и я очень надеюсь, что Мария Сергевна не сможет отказать…

В Гимназии свет приглушен, и я отчего-то замедляюсь и стараюсь ступать беззвучно. Из приоткрытой двери кабинета струится свет и слышится тихий голос Марии. Заглядываю внутрь. Марьяна что-то рисует мелками на большом листе, а Мария Сергевна сидит рядом и подсказывает, где добавить цвет.

И эта картинка так сладко отзывается у меня в солнечном сплетении, что, кажется, я себя вот-вот выдам грохочущим сердцебиением. Марьяшка вся испачканная мелками, но азарт в глазах дочери намного дороже испорченных, возможно, вещей. Она с таким упоением рисует и растирает пальчиками лист, что засматриваюсь и не улавливаю момент, когда Мария Сергевна меня замечает.

— А вот и папа, — говорит Марьяне. — Добрый вечер, — это уже мне. Киваю в ответ.

— Папуля, подожди минуточку… Я закончу только! — Марьяшка не поднимает глаз от рисунка, так увлечена занятием. Пока малышка доделывает свои дела, Мария Сергевна подходит ко мне.

— Почему никого нет? — окидываю пустой класс взглядом.

— Потому что сегодня занятие для ребят, что участвуют в конкурсе. А двое заболели. Поэтому у Марьяши получилось индивидуальное занятие, — объясняет Мария Сергевна. И я снова пропадаю в ее невероятных глазах. Взгляд ее мягкий, улыбка нежная. И она вся такая…

Сглатываю вдруг набежавшую слюну, откашливаюсь в кулак.

— У меня к вам просьба… Не знаю, уместно ли, но больше просить некого.

— Я вас слушаю.

— Мне нужно уехать в командировку на два дня, а Марьяше так и не нашли няню. Могли бы вы… побыть с ней на выходных? В ночь на понедельник я уже вернусь.

— Неожиданно… — она отводит взгляд, смотрит на Марьяну, которая идет к раковине мыть руки и лицо, складывает свои вещи в папку-переноску. На парте оставляет лишь рисунок.

— Мне, правда, не к кому обратиться, — касаюсь ее локтя. Вздрагивает и отстраняется немного. Это что еще за реакция такая? Или просто я остро реагирую на каждое ее движение?

— Дело в том, что я снимаю комнату, и даже негде разместить дополнительное спальное место…

— Что вы, если согласитесь, у нас дом большой, есть, где разместиться и чем заняться.

— Оу, — она растеряна, и я решаю закинуть удочку.

— Естественно, не просто за «спасибо». Двойная оплата, питание от нашего повара, комфортная комната… Вам нужно будет заниматься только Марьяшей.