Симфония любви
Шрифт:
Дергаю ее майку из-под пояса брюк, задираю до самого подбородка, целую подрагивающий плоский животик, сминая лапами аппетитную, идеального размера грудь.
Стоны смешиваются в рваном поцелуе. Мне, как и Машке, не хватает воздуха. Задыхаемся!
Как во сне, стягиваю с нее брюки. Пытается прикрыться, вводя меня этими робкими движениями в какой-то экстаз. Прикусываю бедренную косточку, скольжу языком к каплевидной впадинке пупка. Снова хочется укусить. Пометить ее всю, чтобы никто не смел даже смотреть на эту девочку!
Сдвигаю трусики
Делаю несколько толчков, распаляя еще больше. Я хочу, чтобы она сгорела вместе со мной… Нет больше терпения, переворачиваю Машу попкой кверху, ставя на колени. Упирается руками в подушку, изгибаясь мне навстречу. Жадно шарю по ее спине ладонями, сжимаю попку. А-р-р-р-р! Все-таки прикусываю нежную кожу. Шипит, как кошка, по спине волной мурашки. Чувственная девочка!
Вбиваюсь в нее мощным толчком, потеряв связь с реальностью. С оттяжкой, снова и снова! И даже не сразу понимаю, что она замерла вся и что-то шепчет, пытаясь оттолкнуть меня.
— Лева… Лева-а-а-а, пож-жалуйста. Остановись…
Склоняюсь к ней, целую плечи.
— Лева, пожалуйста… мне больно… ай…
Выскальзываю из нее наполовину, продолжаю целовать плечи и спину. Когда немного расслабляется, медленно продолжаю движения. Надолго не хватает моей нежности, потому что в ней так охренительно узко и горячо, что снова срываюсь в свой ритм.
— Лева… больно…м-м-м-м…
Скатываюсь с нее вбок, тяну на себя.
— Давай сама, Машунь…
Седлает меня, опускается на член. Перед глазами снова пелена. Кайф… Двигается медленно, осторожно и вроде как неуверенно. Хочу сильнее, и Машка сжимает меня так, словно вот-вот улетит. Жду ее из последних сил, но она дышит надсадно, но не кончает. Опускаю ее на себя — позволяет мне эту вольность. Ее грудь смята моей, волосы выправились из пучка и свисают по обе стороны ее красивого, раскрасневшегося от страсти, лица. Сжимаю ладонями ее щеки, целую губы, продолжая двигаться. Прижимаю лапами ее попку ближе к себе, чтобы прижалась ко мне самой чувствительной точкой. Начинаю двигаться резче…
Снова напрягается вся. Ей больно… Больно! Я третий раз обламываю ей оргазм…
— Машунь… Я больше не могу…
В несколько рваных движений кончаю, чуть приподняв ее бедра и залив спермой свой живот. Притягиваю Машку обратно. Но она вся как деревянная.
— Прости меня, Машунь…
— Не за что, это я, наверно, какая-то не такая…
— Ты такая! — голос даже прорезался. Как она вообще загналась по этому поводу? Она ведь вся идеальная…
— Не такая, раз не могу кончить… с таким парнем шикарным.
— Ну, не такой уж я и шикарный, раз обломал такой шикарной девочке кайф. Целых три раза…
Маша заливается смущением.
— Лев, ты настоящая
— Мне не нравится, как ты начала предложение.
— Нет, я ничего такого не хотела сказать… Просто ты такой… слишком крупный для меня, видимо.
— И ты хочешь меня отшить? — подхватываю ее под бедра и опрокидываю спиной на кровать. Нависаю над ней. Накручивает прядь моих волос на пальчик, молчит, высматривая что-то в моих глазах. — Даже не думай… я буду стараться быть сдержаннее.
— Но это ведь не правильно… Просто я не подхожу тебе по своей физиологии, — глаза наполняются слезами. Ну что же ты, маленькая, плакать собралась… Это удар ниже пояса, когда девушка не кончила, еще и заплакала.
— Давай попробуем, Машунь…
Смаргивает, слезы все же срываются из глаз. Собираю влагу с ее висков губами.
— Я не буду тебя торопить, окей? — спрашиваю хрипло. Хотя я снова ее хочу, и она чувствует это. Но кивает в ответ. — Ты только не прогоняй меня, — да ну нахер, что за сопли я тут развел… Не хватает только на колени встать. И я бы встал, если бы она сказала. Потому что так чувствую. Влюбился…
27. Маша
Лева вырубается, как только приходим из душа. Это еще один мой новый опыт.
В комнате его полумрак, и я почти не смущаюсь своего вида. После ванной на мне лишь полотенце.
Лева перестилает кровать и приглашает меня остаться с ним. Это было очень трогательно, когда он попросил не прогонять его. Неожиданно слышать такую просьбу от парня, которому лишь пальцем поманить, и все красавицы города встанут в очередь. А теперь он спит, а я роняю слезы в подушку от своей никчемности, потому что мне хочется быть с ним. Он мне в душу запал. Но это неправильно… то, что ему постоянно придется сдерживать свой темперамент. Он горячий до невозможности! И дело не в нем, а во мне.
Ну, почему-у-у-у-у? Почему все так! Все мои комплексы, с которыми, я думала, распрощалась, вдруг дружно подняли головы. Поворачиваю голову в сторону Левы. Так сладко спит, обняв меня и прижав к кровати потяжелевшей во сне рукой. И мне очень нравится эта тяжесть. Но я не уверена, что смогу принять его когда-то… полностью. Вспоминаются все прочитанные мной некогда книги о физиологических особенностях мужчин и женщин. Всегда было интересно, как же совпадают партнеры. Мне с Толиком не удалось совпасть. И теперь, вот, с Левой тоже… Печаль-тоска…
Утром встаю пораньше, чтобы не разбудить Леву. После бессонной ночи голова гудит, настроение ниже плинтуса и полная растерянность. Я не знаю, как теперь… что будет, и как мы продолжим жить по соседству? Умываюсь, надеваю спортивный костюм и иду к морю. Ничего не разбирая по дороге, не останавливаясь и ни на что не обращая внимания. Аппетита тоже нет, и я просто сижу на каменистом берегу. Сижу и сижу… сижу и сижу… Хорошо, что на глазах очки, и я могу, не скрываясь, плакать. Лишь изредка вытираю ладонью стянутую от соленой влаги кожу.