Симфония любви

Ли Катерина

— Ура, папуля, ты самый лучший, мой любименький! — Марьяша радостно обнимает отца, а он вдруг хулигански подмигивает мне и улыбается. Впервые улыбается вот так, открыто. На щеках проступают еле заметные ямочки, в уголках глаз — лучики морщинок, складка между бровей разглаживается. Он словно выглядит на десять лет моложе. Как же улыбка меняет человека…

— Вы же не против моей компании, Мария Сергеевна? — вопрос с подвохом? Вряд ли, потому что Макаров продолжает улыбаться.

— Ну что вы, — улыбаюсь я. Почему бы и нет?

— Тогда вы выбираете мероприятие, скидываете мне ссылку, а я заказываю билеты.

— Хорошо. Завтра мы посовещаемся с Марьяной, и пришлем вам информацию, — Марьяна обнимает меня на прощание и уходит

с отцом. А я запоздало краснею. Вот это я осмелела… Да и Макаров сегодня какой-то… очень обаятельный.

Прижимаю ладони к горящим щекам, смаргиваю и иду за вещами в кабинет. Закрываю окна, замыкаю дверь и иду домой. Погода шикарная, поэтому решаю пройтись пешком. Завтра будет такой же насыщенный день, потому что я снова на замене, как и всю оставшуюся неделю. С непривычки такая занятость выматывает, но мне нравится чувствовать эту усталость. Особенно, когда знаешь, что ученики делают успехи, и ты к этому причастен.

35. Маша

Итоги конкурса приходят в четверг, и Марьяша на почетном втором месте! В классе устраиваем маленький праздник в честь Марьяшиной победы. Ребята, кто не занял призовых мест не расстраиваются, с удовольствием принимают от Марьяны угощения в смешных пакетиках в виде зверюшек. Все расходятся, Марьяну сегодня забирает строгий водитель. А меня почему-то расстраивает факт того, что Макаров не приехал за дочкой сам. Но беру себя в руки и иду домой. На улице уже совсем лето. Скоро отпуск, который здесь в гимназии длится почти два месяца. Надо бы на это время найти подработку…

Через две недели конец учебного года и торжественный выпускной «подготовишек». Гимназия будет награждать медальками всех ребят и поздравлять с поступлением в гимназию. Из всех групп будут формировать классы по десять человек. Всего планируют три класса, потому что такие правила гимназии. Подумать только, десять человек в классе — это же почти индивидуальное обучение…

Время пролетает незаметно, и приближается день мероприятия, на которое Макаров купил билеты. Марьяна сама выбирала концерт из множества вариантов. Критерий был один — чтобы обязательно была виолончель в оркестре! Макаров натянуто улыбался, читая анонс мероприятия. Но «заднюю» не дал, и сразу заказал билеты онлайн.

За то, что Марьяна заняла призовое место в конкурсе, мне дали премию. Вроде, деньги не большие, а приятно. Решаю потратить их с пользой, и покупаю платье. Таких коротких платьев я еще не носила, но если накинуть на плечи пиджак, то выглядит соблазнительно и не вульгарно. Я бы, может, и не решилась надеть такую откровенную вещь, но невесомое кружево по низу юбки… Это любовь с первого взгляда! Цена, конечно, кусается. Приходится добавить к премиальным еще столько же, но ведь за такую вещь не жалко заплатить кругленькую сумму! Тем более, я не так уж часто позволяю себе потратиться на шопинг.

Пальцы подрагивают, когда я собираюсь на концерт. Чуть не задеваю ногтями тонкий капрон чулок, потому что в колготках жарко, а с голыми ногами неприлично.

Кручусь перед зеркалом, улыбаясь. Мысли закручиваются и уносят меня к воспоминаниям. Леве бы понравилось. Мы бы вообще из дома не вышли, надень я такой наряд при нем… Но его нет уже месяц, и я понимаю, что отпустила. Просто потому, что он стал мне дорог, и я не смогла бы его мучить.

Смаргиваю, когда телефон в руке вибрирует входящим сообщением. Макаров пишет, что водитель уже у моего дома, и я спешу на выход. Интересный он все-таки. Снова прислал водителя, а сам задерживается. Ну ладно, главное, что мы с Марьяной в хорошем настроении и с удовольствием проводим время вместе. Она рассказывает, что скучает по гимназии, хочет, чтобы скорее наступил сентябрь, потому что школьная форма ей очень нравится и уже не терпится ее надеть. А еще она скучает по мне и своему лучшему другу Тимофею, с которым будет ходить в один класс.

В Филармонии все так же по-королевски красиво и празднично. Фотографирую

непоседливую Марьяшу возле рояля, что притаился в углу у стены, потом у зеркала, со статуэткой-балериной, со светящимся искусственным фонтаном… Время пролетает незаметно, и уже прозвенел первый звонок, а Макарова все еще нет. Марьяна грустнеет, когда я пишу Макарову сообщение с вопросом, где же он, а ответа не приходит.

Гости вечера уже проходят в зал, а мы решаем еще немного подождать, когда двери Филармонии резко распахиваются, и в фойе влетает Макаров. Белоснежная рубашка с расстегнутыми двумя верхними пуговицами, темные брюки, стильные мокасины, недельная щетина и горящие глаза. Сталкиваемся взглядами, и я выдыхаю облегченно. Плохое настроение малышки отменяется. Она со звонким: «Папочка!» бросается к отцу. Ее распущенные локоны взмывают вверх, когда Дмитрий Романович подхватывает ее на руки. Он идет ко мне, не спуская дочку с рук.

— Простите, не рассчитал время… пробки адские!

— Я вам писала.

— Пришлось припарковать машину за три квартала. Телефон остался там, а я пешком вот…

— Пойдемте в зал? — улыбаюсь. Необычно видеть его вот таким открытым. Надо же, пешком три квартала, чтобы не опоздать…

Наши места в партере, вид исключительный! Тяжелые красные кулисы закрыты. Свет гаснет, и Марьяша в предвкушении вскакивает с места. Она вызвалась сидеть на крайнем от прохода месте, а Макаров садится рядом со мной. Представление начинается с громких оваций. Кулисы разъезжаются, являя нашим взорам музыкантов. Марьяна раскачивается в такт мелодии, а я не знаю, какое зрелище мне нравится больше: артисты на сцене или девчушка, которая сложила ладошки на груди и горящими восторгом глазами смотрит на музыкантов.

Улыбка не сходит с лица. Оборачиваюсь к Макарову. Мне интересно, нравится ли ему мероприятие. Сталкиваюсь с его внимательным взглядом, заставляющим замереть. Склоняюсь немного к нему, чтобы услышал меня.

— Как вам концерт?

— Великолепный, — отвечает, улыбается и закатывает рукава рубашки по предплечьям. У него красивые руки, с выступающими венами и аккуратными пальцами. Краснею от своих мыслей. Снова думаю о пальцах! Черт!

Музыканты играют одну мелодию за другой, и так неожиданно концерт подходит к концу, что даже жаль… Оркестр играет на бис три раза. Ладошки печет от аплодисментов. Марьяша скачет уже в проходе, и когда кулисы скрывают музыкантов от зала, она горестно вздыхает.

— А цветочки мы так и не принесли…

36. Дмитрий

Проклятые пробки! Ползем еле-еле, и я начинаю нервничать. И ведь выехал из офиса заранее, но один черт, снова опаздываю. И в каком свете снова предстаю перед Марией Сергевной, не хочу думать. Надеюсь только, что она простит мне мою непунктуальность.

Паркую машину на первой свободной стоянке и бегу по тротуару в нужную сторону. В фойе врываюсь стремительно, замираю на секунду, выхватывая Марию Сергеевну из немногочисленных гостей. Марьяша бежит ко мне, и я поднимаю ее на руки. Идем к шикарным двухстворчатым дверям, что ведут в зал. Все вокруг красивое, шикарное и кричит о торжественности. Ощущение чего-то из ряда вон, заполняет меня изнутри. Когда вижу на сцене оркестр, становится тоскливо. Я никогда не любил инструментальную музыку, но девочкам, походу, нравится. И я решаю найти себе развлечение по душе прямо здесь, и начинаю рассматривать Марию. Она сегодня просто шикарна: волосы мягкими волнами стелятся по плечам, черное платье открывает великолепные стройные ножки, и ее улыбка… Она не обращает внимания ни на что, смотрит на Марьяну и не перестает улыбаться. Изредка обращает взор на сцену и аплодирует. А я все представление смотрю на нее, и Мария замечает мой взгляд. Отвечаю ей на вопрос, имея ввиду совсем не концерт. Становится жарко, и я закатываю рукава рубашки. Еще бы ослабить воротничок, но пуговки и так расстегнуты. И предложил бы выйти из зала раньше, но Мария лишь кивает и снова отворачивается.