Симбиоз
Шрифт:
Пока же плоть поедает мертвого стража. Холмы, окружающие продолговатую низину, оплывают, съеживаются на глазах. Думаю, молоко и порошок - это лишь витамины и добавки для маленького Дилта.
Зеленый газон наступает и замещает высохшие длинные плети внутри ограждения из холмов. Зато снаружи трава с листочками-коготками еще жива. Сам страж давно мертв, а его отростки из последних сил стараются пополнить запасы пищи для нового узла.
* * *
Детей не оттащить от молодого Дилта. Разумеется, все малыши без одежды, ведь плоть
Поверхность розового холма изрезана впадинами и морщинами. Благодаря этим неровностям, дети легко забираются по пологим склонам. Потом малыши кувыркаются вниз, ужасая родителей. Смех и радостные возгласы слышны даже в башнях.
Лена, начавшая говорить, часто прикасается ладошками к растущему узлу и произносит всего одно слово:
– Хороший!
Так узел получил имя.
* * *
Хороший быстро вырос до размеров взрослого узла, но отличается от собратьев. Обычные крутые стены у нашего подопечного только с трех сторон, а четвертая остается пологой, и наши дети по-прежнему резвятся на этом склоне.
У нашего узла нет входов. Кажется, ждем их не только мы. Кораблики кружат над холмом, зависают над ним, словно пытаются что-то объяснить непослушному детенышу. Однако Хороший довольствуется общением с малышами и никого не пускает внутрь.
Вход он все-таки сделал, но Ирине из-за этого пришлось изрядно поволноваться.
Женщина стоит у черного прямоугольника и упрашивает:
– Питер, выходи! Выходи, пожалуйста!
Чернокожие мальчуганы как-то незаметно выросли и начали ходить. Говорить они пока отказываются, но соображают неплохо.
Вот и сейчас Питер первым проник в образовавшийся вход. Увы, узел не пускает Ирину внутрь, заставляя ее стоять перед твердой плитой.
– Хороший, впусти меня, пожалуйста!
– просит она.
Айвен решает составить брату компанию и протискивается в черный прямоугольник. Узников теперь двое. Ирина обреченно замолкает.
Лена скромно стоит в стороне, но я чувствую, что без участия дочери тут не обошлось.
– Почему Питер убежал в узел?
– Я ему по попе дала, - честно признается дочь.
Раскаяния в ее голосе не слышно - напротив, Лена убеждена в том, что Питер получил по заслугам.
– За что ты его ударила?
– Он меня укусил.
Девочка демонстрирует следы зубов на руке. Вещественные доказательства налицо - дочь уверена в собственной правоте. Думаю, продолжать дознание не стоит.
– Пожалуйста, выведи мальчиков, а то их мама беспокоится.
Лена согласно кивает и на глазах изумленной Ирины беспрепятственно проходит сквозь черную плиту. Вскоре она выходит обратно, держа за руки улыбающихся близнецов.
* * *
Дети стремятся иметь свой маленький домик, где их никто не потревожит. Некоторые маленькие люди любят сидеть под столом, другие строят убежища из стульев и одеял, третьим родители покупают
Лена, Питер и Айвен получили собственный мирок от Хорошего, и какое-то время ни один из взрослых не мог туда проникнуть.
Корар - так назвали своего сына Бааг и Диидаа. Вообще-то мать малыша хотела назвать его в честь своего отца, правителя Коораара. Увы, по понятиям стран, в которых когда-то жили молодые родители, сын простолюдина не имел права носить имя с двумя длинными гласными. Так младенец стал Кораром.
Женщина с грудным ребенком вынуждена больше времени проводить дома. Диидаа с удовольствием нянчилась с малышом и быстро заметила, что рядом с Хорошим Корар совершенно не капризничает. В результате Дилт собрал вместе всех детей и молодую мамашу - ребятня оказалась под присмотром взрослого человека. Так Диидаа стала нянькой для всех наших детей.
Детское помещение чем-то манило даже несмышленого Корара. Вместе с младенцем допуск в секретное убежище получила и его мать - Диидаа вошла внутрь узла. Вскоре Хороший открыл еще один вход - маленькая женщина получила персональное приглашение. Далее она убедила узел вырастить в жилище ванну, туалет, спальню и все прочее.
Появился и сосок, дававший молоко - узел стал взрослым.
* * *
Холмы исчезли. Первой жертвой Хорошего стал наш дом, стоявший внутри ограды. Трава подобралась к фундаменту, и затвердевший раствор превратился в рассыпающийся песок - строительный клей даже через долгое время не потерял пищевой ценности.
Разумеется, все нужные нам вещи были убраны. К тому же, мы уже давно жили в башнях. Увы, и их срок подходил к концу. Трава росла и расширяла свои владения, подбираясь к бревенчатой стене.
Опять нам пришлось строить, но в этот раз мы ограничились сборными домиками из пластика. Выбор оказался верным: Хороший открыл еще два входа, и через пару недель у каждой семьи имелось привычное жилье внутри узла.
Ребятня с воодушевлением ходила в гости друг к другу, делая это по несколько раз на дню, пряталась в детском убежище. Извлечь их оттуда могла только Диида, а остальные взрослые так и не получили допуска в царство маленьких людей.
Словно поняв, что имеет на это полное право, узел сделал рывок, и газон подступил к защитной стенке из камня. Хороший быстро расправился и с ней, и с бревенчатой оградой, и со всеми тремя башнями.
Мы стали жителями обыкновенного узла, отличавшегося от прочих собратьев лишь чуть большими размерами.
* * *
За пределами узла у нас с Таа есть маленький домик, где мы храним оружие, инструменты и прочие вещи, которые Хороший может разрушить или съесть. У Ирины и Айзека такое же строение с тем же содержимым. У Баага, кроме домика, имеется еще мастерская. Именно в нее проникли близнецы и похитили по одной скульптуре из дерева. Фигурки братья выбрали небольшие и смогли незаметно пронести к узлу.